Чтение онлайн

это, больше ничего. И поскорее, Орест Иваныч, миленький!.. Жду.

— Кто это миленький, а?! — Двинятин неслышно подошел сзади. Он был тоже хмур после сна и не скрывал своего настроения. — Что у тебя общего с колонией и какими-то заключенными, читающими книжки? И при чем тут воры в законе?

Она могла бы развеселиться от его ревности. Пошалить, поластиться и поцеловать. Он бы, конечно, растаял. Но Вера просто и буднично посвятила ревнивца в некоторые свои размышления. В кое-что, пришедшее ей в голову во время шитья. Только сон не рассказывала. Он выслушал ее внимательно.

—Доверься мне, Андрюша, — попросила она. — Мне сейчас нужно твое полное и безоговорочное доверие. Тогда все получится.

— Если так… Считай, я твой инструмент для утверждения всемирной справедливости. Что нужно делать?

— После. Вначале сделаю несколько звонков.

—А что полковник сказал?

— Ничего не обещал. Попробует узнать.

Она позвонила Абдулову, предчувствуя, что разговор будет непростым. Он сразу спросил, нашла ли Лученко убийцу его жены. Вера объяснила, что рассчитывает сделать это сегодня поздним вечером и что ей требуется помощь его охранников, самых профессиональных и тренированных.

— У меня вся команда такая, — буркнул Абдулов. — Но есть одно условие.

—Догадываюсь…

— Я хочу получить его. Сразу.

— И потом вы его милиции не отдадите?

— Нет.

Разговаривать с Абдуловым было и просто, и трудно. Он не произносил ни одного лишнего слова, строил фразы с минимумом прилагательных. Но переубедить его, если он что-то решил, никто не мог.

— А если я в таком случае откажусь от вашей помощи? — рискнула сказать Вера. — Ведь только милиция имеет право задавать вопросы, арестовывать, назначать меру наказания и тому подобное.

— Отказывайтесь, — сухо сказал Абдулов.

Неужели понял, что она блефует? Никакие менты не могли помочь ей осуществить задуманное. Слишком неповоротливая у них система, слишком много будет посвященных в операцию, слишком много потребуется согласований. К тому же на роль подсадной утки захотят поставить своего человека. А человек возьмет и не сыграет, как нужно. Убийца почувствует. У него звериное чутье. Вере казалось, что между ним и нею протянулась тонкая паутинная нить и он даже сейчас может чуять ее намерения.

Да и Абдулов ничего не теряет. Ну не отдаст она ему убийцу, ловушка не сработает. Что тогда? Тогда он вправе сказать, что она не выполнила данное ему слово. И уже сам превратится в неуправляемого маньяка. Ведь действительно, может начать косить людей направо и налево. Он же чудовище. Нельзя этого допустить…

—Ладно, Дмитрий Петрович, Вы его получите. Но у меня тоже есть одно условие.

— Какое? — В голосе ни малейшего любопытства. Просто робот, а не человек!..

— Вначале я сама с ним побеседую.

— Хорошо. — Никакой паузы, никаких колебаний. — Побеседуйте. Но тогда узнайте, почему он убил Вероничку. Вы же профи? Это единственное, что меня интересует перед последним гонгом. В любом случае вы знаете, чем закончится матч. Но если он вам не ответит на этот вопрос, я перестану играть в поддавки. Вам и вашему другу будет плохо. Это все. Ждите звонка моего начальника охраны. Он поступит в ваше распоряжение. — Не попрощавшись, Абдулов отключил связь.

Вера вздохнула. Абдулов — это еще не вся беда. Если она не сумеет поймать убийцу и аниматоры от нее отвернутся, если подруги разочаруются в ее способностях — это не самое страшное. Он будет продолжать убивать, вот что главное. Вот та болевая точка, которая ее вообще держит на этом «деле».

Теперь поскорее, пока в кураже, нужно утрясти остальные вопросы. Лученко набрала еще один номер.

— Здравствуйте, Авраам Тембулатович… Спасибо, хорошо. Да, могу порадовать. Но требуется ваша помощь. Отлично…

Ей нужно было узнать, какое мероприятие планируется на закрытии анимационного фестиваля. Ага, карнавал… Замечательно. Он будет проходить именно в полюбившейся аниматорам кофейне «Смачна филижанка». Мест хватит, потому что народу осталось мало, многие участники разъехались по своим странам. Мамсуров подпустил в голос легкой укоризны, будто Лученко Вера Алексеевна была виновата. Ну не захотели люди находиться в атмосфере допросов, которые милиция регулярно проводила, и вообще в опасном нынче Львове. В городе, где орудует вампир.

— Я хочу, — начала Вера, — с вашей помощью организовать торжественное объявление о карнавале…

—Да оно уже заготовлено, — перебил ее Мамсуров.

— Нет, будет такое, как я скажу, — твердо заявила Лученко. — Итак, объявление о карнавале, посвященном

закрытию фестиваля. Через пару часов, там же, в кофейне. Ваша задача — чтобы в кнайпе присутствовали все: и Боссарт, и Завьялова, и Батюк, и другие аниматоры, и даже Кармен. Вы внесете за нее залог, денег у вас, уверена, хватит.

— Э-э, уважаемая, — сказал Мамсуров, — денег совсем не осталось…

— Найдете. Меня это не касается.

— Так вы хотите расставить ловушку убийце? И они все у вас подозреваемые?

— Да-да, — ответила Вера рассеянно.

– И я?

Вера усмехнулась.

— Вы ведь тоже обязательно будете там. А если не сможете прийти — ничего страшного.

Мамсуров с облегчением перевел дух.

— А теперь самое важное, — сказала Вера.

— Я весь внимание.

— Объявление о карнавале сделаю я. Мне нужен текст как можно более длинный, многословный. Минут на пятнадцать как минимум. Если у вас уже заготовлен короткий — пусть, досочиню. Вообще, что бы я ни делала, никто не должен удивляться, мешать мне. Так и передайте своим помощникам: пусть не мешают!..

– Хорошо-хорошо, как скажете…

— А вас предупреждаю все-таки: читать текст объявления я буду с книгой в руках. Не знаю пока с какой. Найду… Собственно, в книгу будет вложен лист бумаги.

— Я понял, Вера Алексеевна, — сказал Мамсуров деловито. — Вы будете командовать парадом!

— Вот именно, — ответила Вера.

Она отключила телефон и посмотрела на Андрея. Так и знала. Хмурится.

— Верочка! Ты хорошо все продумала? Ведь если ты ошиблась… Я так понял, что это не просто опасно, а смертельно опасно.

Она пожала плечами. Что ему сказать, чтобы не боялся за нее?

— Знаешь, — сказал Андрей, и Вера увидела на его лице хорошо ей знакомое упрямое выражение. — Не нравится мне все это. Я же не полный кретин и отлично понял, что ты затеяла. Предполагаешь, что убийца клюнет на чтение книги. И выступаешь в роли живца.