Чтение онлайн

– Каких созвонов, Антон Олегович? Я понятия не имею, о чем вы? Тут какая-то ошибка.

Голос Ашмарова был настолько неподдельно искренен, что засомневался и сам прокурор.

– Хочешь сказать, что ты не созванивался с ней шестнадцать раз?

– Да я и одного раза не созванивался. Даже номера ее не знаю. Это ошибка.

– Какая, на хрен, ошибка? Моим глазам свидетелей не надо. Помни, сука, если это ты, суда не будет! Я тебя лично закопаю!

Бурыгин бросил трубку. Сто миллилитров коньяка, выпитые залпом, перевели его на следующую стадию опьянения. Прокурор понял, что в запальчивости ошибся. Звонить было глупо. С Ашмаровым они были партнерами и находились в непосредственной зависимости друг от друга. В таком положении не стоило нагнетать ситуацию, не получив стопроцентных доказательств. Но теперь нужно было хоть как-то выровнять положение. Он снова набрал последний номер.

– Да, – голос Ашмарова выдавал напряжение.

– Слушай, Женя, – начал Бурыгин, – я тут выпил немного. Понимаешь, у меня жена пропала. Только это секрет. Никто не должен знать. Ты прости меня за горячность. Я уж и сам не знаю, что делаю. Понимаешь, я люблю ее очень.

– Да, да, понимаю, – поторопился ответить политтехнолог.

– Нет, Антон Олегович. Я все понимаю.

– Ну и хорошо. Мы же друзья. Я тебя, конечно, убью, если ты замешан… в этом деле. А если ошибся – извини. И, в общем, давай… пока.

Наутро Бурыгин смутно помнил о состоявшемся разговоре. В памяти осталась уверенность, что все улажено – партнер не в обиде. Но слежка за ним была организована по всем правилам. Тем не менее ничего нового в течение дня раскопать не удалось. Ашмаров исправно выезжал на работу. О Лизе никаких вестей. Развившаяся за последние дни подозрительность заставила Бурыгина обложить политтехнолога со всех сторон. Его телефоны поставили на прослушку. За домом и офисом велось постоянное видеонаблюдение. Бурыгин накручивал себя воспоминаниями о том, как он лично познакомил жену с Ашмаровым, пригласив его в гости. Как они кокетничали и улыбались друг другу. Как этот кудрявый брюнет осыпал ее комплиментами и восторгался везеньем Бурыгина, заполучившего такую красавицу.

Корчуганову прокурор не стал говорить о ночной вспышке ярости и ее последствиях. Хотел, но забыл дать указание о запросе сотовому оператору Ашмарова. Для надежности имело смысл сверить две распечатки. А к вечеру это потеряло смысл. Подозрения прокурора усугубила еще одна находка.

Мелькнувшая в заголовке популярных Яндекс-блогов фамилия зацепила внимание прокурора:

«Кого кошмарил Ашмаров?»

Какой-то блогер делился впечатлениями о ловком политтехнологе, который два года назад обвел вокруг пальца большой город – Красноярск – и получил деньги сразу от двух конкурирующих кандидатов. При этом каждый был убежден, что Ашмаров работает на него. А выиграл выборы заплативший больше. Автор блога развлекался, рассказывая о хитроумно проведенных пиар-акциях, уничтожающих репутацию кандидата в мэры за его же деньги. И о том, как политтехнолог в тумане скрывался от разъяренного заказчика.

Каждое слово прочитанного текста жестоко било по больным от переживаний мозгам прокурора. Ситуация, описанная блогером, была очень похожа на события полугодовой давности.

«Не может быть!» – потрясенный догадкой, шептал Бурыгин.

Он жадно впитывал содержимое блога и издевательские обсуждения пользователей сайта. Один из них усугубил состояние разбитого паранойей прокурора, подтвердив его подозрения:

«ИМХО [42] , Ашмар эту тему не один раз провернул! Говорят, на барнаульских выборах была аналогичная схема».

В подтверждение своих слов он выложил ссылку на региональный фотобанк. Когда первая фотография развернулась на экране монитора, Бурыгин до крови прокусил губу. Улыбающийся конкурент по избирательной компании, нынешний депутат Кручинский, широко улыбаясь, жал руку брюнета в оранжевом шарфе.

В этот вечер Бурыгин пил водку. Он уже не ощущал вкуса напитка. Ему лишь хотелось быстрее сбросить нервное напряжение.

Фотография с Кручинским, в общем-то, ничего не значила. Мало ли причин могло быть у пиарщика для встречи с конкурентом заказчика! Нельзя было доверять и какому-то блогеру, безответственно разглагольствующему о неизвестных ему событиях. Вся сеть состоит из таких некомпетентных болтунов. С ситуацией в Красноярске тоже нужно было разбираться. И он – Бурыгин – разберется. Но на это уйдет время. Все это было абсолютно бездоказательным. Но жестоко терзало душу прокурора. Поверить в такой немыслимый развод было трудно.

– Это невозможно! – убеждал себя уязвленный Бурыгин, заливая плещущие через край эмоции водкой.

Мысль о предательстве убивала его. И он еще глубже зарывался в киберпространство в поисках убедительной информации. Расследовать это дело он мог только сам. Даже Корчуганову рассказать о том, как его провели, было стыдно. Проигрыш в избирательной кампании, бегство жены и так существенно подмочили его репутацию. И помощник иногда позволял себе ухмылку при разговоре на эти темы. Раскрытие же предвыборной аферы пригвоздит когда-то могущественного Баобаба к позорному столбу надолго, если не навсегда.

Вследствие последних событий общая картина выглядела по-новому. И для влюбленности, во всяком случае со стороны политтехнолога, в ней не было места. Только холодный расчет. Если Ашмарова интересовал сайт «Эксуайзет», то Лиза могла ему понадобиться лишь для того, чтобы прищучить прокурора. Конечно же, она знала о многих вещах, способных серьезно навредить карьере мужа. И, безусловно, она начнет болтать в случае угрозы с его стороны. А не ожидать этой угрозы они не могли.

– Я тебе устрою контрол-альт-дел, – не выдержав напряжения, заорал Бурыгин, хватая телефон.

После нескольких длинных гудков прозвучал сонный голос Ашмарова:

– Да.

– Ну, сука, ты не жилец! – сбросил прокурор напряжение в трубку. – Готовься, гад, к смерти!

И не слушая ответа, бросил трубку. Уже на середине грозной тирады Бурыгин понял, что переборщил. Любые попытки предъявить конкретное обвинение будут выглядеть несуразными. Но решил, что будет нелишним, если его угроза в превентивных целях поселит в душе партнера немного страха.

Крикнув несколько слов оппоненту, прокурор почти успокоился. Этот эмоциональный выплеск вернул ему ощущение силы и уверенности в себе. В случае ошибки позже он легко сгладит неровности за бутылочкой коньяка на двоих.

Но звонок напрочь уничтожил даже зачатки сна у его партнера. Политтехнолога трясло крупной дрожью. Он сидел на краю широкой кровати, не зная, что и думать. Из-под одеяла вынырнула тонкая рука. Потом голова с длинными светлыми волосами. Сонный голос спросил:

– Что-то не спится. Пойду, поработаю.

Поработать, впрочем, тоже не получилось. Он нервно курил и, пытаясь успокоиться, перебирал купленный утром травматический пистолет. Самый мощный из разрешенных.

– Убойная сила – сто пятьдесят джоулей, – сказал продавец, – пробивает тридцатимиллиметровую доску. И череп запросто. Осторожнее с ним.

К утру под левым глазом Начальника тумана появился тик. Зазвеневший будильник был заглушен почти сразу, но успел сделать свое дело.

– Ты уже встал? – прозвучал вопрос из теплой постели.

– Да, Лёня, спи. Я на работу.

– Не Лёня, а Алёна! – с напускной кокетливой раздраженностью отреагировал голос.

Ашмаров чмокнул в губы вынырнувшее из-под одеяла заспанное лицо любовника и шутливо потрепал его набухшую от женских гормонов грудь.– Да-да, конечно. Спи, Алёна. Я позвоню.