Чтение онлайн

Полковник рассказал, как они отступали и действовали, отчего я пришёл к мнению, что ситуация, конечно, сложная, но не смертельная. Как минимум, качество наших войск не уступает врагу, а знание разных военных хитростей, похоже, даже опережает. Пока сайнады рассчитывали на свою привычную тактику, Первая отвечала работающими схемами, проверенными на Дэсарандесе. И это давало свои плоды.

Нельзя забывать и о тренировках, которые проводил Эдли. В них участвовало несколько тысяч солдат. Все учились действовать именно в таких условиях: в режиме постоянного взаимодействия с беженцами и связанными с этим трудностями.

Я кивал полковнику, который рассказывал об успехах и неудачах, и позитив от удачного нападения постепенно исчезал. Таял. Такими маленькими победами не выиграть войну. Как выяснилось, Зарни ведёт более десяти тысяч солдат, а двигающийся следом Дэйтус — ещё двадцать. А ведь к ним в помощь собирались противники, идущие через Залив Бабочек!

Вскоре мы добрались до старого лагеря Логвуда, где его войска остановились вчера ночью. Признаться, место произвело впечатление. А некоторые, такие как Бейес или Сэдрин, даже привстали в стеменах.

Весь предлесок был вырублен.

— Здесь пришлось отражать атаку, — сухо пояснил Окмус. — Лес пошёл на защитные укрепления, которые пришлось строить чуть ли не перед лицом врага. Мы рубили, а они скакали в бой.

В воздухе до сих пор клубился дым, призрачный на фоне бледнеющего неба. Лошади осторожно выбирала дорогу среди изрубленных пней. В земле были видны рвы, частокол, оставленные баррикады, глубокие колеи там, где фургоны выстроили в оборонительную линию.

И дымящийся пепел, оставшийся в очагах.

Небольшое озеро, попавшееся по пути, было вычерпано почти досуха, отчего оно только-только начало наполняться: маленькая буроватая лужа, окружённая грязными обрывками древесной коры и гниющими листьями. Даже рыбу всю забрали.

Перед глазами возникла сцена: солдаты держат оборону, громкие голоса отдают резкие приказы, а позади отступают беженцы с покрасневшими от недосыпа глазами. Тысячи людей. Детишки, набившиеся в фургоны, больные взгляды стариков, усталые мужчины и женщины. Логвуд не дал им отдыха, времени, чтобы справиться с потрясением, примириться с тем, что произошло и происходило сейчас. Они пришли, наскоро построили укрепления, может быть перекусили на ходу, вычерпали себе воды и какой-то еды, а потом тут же ушли, пока за спиной уже гремел новый бой.

А дальше, после победы, Логвуд направился догонять беженцев, отрядив Окмуса и пять сотен солдат прикончить несколько групп налётчиков, которые вскоре снова начали бы тревожить его тыл.

Ситуация понятна, итог один — необходимо соединиться, а там уже и решать, как действовать дальше. Понятно, что у коменданта есть план, но ублюдок решил не сообщать его мне! И Маутнеру, похоже, тоже. Потому что иначе, как я надеюсь, капитан рассказал бы о нём. Хотя бы намекнул, перед тем, как оставить в Монхарбе с горсткой «Полос» и несколькими сотнями добровольцев, из которых выжили считанные единицы.

Проклятье, все остальные получили «скользкие койки»!

— Ты напряжён, Изен.

Слова, произнесённые спокойным девичьим голосом, едва не заставили меня вздрогнуть. Похоже и правда слишком погрузился в собственные мысли.

— Даника, — обернулся я.

Пустынная волшебница подъехала ближе, воспользовавшись периодом «тихой езды», когда лошади скорее шли, чем скакали — такое устраивали примерно каждый час, пусть и ненадолго, заменяя им (и нам) отдых.

Девушка, как и всегда, заставила меня подобраться и выпрямиться. Клятая реакция, проявляющаяся сама по себе… Снова отметив аккуратные черты лица, я посмотрел в её серые глаза, а потом на губы.

— Я принесла еды, — протянула она маленький мешочек, — вяленые фрукты в сахаре.

— О, спасибо, — принял я его, с удовольствием взяв пару кусочков.

Некоторое время мы ехали молча. Дважды я открывал рот, дабы сказать… что-то. И дважды закрывал.

— Ты знаешь, что с некоторыми людьми очень спокойно молчать? — спросила Даника.

— Да? — глупо переспросил я, едва не поморщившись от такого.

— Но не с тобой, — дополнила она, отчего я едва не остановил коня, изумлённо на ней уставившись. По губам волшебницы скользнула улыбка.

— Издеваешься, значит, — фыркнул на это, а потом завязал мешочек, перекинув обратно. Девушка ловко подхватила его.

— Немного, — пожала она плечами. — Но я подошла не только за этим.

— Угу, поддержать силы своего лейтенанта — это, конечно, совершенно не то, что нужно, — проворчал я.

— Мы не «Полосы», — возразила волшебница. — Мы — Серые Ворoны.

Облизнув губы, собрал остатки сахара, после чего коротко кивнул.

— Скажи, это правда? — через несколько секунд поинтересовалась Даника.

— М-м? Конечно, — покрутил я рукой.

— Ты ведь не знаешь, о чём я, — приподняла она бровь.

— А ты — о чём я, — парировал в ответ.

— Значит правда.

— Правда.

— Ты на самом деле заигрываешь со мной, — сказала она, вызвав мой хмык, после которого я коротко покосился на неё. Лицо Даники было неизменно, но мне показалось, что глаза под свисающей чёлкой смотрели с пытливым интересом.

Или я хочу, чтобы они таковыми казались?..

— А я было подумал, ты о том, что я обещал открутить Зилгарду голову, если его толстый зад ещё раз окажется рядом с игральным столом, и неважно что там будет: кости, карты или сенет.

— Зилгард прошёл через многое, — нейтрально сказала девушка.

— Он… специфичен, но я не чувствую в нём зла, — поддержал тему.

— Только хитрость? — слабо улыбнулась она.

— Ха-ха, да уж. Скажи, он возглавляет вас? Магов-перерожденцев? — вновь обернулся я.

— Нет, это делает Вешлер. Он одиночка, но ты должен был его видеть.

— Видел. И ты не отрицаешь этот факт. «Перерожденцев», имею в виду.

— Тут нечего отрицать, хоть ты и не прав до конца, — отвела она взгляд, посмотрев в горизонт.

— Что это значит? — невольно нахмурился я.

— Мы не помним предыдущие жизни, — спустя несколько секунд произнесла она. — Лишь обрывки, наиболее яркие или часто повторяемые образы. Они… словно раскрываются. Будто бы в серой пустыне расцвёл сад.

— Мираж? — предположил я.

— Отличное сравнение! — впервые за весь разговор проявила Даника эмоции. На её губах появилась скупая улыбка. — И правда, мираж. Я иду к нему, ощущая, как… вспоминаю магию, без какого-либо обучения, — девушка замолчала. Задумалась. — Знаешь, это накладывает свои ограничения. Я должна тренировать эти пробуждённые способности изо всех сил, чтобы мои труды и усилия тоже отразились среди тех навыков, которые будут переданы дальше. Чтобы не оборвать линию преемственности.