Чтение онлайн

Закончил надиктовывать уже десятом часу. Закрыв кабинет, прошёл по наконец затихшему НИИ, на выход. Близнецы уже спят наверно, зато наверняка не спит и ждёт меня Джули. Как же это хорошо, когда есть те, кому ты не безразличен, кто любит и ждёт, это добавляет сил и уверенности, что сдюжишь и всё сможешь! Настроение сразу полезло вверх, не смотря на отупляющую усталость. Да, долгий и насыщенный денёк выдался, остальная неделя тоже будет не легче. Ну ничего, прорвёмся.

Вывел машину со стоянки и поехал домой, напевая на мотив "легко на сердце от песни весёлой", весёлую, хулиганскую песенку Вити Баранова:

Потом спел "Одинокое бродит банджо", "Колорадо", "В салуне Севенмуне". Потом кантри "Пой Вася" группы Кукуруза. Вдруг я заметил, что на стекле расплываются всё чаще капельки воды, я опустил стекло. В салон залетел влажный прохладный воздух с дождевой моросью. К дому я подъезжал уже под проливным дождём, горланя во весь голос "The River of Dreams" Билли Джоэля, отбивая ритм руками на руле. Снопы фар мазнули по окнам дома, я не став ставить машину в гараж, припарковался рядом с Линкольном. Увидев свет фар, на крыльцо вышла Джули в накинутом на плечи пледе. Я подняв над головой на руках пиджак, от дождя, продолжая петь и шлёпая по лужам изображая импровизированные па, дошёл и поднялся на крыльцо. Заканчивая петь последние куплеты.

— Ты что? С удивленной улыбкой спросила Джули.

— Денёк был тяжёлый, наверно инстинктивная реакция, что бы крыша не поехала. Пар выпускаю в месте со стрессом. Говоря это, я обнял её, вдыхая тёплый родной запах, чувствуя, как в груди тают последние осколочки льда, расслабляются сведенные в тугие комки, дневными воспоминаниями и переживаниями, части души.

— Бедненький, сказала она гладя меня по голове.

— Нет, я не бедненький, а очень даже богатый и счастливый. У меня есть ты, наши дети, много друзей, могучая и любимая Родина (какая, я уточнять, вслух не стал), интересная и важная работа. Мы скоро победим, назло всем врагам, война закончиться и начнется совсем другая жизнь. Говоря это, я приподнял и закружил жену.

— Это какая же другая? Смеясь, спросила она.

— А такая! Построим космолёты и полетим в космос, на другие планеты, к другим звёздам, открывая новые неизведанные миры. А на марсе обязательно посадим яблоневые сады, где местные Аэлиты и красноармейцы Гусевы, будут любить друг друга.

— Кто? Широко открыв глаза, удивилась Джули.

— А, не важно. Пойдём в дом, я тебе расскажу, чем они под марсианскими яблонями будут заниматься. Джули засмеялась.

— Это очень, интересное и своевременное предложение, мой сказочник. Только не шуми, все уже спят. Взяв меня за руку, открыв входную дверь, жена потянула меня в дом. Я вошёл в дом вслед за Джулией, тихо прикрыв дверь.

Остальная неделя была не менее напряжённой, во многом благодаря начавшей поступать по моим запросам информации. Во вторник получил прогноз ОСИПа, всё же Берия "снизошёл", так и сам был заинтересован в моём прогнозе. Правда секретность развел, ну это как обычно. Пришлось прямо у "секретчиков" прочитать зашифрованный моим шифром многостраничный документ и там же его уничтожить. Всё же это перебор, на мой взгляд, шифровать зашифрованный документ, для передачи по "Рубину", потом расшифровывать, мне же его всё равно надо будет своим шифром расшифровывать. Возможно я как "пиджак" чего-то не догоняю, но все равно, на мой взгляд перебор. Когда в "закрытой" части моего кабинета в НИИ, его расшифровал, прочёл, даже расстроился. Убил на эту секретность полдня, а конкретной помощи от аналитиков ОСИП с конкретным да или нет, в нем не нашёл. Фактологии было много, причём некоторые факты настолько интересны, что не сдержавшись, матерно в слух озвучивал своё охенение, открывшимися гранями, так сказать, "союзнических отношений" и высокой политики. Но прямых и недвусмысленных выводов, по поводу продолжения или выхода США из войны с Японией, они не сделали. Привязывая свои прогнозы к будущим "возможным" решениям госдепа, военным операциям, восстановлению морской мощи США. Единственный недвусмысленный вывод, был в отношении открытия второго фронта в Европе. Если в двух словах, передать его смысл — Могут, но не станут. Это совпадало и с моим видением ситуации. Что Англия и США, летом этого года могут открыть второй фронт в Европе, но по целому ряду политических и военных мотивов не станут. Здесь наши прогнозы с ОСИП совпали.

Со среды, информация пошла потоком. От вернувшегося из Мехико Олафа, от Джоны собравшего финансовую статистику за последние пять лет, от Саблина. И в четверг, уже в самом конце дня, когда уже НИИ затихло. По домам разошлись даже самые, активные и неугомонные сотрудники "Берёзки". Да и я уже был готов, ехать отсыпаться домой, под тёплый бок любимой жены, что бы с утра снова со свежей головой, попробовать найти неопровержимые доказательства первого или второго. У меня похоже получилось найти доказательство. Даже не стараясь быть точным в мелочах, попробовал свести цифры госбюджета и основных промышленно-финансовых групп США, к единому знаменателю. В общем-то, это небыли какие-то сверх секретные сведения, каждая компания, обязана в конце года предоставлять финансовый отчёт о своей деятельности. И где-то через час понял, ОНО! Похоже, это и есть ответ!

От увлекательного финансового расследования, меня отвлекла трель звонка. Взволнованный голос жены в трубке спросил, всё ли со мной в порядке? Уже полдвенадцатого, он за меня волнуется. Успокоив Джули, что всё в норме, просто заработался. Не заметил, как время пролетело, уже собираюсь и через пятнадцать минут буду дома. Голос жены из взволнованного, стал шаловливым, многозначительно пообещав, если я приеду через пятнадцать минут. — "Марсианка Аэлита, спать ещё не ляжет. И "красноармейцу Гусеву", стоит поторопиться!". Ну какие, после этого могут быть цифры? Брякнув Джулии в понедельник, про яблоневые сады на Марсе, Аэлиту и красноармейца Гусева, пришлось три дня по вечерам после ужина, пересказывать семье роман Толстого "Аэлита". Ник теперь хочет полететь на Марс, а я предложил Паулю, в радиоспектаклях, передаваемых нашей радиостанцией, больше использовать советской фантастики. Быстро закинув в сейф, папки с бумагами, поскакал на выход из НИИ. Не следует, заставлять ждать любимую женщину.

На следующий день, прямо с утра, забрав часть бумаг из НИИ поехал к Джоне. Моё вторжение по началу восторга у него не вызвало. Так как подготовленные секторами корпорации новые планы, требовали от него вдумчивого изучения и анализа. Я сказал: — "Что без его помощи, мне ни как не обойтись. Поэтому отложи все дела, посмотри, что я нарыл. И если я не ошибся и все, так как я думаю, всё эти планы уже ни к чему!". Джона вздохнув, пододвинул к себе мои финансовые выкладки, стал их просматривать. Через пять минут, посмотрев на меня очень удивленными глазами, зарылся в бумаги, которые же мне сам пару дней назад и передал. Ещё через десять минут, озадачил секретаршу, нарыть ещё каких-то финансовых отчётов и статистики. Я же в ожидании, решения нашего финансового директора, в нетерпении нарезал круги по его кабинету. Через полчаса, Джона наконец-то оторвался от бумаг и стал как-то, странно, на меня смотреть.

— Ну? Не выдержал я.

— Сядь и не мельтеши перед глазами. Ричи, почему я этого не увидел? А ты увидел, да ещё так быстро! Как такое может быть? Удивлённо спросил он. Фух-х-х. Значит точно, я не ошибся.

— А ты и не искал ни чего подобного, для тебя это финансовая статистика не больше, я же искал целенаправленно, поэтому заметил! А про себя, добавил, что вполне допускал, такое. В прошлой реальности, это не было таким уж секретом, ни от кого. Когда имея госдолг, по разным оценкам от 70 триллионов, до 300 триллионов, США в конце 20-го, начале 21-го века, умудрялись быть ведущей экономикой мира, нагибая его как им нравилось, причём иметь самую дорогостоящую армию мира. А здесь, пока деньги ещё привязаны в основном, к материальным ценностям, безусловно повлечёт за собой банкротство государства и основных монопольно-финансовых кланов. После чего, "Великая депрессия" покажется не стоящей внимания мелким недоразумением. К тому же, что такое рейдерский захват, я себе очень хорошо представлял. Наверно, как и все, жившие в РФ конца девяностых начала двухтысячных.

— Всё равно не понимаю, как я мог этого не замечать? Это же очевидно!

— Это сейчас тебе очевидно, когда я показал направление куда смотреть. Мне и самому это, ещё вчера, было не очевидно, а было просто одним из предположений. Скажи Джона, если бы ты году этак в 37–38, просматривал финансовые отчёты тех фирм, ну хотя бы авиастроительных. Когда какие-то частные фирмы, ещё вчера бывшие полубанкротами, получив у частных банков многомиллионные кредиты, на пять-шесть лет. Вдруг, ни с того ни сего, начали проектирование, расчистку площадок и строительство фундаментов чудовищных, гигантских авиазаводов. Для производства еще не созданных моделей самолетов, для еще неизвестного заказчика. Вот, что бы ты тогда подумал?