Чтение онлайн

Важнейший лозунг всякой Национальной революции: “Одна нация, одно государство!”, – является лозунгом этнократического унитарного государства. Он прямо вытекает из главной политической задачи Национальной революции: создания социально-корпоративной национально-государственной системы власти, как единственного средства преодоления гибельного общегосударственного кризиса, кризиса несоответствия производственных отношений этого государства самому передовому в мире уровню развития производительных сил. В конкретных обстоятельствах в России, на Украине и в Белоруссии, такой лозунг унитарного единства в состоянии опереться только на мифологизацию древнерусской традиции государственности. Но эта традиция отрицает, решительно не признаёт, воспринимает, как требующее безусловного подавления, стремление белорусских и украинских почвенников, называющие себя националистами, но в действительности являющиеся оголтелыми народными патриотами, создать свои независимые государства. В обстоятельствах острейшего кризиса производительных сил и производственных отношений в России, на Украине и в Белоруссии борьба за народно-почвеннический патриотизм неизбежно становится реакционной, выступает политическим анахронизмом уходящей в прошлое эпохи. Противопоставить такой борьбе надо борьбу за становление русского национального среднего класса, то есть класса связанного с самыми передовыми промышленными производственными интересами вызревающей постиндустриальной цивилизации.

Возникновение огромной Российской империи было обусловлено предварительным появлением русского народного сословия дворянства. Сословное самосознание русского дворянства и его высокая способность к самоуправлению, которые сложились в обстоятельствах зарождения русского сословного народа во время Великой Смуты и после неё, были стержнем учреждений власти и управления Российской империи, определяли её способность к экспансии. Наряду со сложившейся в предыдущие столетия относительно самостоятельной казачьей военно-племенной демократией в приграничье империи, в правление Екатерины Великой завершалось становление русской дворянской демократии в центральной части страны, и как раз дворянская демократия, подчиняя себе старшин казачества, превратила Россию в самую могущественную феодальную империю Евразии и всего мира. Русский большевизм был дворянским по идейному происхождению, выражал представления определённой части дворянства на цели и способы усовершенствования страны. Когда большевики пришли к власти, они принялись создавать управленческую номенклатуру, как прямую наследницу русского дворянства, у которого был унаследован и принцип демократического централизма в выстраивании внутреннего самоуправления. Номенклатура подавила, вытеснила соперничавшую с дворянством казачью военно-племенную демократию, тем самым объединила и укрепила централизованное управление русским народом и советским государством для цели осуществления ускоренной индустриализации страны, превращения её в глобальную индустриальную коммунистическую империю. Упадок веры в коммунистическое мировоззренческое насилие, в коммунистический идеал человеческого общежития вызвал кризис советской имперской идеи, моральное разложение русской советской номенклатуры и, как следствие, распад учреждений управления. Но после успешной буржуазно-демократической революции в России начал постепенно возникать слой горожан, который поддержит грядущую русскую Национальную революцию, а в течение эпохи Национальной Реформации будет преобразовываться в национальный средний класс, в главный политический класс национального государства.

Национальный средний класс в условиях буржуазно-городского классового общества в известном смысле исполняет роль народного дворянства, какой та была в условиях удельно-крепостнического сословного общества. Способность будущего русского национального государства к выстраиванию передовой постиндустриальной экономики, передовых постиндустриальных производственных отношений и глобальной постиндустриальной Сверхдержавы определится тем, способен ли будет русский национальный средний класс унаследовать традиции русского дворянства, оттолкнуться от них и развивать их в соответствии с новыми историческими обстоятельствами. Национальная Культурная революция, определяя направление творческого созидания русской национальной субкультуры, должна в полной мере учитывать данное положение. Так же, как она должна учитывать и требование – видеть русский национальный средний класс этническим, а не великорусским. Русский средний класс, в том числе с помощью новой, национальной субкультуры должен преодолеть, оставить в прошлом великорусские, украинские и белорусские народные общественные отношения как таковые, рассматривать их лишь ступенью в историческом развитии этноса.

Наиболее подходящей символикой в идеологическом основании объединительной мифологизации исторических корней русской нации оказывается символика, связанная с именем Святослава, с той державной традицией русской государственности, которая была заложена его величественными и имевшими огромное значение в судьбе древней Руси военными и политическими деяниями. В частности, красный стяг с золотым львом на нём, под которым Святослав совершал свои знаменитые походы, преобразовавшие Древнюю Русь в собственно восточноевропейскую державу, что создало предпосылки для унаследования Московской Русью Византийской имперской традиции государственного развития. Лев, как изначальный символ в традиции русской великодержавной государственности, отрицает появившихся много позже византийского двуглавого орла Российской империи, а так же трезубец украинской самостийности, вернее сказать, профаническое упрощение падающего сокола, знака рода Рюриков. Поэтому лев может стать символом государственнического самосознания русского национального среднего класса, важнейшим символом русского городского общественного сознания, одним из главных государственных символом эпохи Национальной Реформации. Данный символ важен и потому, что военные дружины Святослава были родоначальниками русского дворянства, а значит, и русского национального среднего класса. С данным символом можно создавать современную традицию национально-русских военно-управленческих учреждений государственной власти, как учреждений национального среднего класса, и соответствующую культуру национального среднего класса, которая отразит абсолютный примат духа и долга над плотскими страстями.

Нынешний режим диктатуры коммерческого космополитизма быстро разлагается пропагандой безудержного потребления и самых разнузданных удовольствий. На этом зиждется кровный интерес коммерции: как можно больше продать, всё превращать в потребительский товар! Поэтому господствующий класс режима сложился из соответствующих дельцов, живущих одним сегодняшним днём и текущим часом, а завтра для них – хоть трава не расти, хоть потоп. В таких политических условиях бороться с бандитизмом, с коррупцией, с уклонением от налогов, с разложением армии и учреждений исполнительной власти, не только невозможно, но политически бессмысленно, ибо ничего, кроме потери лохмотьев авторитета верховной власти, достичь нельзя по существу задачи. Все разговоры главных дельцов режима об укреплении государства обречены быть безответственной болтовнёй, потому что власть разъедается аморализмом изнутри самим господствующим классом. Не знающий меры корыстный эгоизм этого класса стал одной из главных причин столь глубокого общегосударственного кризиса, который начался ещё при советской власти с упадком влияния коммунистического мировоззрения, а продолжится до русской Национальной революции.

Для преодоления гибельного разложения, для спасения государственнической традиции в новых исторических обстоятельствах, обстоятельствах объективного становления буржуазно-капиталистических отношений, нужна насильственная смена всего господствующего класса либералов и коммерческих спекулянтов. Нужна замена его на совершенно новый господствующий класс, в составе которого главенствующее положение должно принадлежать национальному среднему классу, воспитываемому на привлечении лучших традиций всех бывших в исторической памяти человечества цивилизаций, всех цивилизованных обществ. Культ долга, чести, славы – наиважнейшие составляющие таких традиций. Только когда эти понятия оказываются для лучших представителей этого класса более важными, чем плотские удовольствия, когда смерть превращается в ничто перед ужасом потери чести, тогда только становится возможным вымести напрочь коррупцию, казнокрадство, предательство государственных интересов, разнузданный и неуправляемый бандитизм из насущных проблем политической жизни государства.

Для современного производства, больше того, для любых современных цивилизованных, то есть городских корпоративных сообществ, принципы воспитания национального среднего класса на основе традиций отечественного дворянства оказываются отвечающими требованиям получения наивысшей прибыли от достижений конечной корпоративной цели, конечного корпоративного результата на мировых рынках. Японские якудза, к примеру, добились огромных успехов в организации своих преступных сообществ во многом вследствие использования самурайских принципов примата духа над плотью, безусловной, почти орденской дисциплины и верности долгу перед своей “семьёй”, которые являются характерными именно для военно-управленческого сословия. Но эти же принципы унаследованы и японским национальным средним классом, признаются в Японии за главное основание послевоенного успеха промышленного капиталистического развития страны, особенно в высокотехнологичных производствах, успеха, по праву определяемого как экономическое чудо.

Русская Национальная революция обязана отразить задачу создания национального среднего класса в полной мере. Она должна подчинить этой задаче всю государственную политику, всю культурную политику, всю образовательную политику, при отчётливом понимании, что такая задача разрешима лишь со сменой поколений, то есть к завершению эпохи Национальной Реформации.

Восстановление управляемости государством и создание современного крупнопромышленного производства рыночно конкурентоспособных товаров при тех тяжелейших внешнеполитических обстоятельствах, в каких оказалась Россия, немыслимо уже без самой решительной борьбы за расово и исторически обусловленную национальную этику социально-корпоративного труда. Иначе говоря, духу и эстетике русской Национальной революции необходима жесточайшая нетерпимость к любому проявлению асоциального поведения и паразитизма, снижающих общенациональную производительность труда, конкурентоспособность национальной экономики и политики.

Единственно приемлемый лозунг в этом вопросе: “Никакого оправдания социальному паразитизму!” Если причиной такого паразитизма окажутся историческая отсталость, варварство, расовая или этническая неразвитость социального сознания определённой части населения, надо решительно осуществлять действенные меры обеспечения непременного отмирания их носителей. Мировая цивилизация приближается к эпохе экологического бедствия и порождаемого этим глобального национал-дарвинизма. У политической силы, которой придётся возглавить русскую Национальную революцию, нет выбора. Она вынуждена будет вследствие мобилизационного характера мер по спасению экономики и традиции государственности раньше политических сил и правительств других стран недвусмысленно начать революционно прогрессивную политику воспитания национального общественного сознания, каким оно обязано быть в завтрашнем мире.

Нелегальная иммиграция прямо подрывает политические меры режима проведения Национальной Реформации по мобилизационному воспитанию жизненно необходимой социально-корпоративной этики общественного труда. Для искоренения условий, способствующих нелегальной иммиграции, проникновению на территорию русского государства с какими то ни было целями, понадобится узаконить длительные каторжные работы за нарушение визового режима, а так же применение оружия на поражение в приграничных районах. Такая политика будет не временной, а долгосрочной, стратегической. Легальная же иммиграция должна стать строго избирательной, разрешающей длительно находиться в стране лишь тем, кто способен с течением времени в процессе трудовой деятельности вовлекаться и вживаться в русское национальное общество, то есть при наличии доказательств о близкой родственности расового бессознательного умозрения и определённой исторически обусловленной культуре социального поведения.

Для укрепления политической устойчивости национальной власти в обстоятельствах расширения всевозможных рыночных свобод потребуется решительно изменить весь строй духовной культуры русского самосознания, воспитывать у новых поколений самосознание общественно этнократическое, национально-государственническое. Главным препятствием на таком пути станет отсутствие влияния на русское историческое самосознание дохристианской цивилизованности при укоренившемся чрезвычайно высоком давлении на политическую жизнь России христианской православной традиции, которая оправдает сосуществование разных этносов и рас в едином религиозно-идеологическом пространстве.