Чтение онлайн

Опричник кивнул:

– Сниму крутое порно и распространю в Интернете, – пояснил он.

– Почему именно там? – поинтересовался начальник.

Парень хихикнул:

– Все развратники пасутся в Сети.

– Тогда действуй, – Смуров повернулся к следующему своему приспешнику, быкообразному малому по кличке Буйвол. – Что скажешь мне ты?

Буйвол раздвинул толстые губы, собираясь отрапортовать о размерах выручки от воровства, однако ему помешал звонок мобильного.

– Как не вовремя, – Андрей Павлович потянулся к боковому карману и достал телефон последней модели. – Привет, Леха.

– У нас проблема, – не здороваясь, сразу перешел к делу Зайцев.

– Что еще случилось?

Быстрым шепотом Алексей Викторович изложил суть дела. Директор скривился:

– Ты всегда был болваном.

– Выбирай выражения!

– Тебе следовало послушать старую каргу и усилить контроль над этой парочкой, – не повышая голоса, сказал Смуров. – Так говоришь, он жив?

– Жив. Пока в коме.

– Надолго?

– Неизвестно.

– Чертов придурок, – Андрей Павлович сжал кулаки. – Нам уже перечислены деньги.

Зайцев вздохнул:

– Может, эти Шеппарды возьмут его таким?

– Размечтался! Они платили за здорового ребенка.

– Что делать, Андрей? – всхлипнул директор «Лагуны».

– Нормально работать, черт возьми!

Алексей Викторович совсем сник:

– Мы и так стараемся.

– Плохо стараетесь! Если узнает Терлецкий…

Этой фразы Зайцев ждал, как утопающий спасательного круга.

– Не узнает, – тихо вымолвил он.

– Это еще почему? Шеппарды первым делом свяжутся с ним.

– Он мертв, Андрей.

Смуров тяжело задышал:

– Что ты сказал?

– Его больше нет с нами.

– Нет с нами? – от неожиданности начальник детского дома выронил мобильный. Телефон упал на пол, и вышколенный опричник, с волнением прислушивавшийся к разговору, тут же поднял его и подал хозяину: – Как это произошло?

– Его похитили и убили.

– Кто?

– Откуда я знаю? – чрезмерное любопытство по поводу кончины их общего начальника стало раздражать Зайцева.

– Ты был на похоронах? Ты видел его в гробу? – Смуров был реалистом и просто так не сдавался. Алексей Викторович покорно повторил:

– Его похитили и убили.

– Значит, ты не видел его труп.

– Говорю тебе…

Андрей Павлович почесал затылок.

– Кто сообщил тебе о его смерти?

– Вера. Она рядом со мной.

– И ты… – Смуров еле сдержался, чтобы не высказать своего мнения об этой даме. Акулову он терпеть не мог, невзирая на ее красоту. – Кстати, ты не думаешь, что его прикончила она?

– А зачем ей это делать?

– Неужели незачем?

Зайцев издал звук, изображающий удивление:

– Все его добро завещано Анжелике.

– С ней тоже что-нибудь случится в скором времени, – безапелляционно заявил директор детдома. – Вот увидишь. И наша красотка прикарманит бизнес. Лично я против.

– Анжелика умерла раньше отца.

Это не удивило Смурова.

– О чем я тебе и говорю. И кто наследник всего добра Терлецких?

Алексей рассмеялся:

– Уж точно не мы с тобой.

– То есть эта шалава Верка?

– Ты хочешь предложить кандидатуру нынешнего зама?

Напоминание об этом человеке вконец разозлило Смурова:

– Его фамилия вообще не должна упоминаться в претендентах на престол.

– Мы за Веру, – вяло предложил Зайцев.

– Кто это мы?

– Я и Ступаков.

Андрей Павлович изумился:

– Этот алкоголик еще держится? Я с ужасом думаю: когда-нибудь по пьяной лавочке он всех нас спалит.

Алексей Викторович усмехнулся:

– Это будет не завтра. Возможно, тогда, когда в его услугах не будут нуждаться.

– Такое время придет не скоро, – констатировал директор.

– Вера тоже об этом подумала. Ступаков боится ее как огня.

– Хотелось бы в это верить, – сделав паузу, Смуров достал сигарету и, прикурив, добавил:

– Впрочем, может, ты и прав. Верка всегда была башковитой. Что она думает по поводу несчастного случая?

– Просмотрев заключение врачей, она сказала: все в порядке. Нужное не повреждено, из комы он должен выйти. В крайнем случае возвратим пару тысчонок за причиненные неудобства.

Андрей Павлович начал успокаиваться:

– Тогда какого ты меня пугаешь? Приводи товар в надлежащий вид и готовься к передаче. С Шеппардами буду разговаривать я, пусть вывозят сначала одного Волобуева. Кстати, за прошлую партию просили передать спасибо. То, что надо.

Зайцев осклабился:

– Хоть здесь удача.

– Живи пока, – директор детдома нажал кнопку отбоя, бросив телефон на стол.

– Продолжать? – поинтересовался один из его верных слуг.

– Давай, – Смуров поудобнее уселся в кресле.

Уже несколько дней Геннадий находился в состоянии депрессии. Его не радовали даже ставшие частыми отлучки Веры. Его любовница (впрочем, это определение устарело, они не спали уже, наверное, в течение месяца), никого не предупреждая, садилась в машину и мчалась в неизвестном направлении, пропадая порой на два-три дня. Оставаясь без бдительного контроля с ее стороны, врач все равно ощущал себя в темнице, не давая воли бушевавшим в нем желаниям. А их было два. Первое – как можно быстрее вырваться отсюда, покончив с криминальным периодом своей биографии. Второе – позвонить Вите и объяснить, как сильно он ее любит и как жалеет о произошедшем. Однако, помня об угрозах Акуловой, он не искушал судьбу, продолжая думать, как освободиться.

Однажды судьба предоставила ему шанс. Стоя на балконе и в сотый раз созерцая уже ставший ненавистным пейзаж, он увидел на диком пляже красивую стройную девушку. С разбегу прыгнув в теплую воду, она быстро поплыла, а Геннадий, как завороженный, смотрел ей вслед. Девушка показалась ему знакомой, и, напрягая зрение, Молчанов пытался вспомнить, где мог ее видеть. Когда она наконец вышла на берег, врач не поверил своим глазам: на большом валуне стояла сама Екатерина Зорина, известная приреченская журналистка и телеведущая, писатель детективов. По городу ходили слухи, что она помогает своему мужу-оперативнику раскрывать уголовные дела. Что, если обратиться за помощью к ней?