Чтение онлайн

— Зато точно не обвалится и не раскиснет от дождей и приливов, — заметила Моав, словно обращаясь не к самому краантль, а к его голосу.

Кравой выпрямился, лунная эльфа тоже оторвалась от черной пустоты. Деловым голосом жрец солнца заявил:

— Я пойду первым — посмотрю, как можно в него спуститься; а ты будь здесь и жди моего сигнала.

Моав послушно кивнула. Кравой уже закинул ногу на борт колодца, когда она тронула его за рукав и почему-то смущенно проговорила:

— Будь осторожен. Пожалуйста…

— Обещаю, что буду предельно осторожен, моя королева, — улыбнулся он. — Иначе кто же станет заступаться за маленьких навов?

Он осторожно перелез через край и, держась за него руками, пошарил ногой, ища опоры. Носок его сапога уперся в глубокую удобную ступеньку, выдолбленную в каменной шахте. Она как будто нарочно была здесь. Выходит, нав не обманул — колодец и впрямь ведет в подводный лабиринт.

Держась руками за стены, Кравой стал медленно, в распорах, спускаться вниз. Вскоре звуки надземного мира отступили, в каменной шахте слышалось лишь четкое прерывистое дыхание краантль, усиленное эхом. Ступенька за ступенькой он спускался все ниже, в темноту: ему казалось, этому спуску не будет конца. Наконец, внизу заблестела вода, черная и неподвижная; взглянув вниз, Кравой увидел в ней свой отраженный силуэт. Еще десяток шагов и ноги коснулись воды; ступени уходили дальше, под воду… С некоторой тревогой Кравой спустился ниже, ступени шли все глубже и глубже. Вода уже доходила ему почти до груди. Ледяной холод охватил его, сводя мышцы чуть не до судорог. Крупно вздрогнув, солнечный эльф сделал еще два быстрых шага вниз и вдруг почувствовал под ногой твердый пол. Дно было достигнуто.

Кравой понимал — времени терять нельзя, в ледяной воде долго не протянешь. Он быстро вдохнул и погрузился с головой. На дне было темно — Кравой не мог рассмотреть ничего, кроме черной воды! Он вынырнул, набрал в легкие воздуха и снова ушел под воду. На этот раз он принялся ощупывать руками стены вокруг в надежде найти что-то, похожее на тоннель. Его пальцы скользили по гладким камням, он уже почти отчаялся, как вдруг его рука наткнулась на пустоту: вот он, вход, о котором говорил нав. Выплыв на поверхность, Кравой быстро поднялся на несколько ступеней вверх — находиться дольше в ледяной воде было небезопасно для жизни. Он перевел дыхание, поднял голову. Высоко-высоко виднелся светлый круг, и на его фоне — темный силуэт Моав.

— Спускайся, я вижу вход в тоннель! — громко крикнул он. — Там, в камнях, есть ступени — иди по ним!

Эльфа спустилась гораздо быстрее, чем он ожидал. Она цеплялась за камни ловко, словно кошка; не успел Кравой и оглянуться, как она стояла рядом с ним. В колодце было очень тесно, так что Моав невольно пришлось прижаться к нему, деля и без того небольшое пространство. Кравой быстро отвернулся, чтобы она не могла видеть заливший его щеки румянец.

— Там, под водой, начинается какой-то лаз, — поспешно объяснил он, указывая рукой в воду, — наверное, это и есть то, что мы ищем. Нав говорил, плыть надо совсем немного, хотя неясно, что такое немного с его точки зрения… В любом случае, деваться нам некуда, я поплыву первым, ты — сразу за мной, ясно?

— Нет, — твердо ответила Моав, — ты уже лез первым, теперь пусти меня — плавать-то я точно умею не хуже тебя.

Солнечный эльф хотел было вступить в спор, но вовремя одумался — пререкаться с княжной Рас-Сильвана было бы себе дороже. Не медля, Моав безо всякого предупреждения сделала глубокий вдох и нырнула; Кравой — за ней.

Плыть действительно пришлось недолго: если по земле — и пятидесяти шагов не было бы. Сначала залитый водой тоннель шел ровно, потом — резкий спуск вниз. Кравой опасался, что в нем могут быть ответвления, но тоннель, к счастью, оказался прямым — это существенно упростило дело. Когда он вынырнул, в его легких даже оставалось довольно много воздуха. Моав была уже здесь — ее мокрая голова виднелась над водой неподалеку. Кравой осмотрелся. Место, где они вынырнули, оказалось просторным гротом с озером посредине — в него и вел подводный ход. Под сводами грота царил густой полумрак, единственным источником света была длинная трещина в потолке: сквозь нее кое-как пробивались солнечные лучи, однако этого было недостаточно, чтобы осветить все пространство — дальний конец пещеры терялся в темноте. Кравой некоторое время внимательно прислушивался — нет ли здесь стражи или еще кого-то, кто мог не обрадоваться их появлению. Неожиданно раздался тихий плеск воды — жрец солнца завертел головой, но стены пещеры отражали все звуки так, что невозможно было понять, откуда они идут.

— Это ты? — спросил он, быстро поворачиваясь к Моав.

— Что я?

— Ты плеснула только что?

— Ну, наверное… А кто же еще? Может, все-таки вылезем из воды — я уже вся закоченела, — сказала она и, отвернувшись, поплыла к кромке озера; Кравой поплыл за ней.

Берег представлял собой каменный пол, покрытый слоем густой бурой грязи. Местами он был подтоплен водой — такой же мутной и несимпатичной; более возвышенные участки выступали над уровнем воды, из-за царящей повсюду влажности они выглядели скользким. Эльфы выбрались на берег, Кравой обвел взглядом бурые стены и поморщился.

— Это что, и есть тот самый распрекрасный белый лабиринт?

Он снова опасливо оглянулся по сторонам, однако все было тихо. В дальнем конце пещеры темнел вход в тоннель — в него смогла бы спокойно въехать конная повозка. Стараясь ступать как можно легче, они подошли к коридору: тот уходил в полную темноту. Похоже, дальше им придется идти без света… Солнечный эльф скривился.

— Подземелье! Терпеть не могу подземелий. Они как будто выпивают из меня силы!

— Ну а ночью? Ночью ведь тоже нет солнца, — удивилась Моав.

— Ночь — совсем другое дело. Даже в самую темную ночь я могу дотянуться до света солнца — оно ведь никуда не девается, просто наши глаза не могут увидеть его. К тому же, земля накапливает его за день: растения, скалы — все помнит о его тепле. А в подземелья вообще никогда не попадают солнечные лучи; стоит мне хоть час побыть под землей, как я уже чувствую себя больным!

— Вот недостаток тех, кто имеет постоянный источник силы! — торжествующе заявила эльфа. — Веллары обходятся без луны куда менее болезненно — за время полнолуния они накапливают в себе ее свет, чтобы иметь силы хотя бы до следующей полной луны.

Кравой рассмеялся в ответ.

— Я бы хотел посмотреть на того, кто попытается накопить в себе свет солнца; да он же изжарится в два счета! Это ваша луна — как мокрые дрова: греет плохо, но если набрать большую кучу, может, и разгорится. А солнечные лучи слишком горячие, чтобы их накапливать в себе. Так что в случае чего придется нам пользоваться твоими талантами — ты накануне как следует позагорала под луной?

— Думаю, да. Но я все же надеюсь, ты не успеешь загрустить без солнца — мы ведь не собираемся здесь жить, — ответила Моав — она старалась говорить весело, но было видно, что слова краантль привели ее в некоторое замешательство. — Что ж, учитывая все вышесказанное, предлагаю не терять времени. Идем!

Однако Кравой не сдвинулся с места.

— Куда идем?! Это ты можешь видеть в темноте, а я — нет!

Он повертел головой — ничего похожего на факел или свечу поблизости не было: видимо те, кто здесь бывал, не нуждались в свете.

— Ну, и что нам делать? — угрюмо спросил он, обращаясь скорее сам к себе.

Моав расстроено всплеснула руками.

— Что ж ты не подумал об этом раньше, когда мы были еще на поверхности! Мог бы подготовить факел или взять с собой свечи!..

— Думаешь, факел стал бы гореть после того, как мы проплыли бы с ним под водой? Ну а свечей по дороге не было, — буркнул он.

— Все ясно, — саркастически вздохнула Моав. — Ну, давай попробуем пройти хотя бы немного — вдруг там дальше будет светлее…

— Как же! Светлее! Уже поверил! Особенно после того, как нам наобещали белое коралловое царство, а мы оказались в каком-то болоте! — продолжал возмущаться Кравой.

В данном случае он больше всего злился на себя — сам ведь был виноват. Это же надо было не подумать о такой элементарной вещи, как свечи! А еще на старого нава — тот ведь говорил, что здесь светло! Однако делать было нечего; взглянув несчастным взглядом на эльфу, он шагнул в коридор и застыл на месте. Они с Моав ахнули одновременно — они могли ждать всякого под водой, но то, что произошло сейчас, превосходило любые предположения. Лишь только солнечный эльф ступил в тоннель, как его стены ожили, вспыхнув тысячью маленьких белых огоньков. Вмиг вокруг стало светло как днем — от мерцающих стен шло ровное белое сияние.