Чтение онлайн

На Антона и Лёлю было жалко смотреть.

– А может быть, руны нам помогут? – робко спросила Маша. – Если уж они у нас есть, они же должны что-то значить.

– Да, кстати, – тихо сказал Антон, вытаскивая из кармана свой брелок-руну, – мне Кощ… мне Паляндра отдала. Севка, посмотри, что она обозначает?

Севка полез в книжечку, утащенную из библиотеки.

– Это руна «Воин», – сообщил он.

Маша заглянула ему через плечо и хихикнула:

– А по-моему, это типичный Гарри Поттер! Давай ее тебе на лоб налепим!

Антон непроизвольно потер лоб. Севка зачитал из книги:

– «И еще это руна Победы, ибо Воин Духа обретает Силу, лишь победив самого себя, лишь сумев разбить оковы сознания, лишь принеся в жертву себя внешнего ради высвобождения себя внутреннего».

– Интересно, – снова хихикнула Маша, – Джоан Ролинг про это знала?

– Да знала, наверняка знала, – сказал Севка, – руны же очень похожи, наши и скандинавские. Да и кельтские… У них, скорее всего, тоже что-то похожее есть.

– Прикольно, Антоха, а может, ты теперь на метле можешь летать? – оживился Мишка. – О! давай пару заклинаний проверим, а? Я помню…

– Мишка, не смешно, – тихо сказала Лёля.

– Ну как хотите, – сник Мишка.

– То есть получается, – задумчиво сказал Антон, – что нарушить равновесие можем только мы с Лёлей…

– Почему ты не сказал, что Паляндра дала тебе руну? – спросила Лёля.

– А кому это было интересно? – зло спросил Антон. – Ты же торчала у своего Перуна.

– Он не мой! – воскликнула Лёля.

– А чей? Вы – белая кость… – Антон отвернулся.

– Послушайте, – вдруг заговорила Люба, – вы должны договориться. Белые, черные, нам все равно…

– Ну почему же, – перебил Севка, – уж лучше белые. Они как-то посимпатичнее.

– Интересно, чем? – проворчал Мишка. – Дрались они одинаково злобно.

– Логически рассуждая, – заявила Маша и заслужила одобрительный взгляд Севки, – белый свет символизирует Солнце, то есть жизнь. А черный – ночь, то есть смерть…

– Ага! – насмешливо перебил ее Антоха. – Был я в Египте, так там Солнце не жизнь символизирует, а полный кирдык всему живому!

Но его никто не поддержал. Наоборот, Мишка потянулся с блаженной улыбкой:

– Эх, а я бы сейчас на солнышко с удовольствием глянул…

– Значит, – чуть дрогнувшим голосом закончила Маша, – белые должны победить черных.

Заметив тяжелый взгляд Антохи, она добавила извиняющимся голосом:

– Это просто логика…

Все молчали, глядя на Антоху.

– Дайте мне подумать! – проговорил он, не разжимая зубов.

Севка и Маша чуть ли не с облегчением отвернулись, Мишка пожал плечами и для верности ушел в дальний угол кладовой. Люба приобняла Лёлю и тоже отвела ее в сторону, бормоча что-то успокаивающее на ухо.

Антон начал думать.

Принимать решение ужасно не хотелось, и поэтому в голову лезли всякие посторонние мысли. Например, отчего-то вспомнилось, что Паляндра звала его во время битвы не по имени, а по фамилии. Да еще и странно так, как будто с придыханием… Кто-то еще недавно так же его называл… Не «Волков», а «Волкхоффф»…

– Волкхофф, – в задумчивости повторил Антоха.

– «Волхвы не боятся могучих владык, – неожиданно отчеканила Маша, – и княжеский дар им не нужен…»

– Чего? – удивился Антоха.

– «Правдив и свободен их вещий язык, – продолжила Маша, – и с волей небесною дружен».

Теперь уже все с недоумением уставились на нее.

– Это Пушкин! – пояснила Маша. – «Песнь о Вещем Олеге».

– При чем тут Пушкин? – не понял Антон.

– Ну, ты сказал «Волхв», я сразу и вспомнила!

– Я не «Волхв» сказал, а… – Антоха так и замер с открытым ртом.

– Тебя так вожак стаи называл, – медленно произнесла Лёля. – Ты что… волхв?

– Я? – удивился Антон. – Да с чего бы!

И задумался.

– А кто такие волхвы? – спросил он через минуту.

– Они не боятся могучих владык! – повторила Маша.

Антон поморщился.

– Это мы уже слышали. А еще что-нибудь знаешь?

Маша спряталась за Севку.

– Волхвы на Рождество младенцу Христу дары принесли, – вспомнил Севка.

– А я тут при чем? – удивился Антон.

– Ни при чем, видимо, – сказал Севка. – Знаете что, там уже тихо, наверху. Пошли-ка в библиотеку, пока битва стихла.

– Идите, идите, – проскрипел из угла Кладовой, – и я целее буду.

– А что, для тебя есть опасность? – испугалась Маша.

– Пока не вмешиваюсь – нет, – вздохнул Кладовой, – но я же вмешаюсь, я себя знаю. Так что идите от греха. Идите, идите, – продолжил он, видя замешательство гостей, – в коридорах чисто. Все сидят по домам, раны зализывают. Так что пару часов ничего не бойтесь.

В библиотеке было тихо, уютно и очень спокойно.

– Давайте здесь спать останемся, – сказала Маша, – а то в спортзал возвращаться неохота.

Антон кивнул. Ему тоже было неохота возвращаться в зал. Ему вообще передвигаться было неохота – сесть бы и тихо сидеть где-нибудь в уголочке.

– Севка, ты найдешь книжку про волхвов? – спросил он.

– Ага! – радостно ответил Севка и исчез в проходе между шкафами.

– Я тоже поищу! – в тон Севке воскликнула Маша и скрылась в другом проходе.

Остальные не разделяли энтузиазма «серой» парочки и терпеливо ждали, чем закончатся изыскания. Антон, чтобы не смотреть ни на кого, уселся за стол библиотекарши и уронил голову на руки.

– О! – воскликнула Маша через несколько минут. – Как интересно!

– Что? – спросил Антон, не поднимая головы.

Машка вернулась с очередной энциклопедией и грохнула ее на стол.

– Оказывается, была такая богиня – Лёля. Богиня весны, любви, красоты…

– Я просил про волхвов найти, – перебил Машу Антон.

– Да, да, да, я помню, – зачастила Маша, – но тут так интересно! Оказывается, она дочь Матери Богов, и тут такие красивые обряды! Ее роль всегда исполняла самая красивая девушка…