Чтение онлайн

Когда Митчел позвонил ему и попросил приехать для делового разговора, Пристли только плечами пожал. Какое отношение к области его деятельности имеет электрический король? Каждому известно, что корпорация Джона Митчела находится вне сферы деятельности полковника Пристли. Однако пренебрегать приглашением такого влиятельного в деловом мире человека, каким считался мистер Митчел, было бы в высшей степени неразумно, и Пристли вызвал машину.

Верный своей привычке, Джон Миучел приступил к делу сразу, без обиняков.

– Я знаю, вы человек, умеющий хранить чужие тайны. Поэтому я буду с вами откровенен. Могу ли я рассчитывать на такую же откровенность и с вашей стороны?

– При условии, если...

– В этом отношении можете быть совершенно спокойны: у меня в кабинете нет ни секретных микрофонов, ни записывающих аппаратов. Подслушивание тоже исключается: эта комната непроницаема для звуков.

– Меня это не тревожит, мистер Митчел, - с достоинством произнес Пристли.
– Я считаю себя всегда окруженным аппаратами для подслушивания, так что... Но я ведь связан со многими военными корпорациями, и если вопрос коснется их дел, то... вы меня понимаете, мистер Митчел.

– Нет, нет, - откинулся в своем кресле Митчел.
– Корпорации здесь ни при чем. Меня интересуют только ваши личные взгляды на некоторые вопросы, связанные с международной ситуацией.

– О, в таком случае я не стану возражать. даже если бы вам вздумалось транслировать нашу беседу на весь мир.

– Прекрасно!
– воскликнул Митчел.- Каковы, с вашей точки зрения, перспективы войны? Я имею в виду настоящую войну, а не ту возню, какую ваше ведомство время от времени затевает на разных континентах. Меня интересуют перспективы большой войны.

– Мое дело - вооружение. Остальное меня не касается,

– Вы осторожны,- заметил Митчел.- Но разве вам непонятно, что вооружение не может продолжаться бесконечно без войны. Рано или поздно оно прекратится. И тогда...

– ... Тогда кое для кого, и для вас в том числе, мистер Митчел, настанут тяжелые времена.

– И для вас, Пристли, - рассмеялся Митчел.
– Для вас даже раньше, чем для меня.

– Это верно, пожалуй,- согласился Пристли.

– Не кажется ли вам,- продолжал Митчел,- что уже сегодня проблема войны зашла в тупик?

– Вы правы,- откровенно вздохнул Пристли.- Голоса, ратующие за мирное сосуществование, становятся все громче. И не только среди мелюзги, но и там, под куполом Белого дома. Даже среди крупных бизнесменов. За последние годы мы много потеряли. Деловые люди боятся потерять и остальное. Вот в этом причина.

– Нет, нет, не в этом,- сразу став очень серьезным, произнес Митчел.- Всему виной последние открытия в науке. Реактивные самолеты, межконтинентальные баллистические ракеты. Техника вооружения достигла таких высот, что угрожает исключить самое себя.

– Если вспыхнет война, преимущество будет за теми, у кого больше этого нового оружия и кто начнет первый,- тоном, не допускающим возражения, заметил Пристли.

– Абсурд!
– с раздражением произнес Митчел.- Нужно потерять разум, чтобы надеяться на успех в войне с применением атомных и водородных бомб. В наше время ничего не поможет: ни внезапность удара, ни преимущество вооружения. Не за горами день, когда вам придется спустить все атомные заряды на дно океана и, скрепя сердце, подсчитать убытки, связанные с этой процедурой. Превратить мир в пустыню вам не позволят, да это и не нужно никому.

– О, лагерь сторонников мирного сосуществования пополняется, - с иронией бросил Пристли, стряхивая пепел с сигары.
– Сколько вы списали со своего баланса в связи с революцией на Кубе, провалом нашей политики в Марокко, Египте...

– Слишком много, чтобы забыть об этом, - ответил Митчел.
– И потом, с чего вы взяли, что я сторонник мирного сосуществования?

– Или война, или мирное сосуществование: третьего нет и не может быть, - спокойно сказал Пристли

– Война!
– решительно произнес Митчел, и глаза его хищно сузились.
– Но... без кровопролития, без насилия, без разрушений, без грохота и огня. Мирная война.

– Простите меня, мистер Митчел, - с плохо скрываемой иронией произнес Пристли.
– Мне кажется, что мы рассуждаем о вещах если не абсурдных, то фантастических. Война - всегда насилие, всегда разрушение, всегда кровь и пожарища. Мирная война - это такая же несусветная чушь, как живой мертвец, танцующий под аккомпанемент беззвучного джаза. Труп - всегда неподвижность, музыка - всегда сочетание звуков, а война насилие. Вот у меня в кармане две тысячи долларов банкнотами, векселей на двадцать тысяч, золотые часы, портсигар, инкрустированный бриллиантами. Если я не соглашусь отдать этого добра, вам придется брать его силой, а для этого нужно меня поприжать как следует, хорошенько стукнуть раз-другой вот этим мраморным пресс-папье или трахнуть по башке вон той штуковиной, - указал он на аппарат профессора Эмерсона, стоящий на противоположном углу стола.
– Подставка у нее, кажется, достаточно тяжеловесна, чтобы проваличь даже более крепкий череп, чем у вашего покорного слуги.

Митчел рассмеялся.

– Ну, уж если на то пошло, я отберу ваши вещицы помимо вашего желания, не прибегая к помощи увесистых предметов и даже не оставив вам на память пустяковой царапины.

– Прежде чем приступить к этому небезопасному мероприятию, - ухмыльнулся Пристли, - вы должны знать, дорогой мистер Митчел, что я играючи подымаю стокилограммовую штангу и прекрасно владею боксом. Чтобы ограбить меня, нужно примерно десятка полтора таких, как вы, и то я не уверен, удастся ли затея даже в этом случае.

Митчел незаметно включил генератор и, подойдя к двери, щелкнул замком.

– Мы с вами вдвоем, полковник,- произнес он, возвращаясь на свое место.
– Дверь запер! а, ключ - на столе. Объявляю вам мирную войну. Не пройдет и двух минут, как я выпотрошу ваши карманы. Вы ничего не понимаете в науке, Пристли. Я пригласил вас не для того, чтобы философствовать. Мне нужна ваша помощь в большом деле, и вы мне ее окажете. Да, окажете! Или я ничего не понимаю в людях. Мне наплевать на ваши бицепсы, мне не нужно вооружаться и ломать вам голову, чтобы очистить ваши карманы. Я это сделаю, не причиняя вам даже малейшего вреда, легко и просто, и тогда вы поймете, как вы заблуждались, думая, что война - это всегда кровь и разрушение. Вы зеваете?.. Вам очень скучно, не правда ли? В душе вы убеждены, что старый Джон Митчел спятил. К счастью, это не так. Вы меня слышите, Пристли? Грош цена вашим бицепсам: вы уже не в силах шелохнуть рукой. Вам трудно держать глаза открытыми. Вы тюфяк с соломой, а не боксер. А сейчас вы меня и вовсе не слышите. Вы побеждены, Пристли.

Он выключил аппарат, подошел к полковнику и не торопясь принялся опорожнять его карманы. Маленький револьвер, обнаруженный в брюжах, он тоже взял, потом снял с руки спящего золотые часы, сложил все в ящик стола, отпер дверь и, вернувшись на свое место, позвонил.

– Принесите бутылку шампанского и коньяку, - распорядился он, обращаясь к вошедшему секретарю.
– Только поторопитесь, пожалуйста: у меня мало времени.

Пристли проснулся спустя минут двенадцать. Он потянулся и с удивлением посмотрел сначала на бутылки с напитками, невесть откуда взявшиеся на столе, потом на Митчела.