Год моего рождения
Шрифт:
* * *
На первом съезде горской беднотыСобрались люди разных поколений.Последние осенние цветыГирляндами развешаны на сцене. К трибунам не пробраться —Тесен зал.Всех делегатов он едва вмещал.Там собрались посланники народа,Рябит в главах от шлемов и папах,Там пахари сидят, и скотоводы,И воины с винтовками в руках.На этом съезде, может быть впервые,Сидят друзьями лакец и лезгин.Впервые там горянки молодыеСидят как равные среди мужчин.Вот справа две андийки сели рядом.Они осмелились чохто поднять,Чтоб никогда его не опускать,Чтоб на людей смотреть открытым взглядом. В том зале старые и молодые,Сегодня дружба торжествует там,Любовь, свобода, преданность РоссииИ ненависть к бесчисленным врагам.На сцене тоже шлемы и папахи,Широкие полотна кумачаИ вытканный горянками МикрахаБольшой ковер с портретом Ильича.Ведет вперед Советская РоссияНароды из трясины темноты.И люди понимали, что впервыеСбываются заветные мечты. Народ не будет больше жить во мраке,Под непосильной ношей спину гнуть.Советская Россия — это факел,Который озаряет людям путь.И встретили рукоплесканий громомПосланники рабочих и крестьянСлова произнесенные наркомом:«СоветскийАвтономныйДагестан».И те слова от края и до краяПо Дагестану разнесла молва,И люди гор, друг друга поздравляя,Произносили гордые слова. Минуя на пути хребты и скаты,Слова большевиков дошли до нас,И в сакле, где давно очаг погас,И матери и мне теплее стало.Дошли и до врагов слова его,И говорят, в тот день в ущелье горномЖахбар — убийца дяди моего —Метался в страхе, бешеный и черный.Да, те слова простые на векаЗапомнят в Дагестане, а пока…Поднявшись с мест, посланники народаВнимают: с ними говорит Свобода. Зал переполнен так, что двери настежь.И там, ряду в четвертом от конца,В тиши стоит отец, и слезы счастьяСтекают тихо по щекам отца.Есть ощущенья, что придет однаждыИ никогда не повторятся вновь,Как никогда не повторятся дваждыНи первый бой, ни первая любовь.Бывают в нашей жизни откровенья,Бывает в нашей жизни день такой,Когда на час иль, может, на мгновеньеВся жизнь твоя встает перед тобой. Вся жизнь твоя…Какие же картиныТебе, отец мой, вспомнились сейчасИ почему глубокие морщиныГустою сеткой собрались у глаз?Что в те мгновенья подсказала памятьТебе, чья жизнь была как страшный сон?Встает былая жизнь перед глазами,И ты воспоминаньем потрясен.О тяжком детстве, о рубцах на коже,О юности без хлеба и огня.О странствиях, о брате, что не дожилДо этого торжественного дня. О доме, где сейчас так много дела,И обо мне, о мальчике своем,К которому тебе бы так хотелосьПрипасть сейчас обветренным лицом.Но нет…И прочь уходят мысли эти.Пусть снова бой, огонь со всех сторон.Жена поймет, и выросшие детиПростят ему, что не приедет онК ним год еще, и даже больше года,Пока земля горит, пока на нейЕще живут враги его народа —Убийцы наших братьев и друзей. «Там, где сильней всего бушует пламя,Хочу я быть, и мне должны помочь», —Решил отец.И с этими словамиК наркому он явился в ту же ночь.* * *
Есть место в нашемДагестане горном,Которое зовется Цумада,Туда не попадешь дорогой горной —Путь перережет горная гряда.Там бездорожье, там завалы снега,Там водопады, пропасти, тудаНе въедут ни тачанка, ни телегаИ конник попадет не без труда. Поделиться с друзьями: