Глазами ангела
Шрифт:
– Возможно, наша гостья покажет нам свои навыки?
– громко произнес какой-то пожилой человек.
Все взгляды в секунду остановились на мне.
– Говорят, что в деревне Лучей самые лучшие шиноби, - продолжал он.
Я не могла отказаться, потому что это бы сочли за трусость и так могли подумать про весь клан. В то же время не могла согласиться, потому что не знала, что мне надо делать. Тогда я не понимала, зачем они это делают. Неужели не знают о методах нашей подготовки? Неджи с тревогой посмотрел на меня. Пришлось сделать выбор: встать со своего места и остановиться напротив Хинаты. Я видела в ее неуверенности свою, когда принимала боевую стойку (мне, по крайней мере, казалось, что она боевая).
Хината ударила первый раз, видимо вкладывая всю силу. И я оказалась на полу, но тут же подскочила. Плечо пронзила острая боль. Удар, еще удар. Я опять поднималась. Было больно. Хината с тревогой обернулась на старших. Я же с трудом поднималась от очередного удара. Последний был не таким сильным, но его хватило.
– Хикари-сан, - она подбежала ко мне.
Бросив быстрый взгляд на Неджи, который хмуро смотрел на меня и сжал кулаки, я переводила взгляд на других, стоящих здесь.
– Спасибо, - улыбнулась Хинате, принимая вертикальное положение и опираясь на нее.
Казалось, что она сейчас сама расплачется. Вы хотели представления? Тогда смотрите. Я подняла ладошку к груди, концентрируясь на распределении чакры по всему телу и исцелении. Это заняло больше времени, чем обычно, потому что таких повреждений раньше не было. Когда открыла глаза, то уже спокойно могла стоять без помощи Хинаты. В глаза каждого отразилась лишь одна эмоция - удивление.
– Спасибо большое за тренировку, - поклонилась Хинате и всем остальным и вышла, прикрыв за собой дверь.
Пройдя пару шагов, я сорвалась на бег. В какой-то момент слезы обиды прорвались сквозь все старания держаться. Куда меня несли ноги, я уже не видела. Нет, я не винила Хинату, потому что понимала, что не она всё это придумала. Она была лишь такой же жертвой, как и я.
Остановилась уже тогда, когда не могла отдышаться, голова кружилась, а ноги подкашивались.
– Хикари?
– откуда-то за спиной раздался голос Саске.
Я обернулась, несколько секунд смотрела в его глаза, а потом разревелась в голос. Видно было, что он смутился и растерялся.
– Что случилось? Тебя кто-то обидел? Что-то болит?
Я продолжала реветь, не в состоянии внятно что-либо ответить. Тогда он, вздохнув, обнял меня.
– Ниндзя не должны плакать. Ты забыла?
Но было это сказано не с укором, а с попыткой как-то по-своему поддержать.
Не знаю, сколько я плакала, но становилось легче, слезы сами высыхали, и дыхание выравнивалось.
– Прости, что ты это все видел. Я сама не знаю, как здесь оказалась.
– Кто это сделал?
Но я лишь молча покачала головой.
– Может, соберем тебе еще один букет?
Опять качаю головой.
– Лучше посмотрю на твои тренировки. Вдруг получится чему-нибудь научиться. Но сначала хочу кое-что подарить.
Я уселась на колени перед Саске. Он же заметно напрягся, внимательно следя за мной. Про эту технику я читала всего раз, но решилась воспользоваться только сейчас (хотя первым ее должен контролировать наставник). Обернулась к крыльям (угу, а плащик-то я как-то забыла захватить. Интересно, что думали жители деревни, когда мимо них бежала плачущая девочка с крыльями?), вытащила одно перо. Я попыталась сконцентрироваться на чакре, сделать ее более безопасной. С одним пером это было гораздо проще проделать, чем со всеми крыльями. Затем вытянула из основания нити и соединила их.
– Это тебе. В знак дружбы.
Саске как-то не особо доверчиво смотрел на подарок.
– Оно тебе ничего не сделает, - улыбнулась я.
– Это просто символ дружбы и доверия. Ты - мой первый друг.
Он смотрел мне в глаза, ища там подвох, но все-таки взял перо.
– Ты же говорила, что опасно касаться твоих крыльев.
– Да, но не этого.
На этот раз Аима-сенсей пришла вместе с братом Саске.
– Хикари, нам нужно поторопиться. Мы покидаем Коноху, - как-то слишком серьезно она это объявила.
– Что?
– Пойдем.
Она взяла растерянную меня за руку, даже не дав толком попрощаться. Обернувшись, я видела удивленные лица братьев.
***
Плеск воды у наших ног и отражение чистого неба. Мы сидим спинами друг к другу на причале.
– Прости, Саске, - нарушаю молчание.
– Я тогда еще не получила глаза Неба и не могла точно знать, но мои ощущения все равно не были негативными. Я не видела тьму в нем. Более того, чувствовала, что доверяю ему.
Усмешка с его стороны.
– И прости, что не была рядом...
– еще тише добавляю.
– Ты все равно ничего не смогла бы сделать. Мы были детьми. Но что теперь видят твои глаза?
– Твою боль. И ненависть, - произношу эти слова и понимаю, что его изменили именно они.
– Достаточно ненависти, чтобы убить его?
– Достаточно боли, чтобы убить в себе того мальчика, которого я назвала другом.
Слышу, как он поднимается и идет прочь, но потом останавливается и спрашивает:
– Значит, мне нужно вернуть это?
Я поднимаю взгляд от воды. Саске держит на нити моей чакры перо, подаренное при нашей последней встрече.
– Нет. Я по-прежнему считаю тебя своим другом. И на этот раз смогу прийти на помощь.
– Теперь я могу справиться сам, - ухмыляется он, одевая перо.
– Проверим на экзамене, - улыбаюсь ему. Кажется, даже стало как-то легче оттого, что он не вернул мой подарок назад.
– Надеюсь, тебя все-таки научили основам и правилам шиноби, - отвечает он, поворачивается и уходит. В последнюю секунду удается заметить легкую улыбку на его губах.
Я какое-то время смотрю ему вслед. Хорошо, что мы поговорили, и он больше не винит меня (теперь знаю это точно, чувствую, что он все понял). Но как быть с ненавистью, которая в нем, которая сжигает все внутри?
Глава 10.
Поднявшись на третий этаж, мы без проблем находим нужную аудиторию, которая уже битком набита шиноби разных стран.