Чтение онлайн

Самойлов обещал подумать — только таким образом ему удалось выпроводить Капустина. Тот совал деньги — аванс — и просил подписать хотя бы условный договор на поиски дочери.

— Мне бы только знать, где она и чем занимается! — повторил он.

В половине седьмого следующего утра Самойлов уже замерзал на детской площадке возле дома Капустиных. В семь с минутами наконец из подъезда вышла Мария Ивановна Мукалова, натягивая на ходу перчатки. Не заметила Самойлова, пока он не преградил ей путь.

— Где ваша собака? — без предисловий спросил замерзший Прохор Аверьянович, стуча зубами.

Маруся не сразу узнала его и долго еще с удивлением разглядывала странный головной убор Самойлова — поверх старой меховой шапки бывший следователь повязал шарф, чтобы спасти от ледяного ветра уши и щеки.

— Зачем вам? — спросила она наконец, стараясь сдержать улыбку.

— Хочу знать, где ваша собака.

— Ее нет, — просто ответила Маруся.

— Давно?

— Две недели. Третья пошла.

— Собака у Валерии, так? — без объяснений своего интереса спросил Самойлов.

— У Леры, — кивнула Маруся. — Я спешу, а вы замерзли. Почему ко мне не поднялись?

— Я хотел убедиться, что вы не выгуливаете собаку утром. Если бы вы ее выгуливали, я бы ушел без всяких вопросов.

— Странный вы какой-то, — вздохнула Маруся. — Ладно, пойдемте ко мне, я позвоню на работу, что опоздаю.

— Я в подъезд зайду, а к вам подниматься не буду.

— Хорошо, только пойдемте скорее, а то у вас сейчас нос отвалится.

В подъезде они поднялись на один пролет, и Самойлов тут же прилип к батарее. Маруся молча стояла и ждала.

— Вы ведь больше не дружите с Капустиными, так? — то ли спросил, то ли выразил надежду Самойлов.

— Да, у нас разладились отношения после пропажи Антоши.

— И вы знаете, где Лера, — констатировал Самойлов и отлепился от батареи, только чтобы прижаться к ней спиной.

— Знаю, — кивнула Маруся. — Когда ее родители отказались искать мальчика, она пришла ко мне.

— А вы?

— Я сказала, что тоже не буду его искать. Тогда Лера отказалась остаться у меня и попросила найти для нее интернат.

— Нашли? — Самойлов уставился в лицо женщины, выискивая причину ее поразительного спокойствия и тихой радости в лице. «Такие лица бывают у сектанток», — подумал он.

— Нашла.

— Капустиным сообщили, где их дочь?

— Они меня не спрашивали, — с легкой улыбкой ответила Маруся.

— А меня спрашивали! Хотели нанять для розыска! — заявил Самойлов.

— Хорошо, я занесу им адрес, не кричите. Девочка просила ничего им не говорить, но я занесу.

— Где она?

— Интернат для детей с отклонениями. Под Истрой. Хорошее место.

— С какими еще отклонениями? — опешил Самойлов.

— С умственными. Дауны, олигофрены. Лера выбрала группу аутистов.

Самойлов уставился в лицо Маруси с остервенелым отчаянием.

— Да вы не беспокойтесь, — тронула его руку Маруся. — Там отличные условия проживания. И потом, Лера сама выбрала этот интернат. Она отвергла две частные загородные школы. А под Истрой отличные педагоги и специалисты по детской психиатрии и неврологии. Она там не столько учится, сколько помогает взрослым, ухаживает за детьми. Ее все сразу полюбили безоглядно…

— Не сомневаюсь, — процедил Самойлов.

— Разрешили туда собаку взять. Артист теперь для всех — главное лекарство от беспокойства и тоски.

— Дауны, олигофрены… — обреченно прошептал Самойлов.

— Аутизм — это не умственное отклонение… — начала было объяснять Маруся, но Самойлов перебил.

— А дауны — это просто люди с лишней хромосомой! — закричал Прохор Аверьянович. — Мало этой девочке было одиночества, теперь она научится замыкать его на себя, как оголенные провода! С риском для жизни, так сказать!..

Не попрощавшись, Самойлов тяжело затопал вниз по ступенькам. На улице он остановился, осмотрел двор и заметил Марусю в окне площадки между первым и вторым этажом. Она смотрела на него сверху. Даже сквозь пыльное стекло ему почудилась джокондовская улыбка.

— Не беспокоиться, да? Пошли вы все!.. — обозлился Самойлов и поехал на Истру.

Он решил, что в данном случае поверит только своим глазам. Приехал. Долго искал интернат — Лесную школу, как его здесь называли. Уже в сумерках увидел сквозь натянутую сетку девочку с собакой. И уехал.

В электричке он представил себе физиономии родителей Леры, когда те узнают, в каком именно заведении их дочь пожелала закончить среднее образование, и развеселился.

Прошло почти два года.

Самойлов Прохор Аверьянович за это время сильно постарел. Было много волнений, потому что сослуживцы по доброй памяти решили слегка разнообразить его жизнь и устроили приходящим консультантом по криминалу в крупную страховую компанию. Директором компании был бывший начальник таможенной погранслужбы, старый знакомый Самойлова. Он думал, что сильно облегчит работу своему другу, объяснив ему некоторые особенности не совсем легального бизнеса в страховании, например автомобилей и недвижимости, но для Самойлова осознание своего участия в подобных делах закончилось инфарктом. Выкарабкавшись, он получил «спокойную» должность консультанта в отделе по страхованию жизни и здоровья граждан. Со свободным графиком работы. Ему вручили пейджер, который верещал в случае срочной потребности в консультанте. И познакомили с помощником, обязанностью которого было после сигнала пейджера доставлять консультанта к месту расследования, вести всю бумажную работу и при этом учиться у Старика навыкам интуиции и профессионального сыска.

Первый же взятый наугад для просмотра страховой полис привел Самойлова приблизительно в такое состояние, в которое впадает хорошо натасканный пойнтер в пяти метрах от затаившегося глухаря. Вьетнамская женщина Саия Чен застраховала свою жизнь на огромную сумму, указав в договоре получателей страховки в случае ее смерти — двенадцать человек. Это были ее братья, сестры и две бабушки.

— Пустое! — отмахнулся начальник, которому Самойлов описал свои опасения. — Любой первый попавшийся обезображенный труп ее двенадцать наследничков нам подсунуть не смогут. У этой женщины есть отличительные особенности в строении организма. А ты думал, я первую попавшуюся вьетнамку застрахую, да? При всей моей любви к Востоку — нет и нет, только с отличительными особенностями.

— Ты не понимаешь особого отношения к жизни и смерти у этих людей. Ради обеспечения благополучия семьи они на все готовы. Им самих себя порешить — раз плюнуть! Но даже этого делать не придется — всегда отыщется близкая подруга и из любви и чувства долга устроит самое доказуемое убийство, — сказал Старик.

— Аверьяныч! — укоризненно посмотрел на Самойлова начальник. — Для сюжетов на эту тему я держу лучшего специалиста в Москве.

— Скажи этому специалисту!.. — завелся было Самойлов, но по веселым глазам начальника понял, кого именно тот имеет в виду. Хотел было рассердиться, но лесть сработала, и они выпили на рюмочке коньяку.