Чтение онлайн

Семен перекладывал шпагу из одной руки в другую, определенно не зная, что с ней делать.

– Это очень хорошо.
– сказал Сергей.
– Все соответствует традиции. Есть только одно Но.

– Что за Но?
– насторожился Иван Федосеевич.

– Амулет Муджароки. Он исчез. Кто-то его снял с мертвого Аривонды

Иван Федосеевич схватился за голову.

– И что теперь?

– Теперь остается выяснить, кто это сделал. Если непосвященный из праздного любопытства, то Глаз Муджароки, - Сергей кивнул на Семена, - быстро его найдет. Если же это сделал Ганнибал, то добыть амулет будет труднее, но тогда Ганнибал становится гораздо уязвимее, и он об этом знает. Хорошо, у нас мало времени, я сделал все, о чем ты меня просил, Иван Федосеевич. Идемте со мной.

Все трое последовали за профессором. Они спустились на два этажа вниз в подвальное помещение, где профессор быстро переоделся, сменив белый халат на потрепанную футболку и джинсы, потом прикоснулся к стене. Часть стены отодвинулась в сторону, освобождая проход в подземный гараж. В глубине гаража стояла неприметная Волга. Сантойо открыл дверцы.

– Семен Иванович, вас разыскивают по всему городу. Мы можем вам предложить немедленно отправиться в Круг, но, насколько я осведомлен, у вас еще есть дела в России.

Семен усмехнулся.

– Вы очень хорошо осведомлены.

– Уважаемый Семен Иванович, - с серьезным видом произнес профессор,- произошло событие чрезвычайной важности для всех членов Коллегии во всем мире...

– Во всем мире?

– Да, мы все проживаем в разных странах. Так вот, нам совершенно небезразлично, кто становится следующим Глазом Муджароки. Аривонда выбрал вас, что ж, это его выбор, и он не обсуждается. Мы же, члены коллегии, должны приложить максимум усилий для того, чтобы уберечь вас от опасностей.

– Тогда почему вы не уберегли Пашота?

В глазах Сантойо на мгновенье вспыхнула обида, с которой он очень быстро справился.

– Уберечь вас можно от всех, кроме слуг Синей Горы. Они обладают такими же мощными возможностями, как и члены коллегии. Хотя Клякса не приветствует вражду между кланами, она , к сожалению, и не препятствует. Это очень давняя история, господин Руков, вам еще много предстоит узнать. Машина ваша. Там, в бардачке, вы найдете новые документы и деньги. С этого момента вы перестаете существовать как Семен Иванович Руков. Вы теперь Александр Вениаминович Снежкин. Документы подлинные, из паспортного стола. Прописка тоже подлинная. Права тоже подлинные. Нам это удалось сделать в течение нескольких часов. А теперь вам лучше уехать из города. Опасайтесь Ганнибала, он ни перед чем не остановится. Ни в коем случае ему не сдавайтесь. Если он станет Глазом, соотношение сил изменится, коллегия перестанет существовать. Именно поэтому Аривонда передал этот дар вам. У него просто не было выбора. Только в Круге Ганнибал бессилен, именно поэтому Аривонда редко покидал Круг, но одна его ошибка стоила ему всего, включая жизнь. Помните об этом. Если вас будет преследовать Ганнибал, возвращайтесь в Круг или передайте дар кому угодно, только не ему. Правда, есть еще один вариант

– И какой же?
– Семен заинтересованно смотрел на Сантойо.

Тот немного подумал, опустив голову. Потом поднял свои черные с красными прожилками глаза на Семена.

– Если вы убьете Ганнибала.....

***

Судебный врач Хайндрава склонился над трупом Пашота. Врач как раз приступил к исследованию режащих и колотых ран, которыми было покрыто тело. Он не услышал, как за его спиной открылась дверь, и в операционную морга вошли две тени, закутанные в плащи с капюшонами. Врач почувствовал присутствие чужаков только тогда, когда его горла коснулась холодная отточенная сталь клинка. От страха врач выронил скальпель и застыл, не имея сил произнести хотя бы слово.

– Тихо, доктор. Если не будешь делать глупостей, останешься жить. Все понял?

Доктор закивал что есть мочи, широко раскрыв от страха глаза.

Один из капюшонов приблизился к трупу Пашота и начал что-то шептать, приложив к мертвой голове широкий золотой кинжал. Шепот становился все громче, фигура в плаще начала раскачиваться в такт словам, потом резко подняла руки вверх. Тело Пашота оторвалось от операционной коляски и поднялось в воздух, потом , плавно проплыв над полом, приблизилось к доктору Хайндраве и начало вливаться в него. Врач страшно завыл, широко открыв рот и делая руками хватательные движения. Потом затих и повалился на пол. Тело Пашота полностью растворилось в теле врача. Один из незнакомцев склонился над Хайндравой и постучал его по щекам. Врач медленно открыл глаза.

– Ну давай, доктор, вставай. Пойдем, у нас мало времени.

Хайндрава, ни слова не говоря, неуверенно поднялся на ноги, раскачиваясь, как пьяный. Потом, шатаясь, медленно пошел к выходу из операционной.

Персонал морга даже не обратил внимания, как судебный врач выходил из здания. Он это делал много раз в течение дня, поэтому его даже никто не окликнул. Хватились доктора только через час, когда кто-то зашел в операционную и не нашел там ни исследуемого трупа, ни самого хирурга. Обнаружили Хайндраву в садике, прилегающем к моргу. Он сидел на скамейке, пил водку из горлышка, неизвестно откуда взявшейся бутылки, и смотрел на всех безумными, широко открытыми глазами.

***

Коренев похолодел, ноги противно задрожали, но он привык сдерживать себя. Сдержал cебя и на этот раз. Отвернулся от Тюкина и тихо произнес.

– Так это, значит, ты ,Тюкин, все организовал. Мелкая шестерка своего босса... Мертвого босса.

Антон Васильевич ничего не сказал. Он прошел в глубь кабинета прямо к столу, взялся за спинку рабочего кресла и развернул его на себя, потом подтянул кресло поближе к Кореневу, уселся в него, забросив ногу за ногу. Тюкин был одет в безупречный костюм-тройку, шею обхватывал белоснежный воротник накрахмаленной сорочки, украшенный ярким шелковым галстуком.

– Во-первый, Юрий Сержевич, здравствуйте. Заметьте, я обращаюсь к вам на вы и хотел бы пожелать этого от вас. Мы с вами очень редко встречались раньше, и, я думаю, у вас нет пока ни малейшей причины мне тыкать.

– Да? А это?
– Коренев головой указал на связанные ноги и руки.
– Это ты как прикажешь называть? Если ты такой джентльмен, то почему не пришел ко мне на прием и не объяснил по-человечески, в чем вопрос? Тогда бы я тебе не тыкал.

Тюкин усмехнулся.

– К этим мерам пришлось прибегнуть, дабы избежать ваших криков боли, когда вас начнут пытать.

В первый раз за все время заточения лицо Коренева побледнело от страха. Но только на мгновенье.

– Пытать? Ты что, урод, ты вообще хоть знаешь, с кем ты разговариваешь?

Тюкин усмехнулся.

– Сдают нервы, Юрий Сержевич. Ведь сдают, а? Ведь знает кошка, чье мясо съела?
– на этот раз побледнел от гнева Тюкин и надвинулся на мэра.

Коренев закрыл глаза. Глубоко вздохнул.

– Послушай, Тюкин, я не знаю, что тебе приснилось, и что тебе съелось. Я тебе, как мэр, обещаю, что я тебе ничего не сделаю, если ты прямо сейчас меня отпустишь и нальешь мне хорошего коньяка. Я очень устал и хочу домой. Давай, развязывай.

Тюкин одернул белоснежные манжеты, выступающие из рукавов, при этом щегольски провернул на запястье браслет тяжелых золотых часов. Потом поднялся из кресла и подошел к офисному столу, вытянул выдвижной столик с компьютерной клавиатурой, что-то нажал и снова сел в свое кресло.

Внезапно из многочисленных динамиков, вмонтированных в стены и создающих стереоэффект, раздался четкий, очищенный от помех, голос Коренева.

– ...Слушай, Петр, есть у меня возможность узнать, где клад Мышигина...Только мне твоя помощь нужна. Тебе надо будет съесть одно блюдо в ресторане, я скажу, в каком и когда.