Чтение онлайн

Как ни старался иберрский кабальеро затянуть подольше шоу под названием «подготовка к казни», всему в этой жизни приходит конец. Вот и толстый монах Ордена Ивовой Ветви…

Покричал, призывая на лысинку иберрца все мыслимые кары, отхлестал корзинкой (свободной розги не нашлось) дверь, которую дон Текило предусмотрительно попросил запереть, чтоб исповедь не закончилась монашьим самосудом; потом свалился утомленно… Завел басовитое песнопение, а потом, к удивлению стражников и направленной телепатемы мэтра Адама, громогласно заявил, что бог Ивовая Ветвь, который создает препятствия на пути проучения хитроумного иберрца – не самый мудрый бог. Бывший ивоветвянин мощным циклоном поднялся с пола и двинулся на оторопевших стражников, требуя, чтобы теперь уже они приняли его, брата Прю, покаяние и исповедь. Стражники, улучив миг, сбежали, и отважному, мужественно встречающему за закрытой дверью неприятности дону Текило пришлось выслушивать словеса толстяка, по мере сил успокаивая оскорбленного в лучших чувствах беднягу…

Всему когда-то приходит конец. Совсем скоро придет конец и жареной рыбешке, которую дон Текило пожелал отведать в покоях своего товарища по заключению. Уже догорает закат последнего дня в его, дона Текило, непутевой жизни… Через два часа Буше скомандует солдатам гарнизона выстроиться вдоль крепостных стен, окружить неплотным кольцом помост…

Один лишь маленький вопрос: успеет ли Виг до того времени закончить артефакт, который обещал?

Наблюдая, как полуседой волшебник, низко склонившийся над магически-лабораторным столом колдует над заготовкой артефакта, пытаясь вычислить, откуда исходит флюид нарастающего беспокойства, иберрский авантюрист неожиданно понял, насколько беспочвенны его надежды спастись. Появилось тягучее ощущение пустоты, какой-то звериной тоски и беспросветности – пожалуй, дон Текило испытывал подобное только однажды – в год, когда его покинула донна Катарина.

Авантюрист попробовал, следуя многолетней привычке, напиться – с трудом вталкивая во внезапно пересохшее горло кислое вино, и совершенно не получая никакого удовольствия, ни морального, ни физического, от своего последнего в этой жизни греха.

А ведь действительно, последнего, - взгрустнулось дону. Скоро, через час с небольшим, наступит полночь, и его под конвоем пузатеньких самоуверенных сторожей, отравляющих воздух запахом гномьего состава для полировки доспехов, выведут на каменные плиты внутреннего двора. Подведут к благоухающей свежей смолой – гномы, навари им Борджи мышьяку покрепче, постарались на совесть - виселице, комендант Буше, угодливо стрекоча коленками, еще раз зачитает приговор. Собравшиеся зеваки – те самые дамы и господа, которые никак не удосужатся уехать по своим дворянским и купеческим делам, прикипев сердцем к Серой крепости, - может быть, ахнут, а вероятнее всего – просто будут равнодушно наблюдать, как закутанный в красный балахон палач, тяжело печатая шаг, поднимется на эшафот. Потом дона Текило ненавязчиво подтолкнут к болтающейся петле… И последнее, что он увидит в своей непутевой жизни – раскачивающееся на ветру неверное пламя чадящих факелов. Потом комендант небрежно махнет рукой… И всё.

– Ну, наконец-то, всё! – радостно вскричал мэтр Виг. Выпрямился, победно воздевая руки с зажатым в кулаках маленькими предметами. – Получилось!

Дон Текило оставил в покое остатки вина, жареную рыбешку и подошел посмотреть, чего ж волшебник наколдовал.

В руках у мэтра Вига были две большие золотые булавки – на придирчивый взгляд дона вора, совершенно одинаковые. Длинная золотая игла имела навершие из круглого, темно-коричневого с золотистыми искорками, лучащегося какой-то совершенно необъяснимой теплотой камня – или, может быть, кусочка черепашьего панциря, который, как доподлинно знал иберрец, поучаствовал в создание артефакта.

– А почему две иголки? – поинтересовался кабальеро, придирчиво рассматривая средство своего вероятного спасения.

– Первая – чтобы заклинание начало действовать. Держи. Помни, что действие не мгновенное – хотя бы четыре минуты для завершения полного цикла превращения понадобится.

– Угу. А вторая?

– А вторая – чтоб расколдовать. Я ее потом, когда все успокоится, сломаю, и заклинание перестанет действовать. Ну, - легкомысленно добавил мэтр Виг, - я, по крайней мере, так планирую.

– Планируешь ты… А как сработает? Вдруг не получится?

– Вероятность большая… - громко почесал за ухом Виг. Перехватил скептический взгляд обреченного на магический эксперимент узника, и поспешил высказаться более оптимистично: - Я в том смысле – вероятность большая, что эксперимент увенчается успехом. А не то, что ты подумал.

– Действительно, - стоически проговорил дон Текило. – Мало ли, о чем я подумал…

В дверь Виговой «камеры» осторожно просочился комендант Буше.

– Ваша вороватость, - угодливо обратился он к дону Текило. – Не угодно ли… Мы вас ждем…

– Сейчас, сейчас! – невежливо отмахнулся волшебник. – Не дадут человеку на смерть настроиться! Так, друг Текило, давай еще раз все проверим. Мэтра Адама мы нейтрализовали?

– Типа да. Он третьи сутки на ногах – сначала гномов выхаживал, потом драку между мадам Буше и мадам Жужу судил, потом в боговыборном побоище участвовал…

– Отличненько, - с жарким пылом вечно молодой души потер руки волшебник. – Значит, его потенциал Силы приближается к нулю, и учуять, что мы немного помагичили, он не сможет. К тому же я своих зверюшек выпустил, они повышенный фоновый уровень магии создавать по всей крепости будут. Так, хорошо… Где секретарь суда? Ты должен помнить: такой бледный, озабоченный, бегал кругами, порывался вершить справедливость?

– Когда Буше занялся практической демонологией, ускакал в Анжери с доносом.

– Надо ж… А кого ж тогда мой комендант инкубу в жертву приносил? хотя пусть – главное, что не моих животных.

– Судья с Жужелицей уехали.

– Тудыть им и дорога.

– И мэтр Панч с ними.

– Этот что-то учуял, - почесал кончик носа мэтр Виг, цокая зубом и размышляя о таинственных течениях, управляющих Судьбой коллеги по магической школе. – Всю прошлую неделю ходил, фыркал, змею просил вернуть, дескать, сам загипнотизировать кого-то с ее помощью хочет. Покоя ему несчастные случаи с Адамом не давали…

– Несчастные случаи? – автоматически переспросил дон Текило. – Я думал, что несчастный случай был только один…

– Два. Сначала мэтра Адама тут мои змейки кусали, а потом водяные в крепостной колодец пытались утащить… Самое интересное – не мои водяные, - фыркнул мэтр. – Мои всегда дело до конца доводят… Странное что-то в этой крепости творится, - поделился своими волнениями волшебник с приговоренным к смерти, - Такое ощущение, что кто-то под носом колдует, а кто, зачем, и, главное, как – догадаться не могу. Глаза мне кто-то отводит, что ли? Хм… Сюда бы Оракула минут на пять – он бы вмиг хитреца за иллюзиями и защитными чарами рассмотрел бы… - проворчал мэтр Виг. Уловил выразительный взгляд дона Текило и поспешил добавить: - На пять минут мне нужен Оракул, всего на пять минут! А потом опять в болото его закопать, чтобы не мешался! От важных дел чтоб не отвлекал!.. Так. К делу. С монахом ты пообщался?

– А как же! – тут дон Текило вспомнил, что ж именно мешало наслаждаться последним в этой жизни ужином. Достал из-за пазухи пригревшегося трехголового змееныша.

Черная центральная голова выпустила трехконечный язык, ласково тыкнулась в ладонь иберрца. Правая голова изволила смерить важным взглядом мэтра Вига и вдруг заорала голосом ивоветвянина: «Мстю вам я да по задам!!!»

Волшебник спешно зашипел что-то, успокаивая существо.

– Отличненько… - одобрил предваряющий этап своего великого магического эксперимента мэтр Виг. – Так, это сделано, это подготовлено… Какой еще фактор мы могли упустить из виду?

Иберрец покрутил золотую булавку. Взгляделся в искорки коричневого камушка.

– А если не сработает?

– Ну… - развел руками мэтр Виг. Было заметно, что такой вопрос ему доставляет прямо-таки физическое неудобство. – Конечно, может и не сработать. Но, если ты не знаешь, у меня магические артефакты очень хорошо получаются. Например, Ядвига неплохо наколдовалась…

– Ну! – мановением руки обесценил вигово хвастовство вор. Воспоминания о госпоже Ядвиге были очень… очень двойственными. - А еще чем удивишь?