Чтение онлайн

Тон был задан — и оставался с того дня неизменным. Мы предпочитали держаться своей половины этажа. Единственным человеком, переходившим линию фронта непринужденно, был Пол. Он изредка забегал ко мне в офис поболтать и обменяться последними известиями, а в редакции «Фэшенисты» у него неожиданно завелся любовник — Роджер, красивый и воспитанный начальник производственного отдела. Да и в любом случае: нечего нам было делать на половине «Фэшенисты». Среди всех этих напыщенных снобов мы чувствовали себя крайне неуютно. Они же в ответ избегали наших оглушительных радиоприемников, приступов гомерического хохота и повсеместного бардака.

Однако, как выяснилось, по ту сторону баррикад нашлась одна особа, желавшая перейти в наш стан. И звали ее Джоселин Крамер. Однажды Кейси зашла ко мне в кабинет с ее резюме.

— Твоя родственница? — укорила ее я. Она же знала, что у нас нет вакансий. Обычно я просто делала копию, которую затем прятала подальше, пока не освобождалась какая-нибудь позиция. Тогда уж за дело брался отдел по подбору персонала.

— Нет, — ответила Кейси. — Но мне кажется, тебе стоит взглянуть.

Я повиновалась.

— Джоселин Крамер. Помощница редактора в… «Фэшенисте»? — прочла я вслух. — Даже если б у нас была вакансия, меня разве не обвинили бы в браконьерстве?

Кейси пожала плечами.

— Она же сама попросилась.

— А почему она должна меня заинтересовать? — спросила я, понимая, что одного сотрудничества с «Фэшенистой» недостаточно, чтобы привлечь внимание Кейси.

— Потому что ты очень, очень милосердная женщина, — ответила она своим знаменитым полусерьезным тоном.

— Но чем же, скажите на милость, какая-то сучка из «Фэшенисты» заслужила мое милосердие? И тем более, зачем ей вставать в ряды презренных нерях?

— Я познакомилась с ней сегодня утром в дамской комнате, — сказала Кейси, усаживаясь в кресло для гостей.

— Вот и возвращайся, откуда пришла! — пошутила я, по-прежнему не понимая, почему я обязана проявить к этой девице особый подход. Мы постоянно сталкивались с барышнями из «Фэшенисты» в туалете. Заметив нас, они обычно устремлялись к корзинке с дезинфицирующими средствами.

— Она ревела белугой, — продолжала Кейси. — Она рыдала так горько, что я уже подумала, не умер ли у нее кто-то из близких. Или, может, врач вынес неутешительный диагноз. — Она замолчала.

— Но?.. — поторопила я, глядя на часы. У меня в обед была назначена встреча, и я надеялась, что Кейси поскорее донесет до меня общий смысл.

— Но, когда я спросила, в чем дело, она сказала, что Майра грозится увольнением, если та не сбросит лишний вес! Она допустила чудовищную ошибку, съев за рабочим столом булочку. А мимо как раз проходила Майра. И прилюдно сказала ей, что она слишком жирная и не должна есть продукты с углеводами. И добавила: если она хочет чего-то добиться в «Фэшенисте», то должна хорошенько подумать над своим экстерьером.

— Фу, — только и сказала я. Ну и мерзость.

Возмущенная Кейси продолжала:

— Дальше — больше. Когда я ее увидела, она как раз вернулась из отдела кадров. Там ей заявили, что если она не может ужиться с коллегами, то пускай идет на все четыре стороны.

— Ты не шутишь? — спросила я, прекрасно зная, что это правда. Лишь столь могущественной компании, как «Нестром», сходили с рук подобные выходки. В остальных случаях дело непременно кончилось бы судебным разбирательством. Но любой начинающий журналист, который хоть раз угрожал им иском, мог навсегда забыть о работе в каком-либо журнале, принадлежащем империи. Я очень сочувствовала этой девушке.

— И я просто подумала, что если в нашем бюджете можно найти хоть крохотную лазеечку… — продолжила Кейси.

— …то мы могли бы ее спасти, — закончила за нее я. Это было так похоже на Кейси. Мы часто шутили, что ей пора переселяться в вестчестерский филиал общества защиты животных — стольких бездомных зверюшек она уже приютила.

— Ну, я просто хотела проверить, не можем ли мы дать ей последний шанс сделать карьеру, прежде чем беднягу усыпят, — сказала она. — По крайней мере, запомни ее имя. Интуиция подсказывает мне, что в душе она прирожденная журналистка «Джилл». И, думаю, ей полезно будет узнать, что не все начальницы в мире — злобные ведьмы. — Тут Кейси жалобно заглянула мне в глаза. Она прекрасно знала, как плохо я сопротивляюсь этим ее взглядам. — Мы должны разорвать порочный круг и увеличить популяцию новых джилл уайт за счет истребления майр черновых.

Кейси также была в курсе, что с помощью лести от меня можно добиться фактически чего угодно. И я знала, что она знает.

— Запиши ее на вводное собеседование, — сдалась я. — Ничего не обещаю. Посмотрим.

— Ты лучше всех! — взвизгнула Кейси. Из кабинета она вышла с довольной улыбкой человека, сделавшего назначенное на день доброе дело.

Моим добрым делом стал найм Джоселин двумя неделями позже. Мне она приглянулась: жизнерадостная, дружелюбная, добродушная, а главное — по-настоящему талантливая. Я сразу поняла, что с таким слогом в «Фэшенисте» ей делать нечего. Мы очень быстро нашли общий язык, и с тех пор я воспринимала ее как младшую сестренку.

Итак, Джоселин стала ассистентом редактора, а я — заклятым врагом Майры Черновой, ведь я украла у нее не только подающую надежды журналистку, но и легкую мишень для ядовитых нападок.

Вскоре после бегства Джоселин я, как это часто случалось, ехала с Майрой в лифте.

— Привет! — весело поздоровалась я. Это уже вошло у меня в привычку: нравилось наблюдать за ее реакцией.

На ней был тонкой выделки изумрудный кашемировый свитер, подчеркивавший зелень ее глаз. Я ожидала привычного отвращения во взгляде, но на сей раз в ее зеленых льдинках читалась подлинная ненависть. Она, промолчав, отвернулась. Иной раз она хотя бы недовольно фыркала, давая понять, что узнала меня. Но сейчас не издала ни звука. Я занервничала. А когда я нервничала, язык у меня совсем уж развязывался.

— Отличный вышел материал об актрисах-инженю, — сказала я, но в ответ получила еще один леденящий кровь взор. — Прекрасный выбор, да и интервью на высоте. Написано очень хорошо…

— Неужто? — процедила она. — Может, хочешь и эту журналистку увести? — Вот так, значит.

— Я… я… — Я понимала, что она имеет в виду «переход» Джоселин в «Джилл». Я хотела объяснить ей, что Джоселин сама пришла ко мне и я не задавалась целью ее «уводить». Но потрясение было настолько сильным, что я не находила слов.

Створки лифта разъехались, и Майра изящно поплыла прочь, напоследок удостоив меня прощальным испепеляющим взглядом.

Стоило ли удивляться, когда мне, едва я села за стол, позвонила Эллен.

— Когда ты ставишь Лайлу Бэйс на обложку? — спросила она, пренебрегая такой старомодной формальностью, как приветствие.

— Как можно скорее, — честно ответила я. — Хочу выковать железо, пока горячо. — «Горячим железом» был скандал: известная манекенщица Лайла Бэйс, приученная к наркотикам собственным парнем, снова села на иглу. После несмелого, но бурно обсужденного в СМИ визита в клинику она сорвалась опять. Мы согласились взять у нее интервью лишь затем, чтоб показать всю нелепость ситуации: девица треплется о «мужестве» и прочем, а сама уделана в ноль. Материал у Росарио в итоге получился сногсшибательный. Мы уже считали дни, когда же сможем пустить его в печать с заголовком «Оклемалась, да не совсем»…