Чтение онлайн

— Берт, не унижай его. Пожалуйста, — снова попыталась Корделия. — Он же тебя возненавидит… — едва слышно добавила она.

— Никто не имеет права оскорблять мою семью, — проворчал он.

— Феликс совершенно меня не знает и просто о тебе заботится, — принялась убеждать Корделия, интуитивно найдя слабину. Обойдя Берта, она встала перед ним и, дотронувшись до его груди, просительно заглянула ему в глаза.

Он перевел взгляд на деревья возле прогалины, шумно выдохнул и сглотнул.

— Радуйся, что у тебя такая добрая госпожа, — наконец прошипел Берт, посмотрев на Феликса. — Прочь с глаз моих. Капрал, — рявкнул он Лешему. — Свободны.

Развернувшись, Берт практически оттолкнул Корделию с пути и направился к дому, ни разу не обернувшись.

Она не решалась посмотреть на Феликса, зная, что увидит. Злость. Мужчины вроде него — да что там говорить, все мужчины — ненавидят снисходительность. Но сейчас речь шла не о нем и его чувствах, а о Берте.

Поэтому Корделия поспешила за ним, едва не роняя на ходу одеяло. Под двумя осуждающими взглядами проскользнув за дверь, она прикрыла ее и прижалась к ней лбом, пока не услышала хлопки автомобильных дверей и удаляющееся тарахтенье двигателя.

Развернувшись, Корделия обнаружила, что Берт стоял неподвижно и, скрестив руки на груди, наблюдал за ней. Под его тяжелым взглядом она поежилась.

— Больше никогда не спорь со мной на глазах моих людей, — прорычал Берт. — Уяснила?

— Я просто…

— Никогда не смей перечить мне в чьем-либо присутствии!

Корделия его не узнавала. Никак не могла сопоставить в своем разуме человека, с которым они дразнили друг друга и чьи пальцы несколько минут назад сводили ее с ума, с тем, кто стоял сейчас перед ней.

Берт был таким… холодным. Чужим. Незнакомым. Возможно, их связь была лишь иллюзией, и на самом деле Корделия вышла замуж за настоящего тирана. Но она отказывалась так думать, ведь иначе ее мир окрасится в черные краски мрачного будущего.

Корделия хотела вернуться в момент до приезда Феликса.

Подойдя к Берту, она положила ладони на его напряженные бицепсы, и одеяло упало с нее на пол.

— Я не хотела, чтобы вы ссорились. Особенно из-за меня. Феликс просто волнуется, — она потерла прохладную кожу под своими пальцами. — Вы ведь друзья.

— Для начала я — его капитан. Пока что. Если он забыл, кто здесь главный, я напомню, — прищурившись, Берт посмотрел на нее сверху вниз. — Ты в первый и последний раз вмешиваешься, когда я говорю со своими подчиненными. Тебе все ясно?

— Как прикажете, капитан, — попыталась пошутить Корделия, но он не улыбнулся, и выражение его лица не смягчилось ни на йоту. Решив изменить подход, она запрокинула голову и подалась к Берту. — Не будь таким холодным.

Ей не очень нравилось использовать свое тело в качестве аргумента, но раз он заинтересовался ею ранее, можно было вернуться к тому, на чем они остановились перед появлением незваных гостей. Для пущего эффекта Корделия потерлась о Берта, насколько позволяла его закрытая поза.

— Значит, я холодный? — недобро уточнил он.

— Как думаешь, мне удастся тебя согреть? — предложила Корделия, желая увидеть настоящего Берта. Ей было проще вынести его гнев после заседания, чем нынешнюю отстраненность. Отец и брат всегда отгораживались, если она была им неугодна или говорила что-то не то. Да, холод был хуже всего.

Вот только когда Берт опустил руки и грубо схватил Корделию за бедра, ей стало не по себе.

— И как же ты согреешь меня, куколка? — съехидничал он. Берт положил ладони ей на ягодицы и, болезненно сжав, притянул ее к себе. В то же время он ее приподнял, вынудив встать на цыпочки и потерять равновесие. Прижавшись к нему, она почувствовала у своего живота твердый член и попыталась отстраниться, но Берт лишь ухмыльнулся. — Значит, ты хочешь, чтобы стало жарко?

Глава 25. Прощение

Не на такое Корделия рассчитывала, но Берт не оставил ей выбора. Он не проронил ни слова, лишь крепко схватил ее и повалил на одеяла. Все с той же озлобленностью Берт втиснулся между ее ног и принялся расстегивать ширинку своих штанов.

— Берт, — прекрасно понимая его намерения, Корделия попыталась отползти назад.

Вскинув пылающий взгляд, он схватил ее за ногу и дернул обратно, тут же рухнув сверху. Из ее груди шумно вышел воздух, и ей ничего не оставалось, кроме как барахтаться, будучи пригвожденной к полу. Все ее попытки вырваться были жалкими и бесплодными.

Берт не осознавал, что творил. Он придавил Корделию, своим телом буквально заключив ее в клетку. Поняв бесполезность сопротивления, она крепко зажмурилась и приготовилась.

Внезапно ее пронзило болью вперемешку с сильнейшим жжением между бедер. Естественная смазка после оргазма до сих пор увлажняла вход, но лишь настолько, чтобы Берт сумел прорваться внутрь. Корделия дернулась и начала задыхаться, убеждая себя, что справится.

Вряд ли она могла оттолкнуть его, даже если бы захотела. К сожалению, остатки алкогольного дурмана рассеялись и не приглушали боль. Но она уговаривала себя тем, что в любом случае Берт должен был быстро кончить. Главное, немного потерпеть.

С тихим рычанием он протолкнулся глубже, и Корделия вскинула руки к его плечам. Берт повторил движение. На этот раз она все-таки вскрикнула и поняла, что не вытерпит. Корделия просто не могла так. Он брал ее не только мучительно, но и унизительно.

— Берт, хватит! — взвизгнула она, со всей силы вогнав ногти в его плечи.

— Да, именно, — прорычал он и, выйдя из нее, ворвался обратно.

— Прекрати, — Корделия толкнула его, но не смогла сдвинуть с места.

— Ты говорила, что хочешь меня, — опасно прищурился Берт, однако наконец-то услышал ее.

Она поняла, что сейчас нужно очень осторожно подбирать слова.

— Хочу, но не так, — медленно произнесла Корделия. — Берт, пожалуйста, успокойся, — взмолилась она. — Мне больно.

На секунду он обмер и, всмотревшись в ее лицо, шумно выдохнул.

— Нет, — в неверии тряхнул головой Берт. — Нет, — опершись на локти, он быстро откинул со лба Корделии прядь волос. Она знала, что теперь Берт видел слезы в ее глазах. Под его взглядом у нее задрожала нижняя губа. — Господи, что на меня нашло? Я… я тебя изнасиловал? — выдавил Берт.

— Нет, — покачала головой Корделия, не зная, что тут можно сказать. Она хотела Берта, просто не так. Пускай в тот миг Корделия чувствовала себя униженной, его шок унял часть ее боли.

— Врешь, — обвинил Берт и ослабел, словно из него откачали все силы. — Не знаю, о чем я думал. Просто мне показалось, что… — он изнеможенно опустился на Корделию. — Прости меня. Пожалуйста, прости. Я не буду тебя винить, если ты больше никогда меня к себе не подпустишь, — у него дрогнули плечи, что она почувствовала пальцами, все еще впивавшимися в них.