Чтение онлайн

– Ты многое пропустил, пока препирался с Нечаевым. Тебя сначала представили к запоздалой награде и очередному повышению в звании, но после жалоб профессора действие приказа временно приостановили. Ты не мог отложить свое выступление на потом?

Остановившись, немного резковато обернулся к Антону.

– Я иронично отношусь к наградам и скептически к званиям. Даже на краю тотального истребления эти седовласые мальчики в погонах никак не наиграются в солдатиков. Все это грустно и печально, но я не желаю участвовать в их играх как расходный материал.

– Майор Алешин, по-моему, звучало бы лучше, чем капитан…

– Ужасно. Сам не пойму как мы вообще дослужились до капитанов.

Антон сделал вид, что не услышал последнюю фразу. Он страшно гордился своим званием.

Усталые бойцы, которые успели покинуть побережье и благодаря этому остались в живых, расходились по купе с понурыми физиономиями, от которых и молоко скиснет. Я их не винил, они парни хоть куда. Не их вина, что им пришлось расплачиваться за чужие ошибки и просчеты. Эти парни, слишком рано взявшие в руки оружие, были еще не сломлены, уж я бы увидел это в их глазах. Уставшие, понурые, но не сломленные. Что ж поделать? Не всегда же нам выходить победителями из всех передряг. Когда-то нужно и по носу получать, чтоб не загордится.

– Ждать больше нельзя, – в пол голоса сказал Палыч, раскуривая смердящий самосад. – Берег под полным контролем некроморфов. Все кто мог давно уже сюда отступили. Ради нескольких выживших мы все рискуем головой. Предлагаю убраться отсюда пока не поздно…

– Подождем еще немного, – решил я. – Если никто не придет, тогда уедем.

Прошли томительные пол часа ожидания, но никто так и не появился.

Как и два месяца назад вокруг меня снова металлические стены и двухъярусные койки. Привычно стучат колеса на стыках рельс, навевая сонное оцепенение. До Южного чуть более полутора часов езды, которые необходимо потратить на сон и подготовку перед новым сражением. Радист передал приказ штаба взять на себя оборону поселка, даже, если для этого придется лечь костьми. На бронепоездах эвакуировали с побережья чуть меньше двух сотен человек и еще несколько десятков увезли вертолетами, тогда как в операции участвовало больше четырехсот человек включая многочисленную исследовательскую группу Центра общественного здоровья. Пока мы будем изо всех сил удерживать Южный, командование будет разрабатывать план для восстановления утраченных позиций и зачистки берега от портала. Если вспомнить что в Гнезде находилось больше двух тысяч хорошо вооруженных солдат и большое количество бронетехники и авиации, ответ мог быть весьма весомым, а ведь еще не были задействованы патрульные корабли в море и резервисты с Северного. В ближайшие дни весь остров будет кипеть как разбуженный муравейник, а пока все только осознавали будущие проблемы.

Сидя за узким металлическим столом, я соорудил из скудного провианта для себя и Антона нечто вроде пары бутербродов из сухарей, вяленого мяса и сыра. Раздобыв где-то потемневшую от времени старую гитару, Чеков лениво перебирал струны, напевая простенькие мотивчики. После столь позорного поражения не хотелось ни о чем говорить. Все было понятно без слов.

Антон раз за разом мрачно опрокидывал в себя одну стопку горилки за другой, пока не задремал убаюканный стуком колес и равномерным раскачиванием вагона. Даже Чеков перестал перебирать струны, задумчиво глядя на огонек масляной лампы. Его мысли были далеки отсюда.

Нащупав под столом замусоленный журнал десятилетней давности, я с ленивым любопытством вытянулся на кровати и принялся листать страницы, рассматривая цветные фотографии прошлой жизни. Сейчас ничего из этого не осталось кроме картинок в журнале.

– Курилы. Острова, которые вам не забыть! – вслух прочел я на обложке. – Это уж точно. Острова мне теперь никогда не забыть.

– “Добро пожаловать на остров Шикотан, олицетворяющий начало России!

– “И вероятно конец”. – Мрачно подумал я, и от этих мыслей мне стало не по себе.

– “Остров входит в состав Малокурильской гряды. Курильские острова представляют собой цепь вулканических островов между полуостровом Камчатка (Россия) островом Хоккайдо (Япония). Они отделяют Охотское море от Тихого океана. Их протяженность тысяча двести километров, а площадь около пятнадцати тысяч квадратных километров. Акватория вокруг Шикотана – единственное в Мировом океане место, где в течение 3 месяцев в году, с августа по октябрь, ведется промысел сайры. Здесь встречаются практически все объекты промышленного рыболовства: минтай, треска, камбала, горбуша, осьминог, морская капуста…”

– “А так же Толстяки, Ведьмы, Ночные и Морские Охотники, зомби и многие другие виды экзотической фауны, которые с удовольствием лакомятся человечиной”. – Я сонно зевнул.

– “Остров обладает уникальным рельефом. Трудно оторвать взгляд от бухты "Малокурильская", единственной бухты на Южных Курилах, где крупные суда швартуются прямо у пирса. На соседних островах, суда становятся на рейд. Самое популярное и красивое место острова – это мыс "Край Света". Он представляет собой отросток суши, уходящий в море и заканчивающийся вертикальным обрывом”.

– “Если бы написавший эту статью человек увидел то что видели мои глаза на мысе “Край Света”, он бы, наверное, угодил в психушку потеряв от страха остатки разума.” – снова не удержался я от язвительного мысленного комментария. – “В последний раз, когда меня на вершину обрыва загнала стая Хиляков, у меня и в мыслях не было любоваться красотами”.

Растительный мир острова удивительно разнообразен. Часто встречаются заросли бамбука, тиса, лианы дикого винограда. Все это соседствует с суровой таежной флорой: елью, лиственницей, березой. Из диких животных обитают лисица и множество нерп. Поселки Крабозаводское и Малокурильское – вот и все населенные пункты острова. Они соединены между собой железной дорогой длиной сто километров. Подавляющее большинство населения острова заняты добычей и переработкой рыбы, в основном, сайры. Шикотан относится к юрисдикции Российской Федерации. По административной принадлежности, как и вся Малая Курильская гряда, входит в состав Сахалинской области. С языка айнов (коренное население островов) буквально переводится как «ши» – большой, значительный, «котан» – селение, город. Площадь острова – двести двадцать пять квадратных километров. Максимально высокая точка – четыреста метров. На поверхность земли выходят горячие минеральные источники, содержащие серу. Берега сильно изрезаны. Извержения подводных вулканов рождают грозное явление природы – цунами. Тогда гигантские волны со скоростью до пятисот километров в час устремляются к берегам и всей своей мощью обрушиваются на землю. Землетрясения – частое явление на Курилах. Рельеф островов преимущественно горный вулканический. Исключением является остров Шикотан, для которого характерен низкогорный рельеф, сформировавшийся в результате разрушения древних вулканов. Летом часто случаются туманы, зимой метели и штормы. Наибольшее количество солнечных дней осенью, но осенью же характерны наиболее сильные тайфуны со штормами и ураганными ветрами. В прибрежной зоне встречаются озера лагунного происхождения. Берега островов большей частью обрывистые или террасированные. Острова славятся и своими многочисленными горячими источниками, а также запасами минеральных вод. Флора и фауна Курил исключительно богаты и разнообразны. Разнообразен и животный мир Курил. Из промысловых зверей обитают медведь, росомаха, лисы, соболь, горностай, выдра. Не только стремление приумножать богатства страны, но и неодолимая тяга к неизведанным землям снимала русского человека с насиженного места и влекла все дальше и дальше на восток. Беглые крестьяне, казаки, промысловые и служилые люди, оторванные от родных мест, всего за 60 лет после присоединения Сибири к России дошли до побережья Тихого океана. Основанные после похода Семена Дежнева в 1649 году города Анадырь и Охотск стали базами для исследования Курильских островов, Аляски и Калифорнии. Освоение новых земель Россией проходило цивилизованно и не сопровождалось истреблением или вытеснением местного населения с территории их исторической Родины, как это случилось, например, с североамериканскими индейцами. Приход русских привел к распространению среди местного населения более эффективных средств охоты, металлических изделий, а главное – содействовал прекращению кровавых межплеменных распрей. Под влиянием русских эти народы стали приобщаться к земледелию и переходить к оседлому образу жизни. В Приамурье, которое окончательно было присоединено к России в 1652 году, русские привезли яровые хлеба, косы, бороны, железные сошники, они строили амбары, водяные мельницы. Тогда же русские мореходы впервые ступили на Курильские острова. Приведя местных жителей айнов в русское подданство, русские основали на островах зимовья, стоянки, научили айнов пользоваться огнестрельным оружием, разводить скот и выращивать некоторые овощи. Многие из айнов приняли православие и обучились грамоте. По велению Екатерины II в 1779 году все поборы, не установленные указами из Санкт-Петербурга, отменялись. Таким образом, факт открытия и освоения русскими Курильских островов неоспорим…”

Я отложил в сторону журнал. Мои мысли снова и снова возвращались к сегодняшним событиям и странному гостю из портала. Появилось стойкое чувство, что он имеет какое-то непосредственное отношение ко всему происходящему. Можно сколько угодно гадать о его причастности к этому, но ясно одно – он очередная фигура на доске и притом не маленькая. Его необходимо разыскать в самые короткие сроки и при необходимости нейтрализовать, но до этого выяснить цель прибытия на острове. Что-то подсказывало мне, что незнакомец в курсе всего происходящего. Возможно, даже знает ответы на самые главные вопросы – кто пытается истребить людей таким отвратительным методом, и кто является хозяином Радости жизни?

Подхватив с кровати автомат, я тихо вышел в коридор. К тому времени уставшие бойцы спали беспокойным сном, нарушаемым частыми криками во сне. Кошмары по ночам – обычное для всех явление. Ночью мы снова переживали прожитую жизнь и потерю лучших друзей.

– Плохи наши дела, командир? – тихо спросил подошедший Палыч, остановившись рядом с бойницей, через которую я задумчиво разглядывал вечерние холмы. Железная дорога петляла между ними словно стальная змея, ведущая в загробное царство. Притягательное зрелище.

– Да ничего хорошего, – буркнул я, не отрывая взгляда от бойницы. – Долго еще ехать?

– Минут сорок, – пожал худыми плечами машинист, неспешно раскуривая самокрутку. – Южане живут обособленно. Как бы беды не вышло с нашим несвоевременным к ним визитом…

– Ерунда, они будут нам рады, когда узнают новости. Кто-нибудь из руководителей научной группы уцелел кроме нескольких лаборантов, встреченных мною в соседнем вагоне?

– Нет, все остались на побережье, царства им небесного, – вздохнул Палыч, а потом с неудовольствием кивнул на мой оберег висящий на шее. – В столь мрачный час надень крест и прими православную веру, зачем тебе эти богомерзкие сатанинские символы?