Чтение онлайн

Да и с другой стороны, а кого в место Жукова можно было назначить на 2-й Украинский? А некого больше! Все остальные уже при деле. Из тех, кто не на фронте, кто оставался? Генерал-полковник Апанасенко? Так он со своим талантом организатора на Дальнем востоке нужнее, при таком объёме строительства, что там затеяли. Генерал-полковник Тюленев командующий войсками МВО? Ну да, дядька он отважный и героический, но этого сейчас совершенно не достаточно, что бы фронтом командовать. Может ещё похлещье Жукова наворотить, поэтому пусть уж лучше резервы формирует. Маршал Ворошилов? Не смешите мои тапочки! При всех несомненных человеческих достоинствах Климента Ефремовича, с бойцами поговорит как отец родной, полк в атаку поднимет и поведёт. В положении трудном поможет и подержит. Не делало его грамотным и толковым командующим фронтом и даже армии, он по натуре и призванию комиссар! Нет, и ещё раз нет. Пусть лучше в тылу комиссарит. Кто ещё? Генерал-полковник Мерецков и генерал-полковник Локтионов? Так эти крендели, уже примерно месяцев восемь, как арестованы, дают интереснейшие показания во внутренней тюрьме на Лубянке. Говорите, заговора военных не было? Ну-ну. Был, да ещё какой! И не все корни и корешки выкорчевали, не только кстати в армии. Но сейчас тех, кто пусть и был замешен, но хорошо воюет или в тылу работает, не трогают. И был этот заговор, не проплаченной какой либо иностранной разведкой акцией. Да и что высшим чинам армии и гос. аппарата могли предложить какие-то там Абвер с МИ-6? А чисто внутренним делом СССР, с либерально-демократической направленностью. Когда часть "элиты" хотела убрать команду Сталина, для смягчения персональной ответственности за порученное дело, ведения частной собственности, возможности самой порулить страной, да и пожировать и покуражиться всласть, не неся за это какой либо ответственности. Вот так вот! Кто там ещё у нас, маршал Кулик? Вот с формированием Резервного фронта он справлялся хорошо. И не его вина, что в стране не хватало тяжёлого вооружения с автотранспортом. Но как показало дальнейшее, командовал фронтом немногим лучше Жукова. И ведь не скажешь, что совсем "тупой-дуболом", вроде грамотней командовал, но при этом катастрофически проигрывал немцам в темпе. Вместо того что бы навязать противнику свою волю, переиграть его, получалось, что он только реагировал на действия "умного Ганса", фон Клюге который. Не мог маршал Кулик вести современную манёвренную войну на уровне вермахта. А перейти к обороне, пусть даже жёсткой, видимо самомнение, или непонимание происходящего не позволили. После того как Кулик не сумел удержать оборону по УРам старой госграницы, потерял Бердичев, Винницу, Жмеринку, а немецкие танки были уже под городом Черкассы, пытаясь чуть севернее форсировать Днепр, его от командования фронтом наконец-то отстранили. С формулировкой "за пассивность и бездеятельность", понизили в звании до генерал-лейтенанта, назначив командовать 11А. Можно подумать он армией, деятельней и активней командовать станет. Да и стиль руководства от Жуковского не отличался — "тюрьма или ордена". Вместо него назначили Потапова Михаил Ивановича, к тому времени ставшего генерал-полковником. Кто ещё, генерал-армии Павлов? Да же не знаю, что и думать, вроде хорошо командовал в начале войны. После ранения, выйдя из госпиталя, был назначен представителем Ставки, мотается по фронтам, являясь то глазами, то руками Ставки. Да и вообще, у меня есть сильное подозрение, что он-то и есть "местный попаданец", поэтому отпадает. Кто ещё остался? Ерёменко, мда-а-а уж!

Вот откуда в РККА такие Ерёменко, Жуков, Кулик и прочие Захаровы с Горлововыми взялись? Не так. Откуда, понятно, а как до таких должностей подняться смогли? Вопрос конечно больше риторический.

Ну назначили Ерёменко командовать 2-м Прибалтийским фронтом. В результате накомандовал похлеще чем Жуков! Так накомандовал, что к сентябрю линия фронта стала проходить по Вильнюсу, ставшего здесь синонимом "Сталинграда". И в двадцати километрах от Даугавпилса. А здоровенный плацдарм, на правом берегу Западной Двины, от Ливаны до реки Айвиексте, смогли ликвидировать только в конце октября, искупав нациков в ледяной воде. В общем августе его сняли, понизили на одно звание, до генерал-майора и отправили командовать стрелковым корпусом. Вместо него назначили, отозванного с Северного фронта генерал-армии Штерна, исправлять навороченное Ерёменко. Конечно, можно найти смягчающие обстоятельства, сказать, что и Ватутин в этом тоже виноват, прорыв к Паневежесу, немецкой 4ТА через его участок обороны произошёл. И одну из механизированных ИПТБр, с ПТСАБ и несколькими артполками у него в помощь Будённому и Кулику забрали. Ну и что!? У Ватутина вообще целый танковый корпус на Украину выдернули. Да, "Дристун"-Манштейн Ватутина как школяра вокруг пальца обвёл, переиграл в чистую. И свои "тараканы" у Ватутина в голове имеются, насчёт жесткой централизации управления фронтом, что давит инициативу на местах. Но ведь в конечном результате, Ватутин немецкий прорыв к берегу Рижского залива, разрезающий его армию надвое ликвидировал, Шауляй назад отобрал и фронт удержал. А Ерёменко в лучших предвоенных традициях — "Немцы в Паневежесе? Ликвидировать прорыв немедленно, выбить их из города!". Только вот танки Б-7ЭМ, передвигаются намного быстрей, чем буксируемые тяжёлые артсистемы. Командир 3-го гвардейского танкового корпуса генерал-майор Катуков, в отличие от Ерёменко дебилом не был. Недавно закончившееся оборонительное пограничное сражение, лишний раз его убедило, что лёгкие танки без пехоты и "артиллерийского кулака", лёгкая добыча окопавшейся пехоты и противотанковой артиллерии. Не зря его корпус стал гвардейским, а он генерал-майором. Так как, стрелковые дивизии где-то ещё чапают, как и тяжёлые артполки, а приказ выполнять надо. Поступил Катуков абсолютно верно, создав две сводные группы, состоящие из танкового батальона, батальона мотострелков, дивизиона противотанкистов, зенитного и гаубичной батареи, инженерно сапёрной роты. И блокировал ими оба шоссе из Паневежеса, а сам, разделив корпус на две части, решил перерезать коммуникации нациков, два шоссе ведшие в Поневежес. То есть, до подхода своей пехоты и артиллерии, поменяться с ними местами. Не он их будет атаковать в городе, а они его! А атакующий всегда на подготовленную оборону, потери всегда несёт больше. Вот и сравняется его корпус с силами с 4ТА Манштейна. Так бы всё и вышло, а через пару суток подтянулась бы артиллерия и пехота, быть бы ещё одному котлу с нациками в Паневежесе. К вечеру перехватили оба шоссе, в 5-10 километрах северо-западней Паневежиса, все передовые кампфгруппы 4ТА, оказались в нем заперты. Но тут приехал в штаб корпуса Ерёменко с ЧВС фронта корпусным комиссаром Богаткиным. Еременко, не спросив ни о чем, начал матерясь, упрекать Катукова в трусости и предательстве Родины, за невыполнение приказа, выбить немцев из города. На замечания Катукова, что бросать такие тяжелые обвинения не следует, Еременко бросился на него с кулаками и несколько раз ударил по лицу, угрожая расстрелом. Катуков заявил — расстрелять он может, но унижать достоинство коммуниста и красного командира не имеет права. Тогда Еременко вынул пистолет, но повисший у него на руке ЧВС Богаткин помешал ему произвести выстрел. После этого Ерёменко стал угрожать расстрелом уже Богаткину (реальная сцена из РИ, сентябрь 41 г.). Безобразная сцена, закончилась отстранением Катукова от командования. Его заместителю, Ерёменко приказал немедленно выбить немцев из Паневежеса. В результате поспешной и плохо подготовленной атаки, да ещё на превосходящие силы противника, тот положил почти весь танковый корпус, на подготовленную немцами ПТ оборону. Вот ведь урод, бл………(мысленно грязно ругаюсь матом). А когда наконец подтянулась артиллерия, в танковом корпусе и танков то дай бог треть осталась. Да и смысла штурмовать Поневежес уже не было, Манштейн уже у Екабпилса Западную Двину форсирует и его кампфгруппы на полпути к Даугавпилсу. А Ерёменко, уже в 3гв. А избивает Толбухина, возражающего против того, что бы у армии забирали сразу и механизированную ИПТБр и танковую бригаду. Так как с выходом к Паневежесу, Манштейн скоординировано навалился своей 3ТА на Толбухина. Доводы Толбухина на Ерёменко не действуют. Ему надо затыкать прорыв немцев к Даугавпилсу. Естественно немецкая 3ТА, после того как из 3гв. А забрали бригады танков и противотанкистов, через пару дней, прорывает нашу оборону, форсирует реку Вилия и реветься в направлении Укмерге. Пытаясь окружить наши войска держащие оборону по рекам Неман и Дубиса. Хорошо ещё, что Ерёменко вовремя среагировал, не дал окружить войска фронта, вывел из наметившегося окружения. Правда, ему в этом здорово помог, сильный фланговый удар по группе армий "Север", 1-го Белорусского фронта Лисовского в направлении Сувалки. К сожалению их удержать Лисовскому не удалось, за то не отдал назад Августов и оттянул на себя приличные силы Маншейна, а то вообще звиздец полный был бы!

Вот и получается, что назначение в июне на 2-й Украинский фронт Жукова, не принципиально. Назначь туда командовать Ерёменко или Кулика, скорей всего, было бы то же самое, они друг друга стоили. А других тогда просто не было! Это сейчас, за более чем полгода войны, подросли, оперились, многие военноначальники, встретившие войну генерал-майорами и генерал-лейтенантами, или вообще полковниками как Черняховский, Катуков, Доватор. В общем, даже стыдно вспомнить, как хотел в июле Виссарионыча за грудки потрясти, вопрошая: — "Что ж ты творишь? Кого на фронты ставишь!?". Мда-а-а уж. Как там у Есенина — "Лицом к лицу, лица не увидать. Большое видится на расстоянии". А ведь мне так хотелось помочь нашим, снизить до минимума потери в войне. И всё равно, "продажная девка история", так и норовила свернуть на однажды уже пройденный путь. Оплачивая некомпетентность, тупость и трусость енералов, кровью сотен тысяч наших людей.

Настроение было такое, что хотелось с кем-то подраться, что бы выпустить пар, или принять крепко на грудь, притушить кипящие в душе бурю чувств, из боли, гнева, досады, ярости. А ведь какое настроение было прекрасное в первой половине дня. Я посмотрел на часы, больше часа ещё рабочего времени. Нет, бессмысленно, я себя только этот час в норму приводить буду, что бы на работу настроиться. Поеду домой, поужинаю, успокоюсь. Собрал бумаги, убрал в сейф, закрыл "секретный кабинет". Выйдя из кабинета в приёмную, сказав Веронике Львовне, что я домой, если что срочное, то пусть туда звонят. Видно, морда лица у меня была такая, что она даже спросила — "У вас всё в прядке, товарищ Зейтц?". Я успокаивающе махнул рукой, буркнув, что всё нормально. Спустившись в холл и уже пройдя охрану, остановился, постоял в раздумье, посмотрел на всё ещё подрагивающие руки и вернулся назад. Прошёл в столовую и завернул в буфет. Заказал себе сто грамм "Московской особой". Выпив залпом, заработал удивленный взгляд буфетчицы. Подышал несколько минут носом, стало чуть легче. Повторил заказ и маринованный огурчик. После второй, посидев пяток минут у стойки почувствовал, что стало отпускать. Посмотрел на руки, они больше не дрожали, оставил буфетчице три песо и пошёл на выход. Сел в свой "мармон-харингтон", завёл и не спеша порулил к дому.

Мысли волей неволей возвращались к событиям июля — августа. Это только в сказках, или кино, всё хорошо заканчивается, в жизни это далеко не всегда происходит. Но в этот раз, на 2 Украинском, получилось прямо по Высоцкому: — "Конец простой — пришел тягач, И там был трос, и там был врач, И "МАЗ" попал, куда положено ему". Здесь в роли врача, троса и тягача, похоже, выступил Мехлис. Я здесь, его один раз на митинге встречал лично, но чёткого мнения о нём, у меня не было. С одной стороны, сам на банкете слышал как он ЧВС 6гв. А внушал — "что политработник, что командир, должен быть справедливым отцом бойца. Не допускать незаконных репрессий, рукоприкладства, самосудов и сплошного мата…. Нужно подчинять людей, не унижая их". С другой, слишком противоречивые характеристики в моём прошлом я о нём читал, да и катастрофу в Крыму в 42, когда он влез в дела командования фронтом, трудно ему простить. А вот, по отзывам современников, что я слышал, он мало походил на тот образ "тупого и безжалостного, не рассуждающего кровавого сталинского палача", который ему создали дерьмократы с либерастами. О нём отзывались, как о жестком, но справедливом руководителе, не терпящем любой расхлябанности и беззакония. При этом, характеризуя его как абсолютного бессребреника и совершенно бесстрашного человека, с невероятным количеством энергии и работоспособностью. Короче, это всё слова, а вот дела характеризуют лучше слов.

Мехлис прилетел в Проскуров 24-го июля, с задачей разобраться: — "Пачему там такой бардак твориться? Порядок в управлении войсками надо навести! Но ты сам командовать нэ лезь, это дело военных. Ты только наведи порядок в управлении и взаимодействии с Куликом". Пообщавшись с Куликом, с его начштаба Баграмяном и ЧВС фронта Бурмистенко. Взяв с собой представителя ставки Павлова, вылетел ночью в Тернополь. Прибыв рано утром 25-го в штаб 2-го Украинском фронта, посмотрев на "тормоза" Соколовского, самоустранившегося от происходящего ЧВС фронта бригадного комиссара Кириченко, поискал отсутствующего Жукова. Через час, поняв, что Жуков фронтом не руководит, сосредоточившись только на подготовке прорыва, Мехлис начинает "зверствовать". Арестовывает вернувшегося из-под Волочиска Жукова, начштаба и ЧВС Кириченко, и отдаёт этих трёх деятелей под трибунал. С формулировкой, "за неисполнение своих должностных обязанностей, потерю управления войсками и преступную бездеятельность". Назначает своей властью, исполняющим обязанности комфронта, генерала Черняка. Дальше летит в штаб 12А, в Станислове штаба уже нет. Под городом 17ск генерал-майора Галанина ведёт бой, с наседающими венграми, давая время отойти тыловым подразделениям. В самом городе мечется ЧВС армии дивизионный комиссар Рыков, старающийся как-то организовать отход тылов армии и эвакуацию советских учреждений города и области. Узнав, что штаб армии уже за Днестром в Галиче, Мехлис летит туда. Попав в штаб 12А и выяснив, что начштаба и зам. командарма обстановкой не владеют и армией по факту не управляют, арестовывает начштаба генерал-майор Понеделина и заместителя командующего армией генерал-лейтенанта Парусинова, отдав их под трибунал. Назначает и.о. командарма командира 17ск Галанина и ставит ему задачу, срочно восстановить управление 12А. Закончив "зверствовать", Мехлис летит сперва в Тернополь, где с Павловым и Черняком, уже твёрдо взявшим управление фронтом в свои руки, обсуждает первоочередные задачи для спасения фронта, в чернее рождается план деблокирования окружения. Решили выводить всю 5гв. А за Серет и ей пробивать коридор от Збаража на северо-восток по направлению к Ямполю. Две других армии 11 и 12, должны как можно дольше сдерживать немцев и венгров, двое-трое суток, давая возможность отойти тылам, гражданским и Советским учреждениям. Потом занять оборону на линии по Днестру, от Серета до УР Галич, дальше до УР Рогатин. А так как войска 11А, хорошо укрепленный Золочевский УР уже к сожалению оставили. То от УР Рогатин линию обороны держать до Зборова, от него до Заложцы. Все не занятые сапёрные и строительные подразделения направить на создание полевой линии обороны от Рогатинского УРа, до Заложцы. Эту линию обороны, уже удерживать безусловно, с неё без приказа не отступать.

Что бы деблокирующий удар удался, нужен согласованный, встречный удар от Ямполя войск Резервного фронта. Уже ночью, Мехлис с Павловым вылетают в Проскуров, в штаб Резервного фронта. И это всё, он успел меньше чем за сутки, а говорили "тупой палач". Из штаба Резервного фронта связывается со Ставкой, доложив о положении дел на 2-м Украинском, своих действиях и мотивах. После него отчитался перед Ставкой Павлов. По всей видимости, Сталин с Шапошниковым посовещавшись, через часа ответили. Ставка приказывала Резервный фронт влить во 2-й Украинский, назначая командовать им маршала Кулика. Черняка утвердили и.о. командующего над нашей группой окруженных войск, с правами заместителя командующего фронтом. Галанина утвердили в должности командарма 12А. План по деблокированию утвердили, на подготовку дали двое суток. Мехлис после получения приказа Ставки, оставив Павлова помогать Кулику, улетает обратно в Тернополь. Помочь Черняку и стимулировать всех подряд, в первую очередь самого Черняка, что бы активней шевелили булками. Подготавливая не только операцию по деблокированию, но и готовя организованную эвакуацию: — госпиталей с ранеными, секретной техники ВВС (РЛС то есть), советских учреждений, гражданских, тыловых служб фронта, складов и т. д. и т. п. Фронтовые и армейские структуры пришли в осмысленное движение, сперва со скрипом, а потом быстрей, всё осознанней концентрируя силы для деблокирующих ударов, одновременно подготавливая организованную эвакуации людей и мат. ценностей. Резервный фронт, за эти дни, хоть и пятился кое-где, под ударами немецких 1ТА и 8А, заметно окреп, за счёт подошедших резервов с других фронтов. Первыми подошли с Молдавского фронта, две ТБр, ПТСАБ, две механизированных ИПТБр, несколько артполков с МЛ-20 и А-19, полк реактивной артиллерии и гвардейский стрелковый корпус. Будённый ничем кроме одной ТБр и пары тяжёлых артполков, помочь Кулику не мог. Сам рубился под Ровно со 2-й танковой армией Гудериана, вытаскивая из полу окружения войска. Да ещё 6-я армия Паулюса, принялась активно ломать и раскачивать оборону его 19А, особенно на стыке с 22А. Танковые корпуса изъятые у фронтов Ватутина и Рокоссовского, были ещё в пути. Из резерва Ставки, Кулику тоже были направлены резервы, но подойти успели только четыре тяжёлых артполка РГК, отдельный тяжелый полк ШСУ. И из не закончившего формирования 10 танкового корпуса, полк ШСУ-85 и полк ШСУ-122. В идеале, следовало бы перебросить 1ТА Романенко с Иранского фронта, что бы уж наверняка навалять фон Клюге. Но, во-первых, это ещё намного дальше, во-вторых, наступает она в этот момент, не выдернешь. Поэтому ещё 21 июля, был отдан приказ, о переброске из Финляндии, с Северного фронта, 7-й армии Гореленко.

Штерн как, писал мне Николай Иванович, против этого категорически возражал, говоря, что его наоборот усилить надо. Мда-а, ведь прав в итоге оказался. Действительно, может стоило у Лисовского и Рокоссовского по одному обстрелянному стрелковому корпусу забрать? В тот момент в Белоруссии достаточно спокойно было. А им потом свежо сформированные стрелковые корпуса отправить. Но, по всей видимости, Ставка опасалась сильно ослаблять 1-й и 2-й Белорусские фронты. Поэтому к возмущенным воплям Штерна не прислушались, а зря. У него, в тот момент, была задача не только занять северную Норвегию, но и к зиме очистить от немцев центральную Норвегию, дойдя как минимум до Тронхейма. Возглавивший Северный фронт, после перевода Штерна в Прибалтику, генерал-полковник Пядышев выполнить эту задачу не смог. После взятия в сентябре Нарвика, смог продвинуться только на 30 километров, где и застрял окончательно и бесповоротно. Наши войска, наступавшие в труднейших условиях севера, всё лето и осень, выдохлись, обескровили и устали. А нацики наоборот, подбросили в Норвегию около пяти свежих дивизий и построили несколько мощных оборонительных рубежей, на дальних подступах к городу и порту Буде. В которые фронт Пядышева и упёрся, а прорвать сил уже не хватило. Хорошо ещё, что до зимних штормов, Северный фронт совместно с Северным флотом, отбили у нациков острова Вестеролен, а потом и Лофотенские острова. Сильно облегчив нам проводку северных конвоев в Мурманск и Архангельск. Но всё равно, не выполнение первоначальной задачи фронта, поставили в вину именно Пядышеву. Наградили скромно, орденом Боевого Красного Знамени. Хотя за окончательное очищение севера Норвегии от немцев, захват Нарвика с островами, можно было и серьёзней наградить. Вот не забрали бы у фронта 7А, скорей всего, новый год наши в Тронхейме встретили, как и планировалось. А то финны, никудышная замена нашей 7А получились. Сформировали целых три корпуса из 9-и дивизий, так сказать, новой Народной армии Финляндии, даже кое-какой техники подбросили. Так они Котку от немцев, две недели очищали, и если бы не активнейшая помощь Балтийского флота и наших ВВС, хрен бы вообще взяли. Не рвутся особо "горячие финские хлопцы" воевать и всё тут. Потом, перебросили два финских корпуса на север, в помощь Северному фронту, так оказалось наступать почти не могут. Как только нацики начинали оказывать серьёзное сопротивление, чёрта лысого их можно в атаку поднять. В общем, те ещё, помогальники оказались.

Эк, куда меня воспоминания завели, всё это было, но гораздо позже. А тогда 28 июля, деблокирующие удары подготовили хорошо, хоть и времени было мало. Наша 6ВА, тоже уже успела перебазироваться на новые аэродромы, хотя сложности в организации управления были серьезные. Все РЛС остались в котле, вызвав затруднения с оперативным управлением авиационными частями. Поэтому в помощь, привлекли часть сил 5-й ВА, работавшей в интересах 1-го Украинского фронта. А 1-й гвардейский истребительный корпус РГК и так уже был тут, поддерживая обе воздушные армии. Артиллерию на местах прорыва, тоже удалось собрать в достаточном количестве. Да ещё с внешней стороны, вместе с пехотой 22А и танковой бригадой, шли три полка самоходок. Полк на ШСУ-КВ-152, полки на ШСУ-85 и ШСУ-122. Начатое в 4 часа утра 28 июля наступление 5гвА с внутренней стороны и 22А с внешней стороны, по деблокированию Тернопольского котла, завершилось к исходу дня полным успехом. Не обошлось к сожалению, без ляпов и ошибок, но в целом, мощь артподготовки и особенно бомбоштурмовых ударов 5 и 6 ВА, оказались достаточными, что бы снести неокрепшую оборону нациков с первого удара. А количество задействованных войск, достаточным, что бы во встречном бою, перемолоть выдвинутые немцами резервы к местам прорывов. Соединившись уже в сумерках, ударные группы 5гв. А и 22А, оставив большую часть пехоты и противотанковой артиллерии, создавать прочный внешний рубеж обороны, повернули на юг, продолжив наступление на Волочиск. Вместе с подошедшим кав. корпусом, из второго эшелона ударной группы 22А, танковые, самоходные и механизированные части, утром следующего дня ворвались в Волочиск. Чуть раньше, южней Волочиска, начали ночную атаку части двух стрелковых дивизий 5 гв. А, при поддержке танковой бригады. А с противоположенной стороны, вдоль шоссейной и железной дороги, удар нанесли три стрелковые дивизии 23А, при поддержке танковой бригады. От этих вспомогательных ударов, особого успеха не ожидали. Они просто должны были связать и отвлечь на себя немцев. Но неожиданно, ночное наступление увенчалось успехом с обеих сторон. Части 5гв. А захватили плацдарм южнее Волочиска, продолжали его углублять и расширять, через пару часов выйдя на окраину города. И части 23А смогли прорвать оборону немцев, южнее железной дороги. Поругавшись с Куликом, Павлов как представитель ставки, своей властью и под свою ответственность, отправляет в прорыв кав. корпус. Нацики видя, что к утру сами окажутся в окружении, а сил локализовать сразу три прорыва нет, начинают огрызаясь откатываться на юг. Тут бы их и гнать безостановочно до Днестра, но увы, это война, а враг не безответный манекен для битья, подвижные соединения уже требовались в других местах.

В моё время, почему-то принято было считать, что немцы воюют только по шаблону, новому учатся с трудом, костные и вообще как бы туповатые. Ага, счаз-з-з, туповатые они, как же! Вот этих бы диванных стратегов, с прочими квасными патриотами и всепобедистами, готовых вермахт одной левой на ноль помножить, да на передовую в пехоту, в место очередного немецкого прорыва. И если жив через неделю останется, перестав заикаться от страха, послушать заново, что он думает про туповатый и костный вермахт. Немец враг умный, упорный и хорошо подготовленный! Просто в известной мне истории, у них довольно долго было "головокружение от успехов", да и чего изобретать велосипед, что-то менять в налаженной системе, когда и так всё хорошо получается. Здесь же, впервые недели войны, подвела их излишняя самоуверенность в превосходстве арийской расы над всякими унтерменшами. И как не странно собственная пропаганда, вдалбливающая им, что СССР это "колос на глиняных ногах". Но получив сходу, очень конкретно по сусалам, да так, что в полный нокаут выпали, взяв почти на месяц тайм аут. Они свою спесь, с высокомерием, засунули куда подальше, став "нашими примерными учениками", да заодно интенсивно стали изобретать чисто свои методы и приёмы порождённые "сумрачным тевтонским гением". В общем, я оказался прав, когда споря с Соболевым, говорил, что врага нельзя недооценивать, особенно такого как немцы. К тому моменту когда наши успешно деблокировали окружённые армии, резко обострилось ситуация на флангах, на стыках с Молдавским и 1 Украинским фронтами.

На южном фланге ситуация развивалась так. Немецкая 11А хоть и вышла, на большом протяжении к Днестру и значительно подвинула фронт на юг, фактически захватив пол Молдавии, с ходу форсировать Днестр не смогла. "Умному Гансу" было очевидно, что если она и прорвёт старые пограничные УРы на Днестре, то обойдется это очень и очень не дёшево. Да ещё и три плацдарма РККА сохранила на правом берегу Днестра, под городом Могилёв-Подольским, Сороки и Рыбница. Пусть плацдармы и не большие, но всё же, опасность удара с них во фланг наступающим сохраняется. Поэтому фон Клюге, делает "ход конём". Линию обороны от УР Ургены, по линии Калараш, Оргеев, Днестр, Рыбница, приказывает 11А передать румынской 4А. А все высвободившиеся силы перебросить на север, на свой левый фланг. Что бы прорвать оборону на левом фланге 18А Молдавского фронта, с последующим выходом во фланг и тыл 23А 2-го Украинского. И снова, его решение оказывается верным, к моему огромному сожалению и досаде. К исходу 28 июля, разрыв между 18А и 23А достиг 25 километров, спасало только то, что в 11А не было танковых и моторизованных дивизий. Правда в 11А были механизированные кампфгруппы, состоящие, из моторизованных частей пехотных дивизий, которые и устремились в этот разрыв. Пусть в них и не было танков, но по своему составу они представляли вполне боеспособные соединения. Состоя как правило из: — Разведбата, роты механизированного инженерно-сапёрного батальона, пары моторизованных дивизионов противотанковых орудий, трёх-четырёх дивизионов МЗА буксируемых и самоходных, роты противотанковых САУ, роты штурмгещуцев, и пехотного батальона посаженного на грузовики со всеми средствами усиления. Очень даже внушительная сила и без танков. Когда вечером 28 июля фон Клюге, получил сведения, что части 11А расширяя и углубляя плацдарм на левом берегу Днестра, захватили мост и село Нов. Ушица, а на севере завязали бой за городок Дунаевцы, то есть вышли на оперативный простор. Он ни медля, отдаёт приказ 3А румын, основными силами сменить на позициях, по линии река Серет, Теребовля, Городок, части 8А. Приказав самой 8А, частью пехотных соединений удерживать позиции по реке Смотрич, Каменец-Подольский, а две танковые, моторизованную и кав. дивизию СС и другие высвободившиеся части, перебросить на плацдарм 11А и наступать с тыла на 23А.