Чтение онлайн

– О чем ты думаешь сейчас?
– улучив момент, тихо спросила она, когда Лю, гордясь и насмехаясь одновременно, демонстративнo, напоказ толпе, взял за руку ее – «небесную лису», посланницу Яшмового Владыки.

– О сюнну, – ответил Пэй-гун.

Улыбка не сходила с уст победителя, веселые морщинки разбегались от уголков глаз, на левой щеке играла умилительная ямочка, вот только рыбка-тревога все плескалась и плескалась в глубине темных зрачков.

– Не о Сян Юне? – уточнила Люся. Ее, признаться, грядущий приход опоздавшего к капитуляции столицы князя Чу весьма заботил. Только крайне наивный человек всерьез бы поверил, что главнокомандующий объединенной армии чжухоу смирится с тем, что его обскакал на финише какой-то ханьский деревенщина.

– Нет, - по-прежнему беспечно усмехаясь, шепнул Лю одними губами.
– Не о нем. О сюнну.

Опешив, она уже открыла рот, чтобы ответить какой-нибудь язвительной резкостью, дескать, а не далековато ли ты заглядываешь, Пэй-гун? Не успел в Санъян войти, а уже мыслями ускакал аж за Великую Стену, но… Но взгляд у него был таким, будто Лю именно таких слов и ждал. Словно охотник, расставивший силки и притаившийся теперь в кустах, он как бы приглашал ее – давай, попадись в ловушку! «Состязаться в коварстве?
– подумала она и молча покачала головой: - Э, нет. Здесь дурочек нет, Лю Дзы!»

Но зато ей было, о чем поразмыслить, пока они ехали улицами Санъяна к дворцу.

– Дворец Эпан, - Лю придержал Верного и привстал в стременах.
– Скажи по секрету, моя небесная госпожа, как тебе этот прекрасный вид?

– Хм… - Люси задумчиво потерла подбородок. – Для нынешних времен – неплохо.

Пэй-гун насмешливо вскинул брови, но ничего не сказал, только головой покачал.

А Людмила все смотрела на дворец, смотрела – а видела вместо укрытых за высокими стенами павильонов и залов, соединенных галереями; вместо изогнутых черепичных крыш, башенок и мостиков; вместо прудов, садов и дорожек – видела Лабиринт. Тот самый, из греческих мифов, такой же древний и зловещий. Был ли дворец Эпан красив? А черт его знает! Может, и был. Наверняка был. Люся не бывала в Риме, не созeрцала Колизей и не прогуливалась по склонам Везувия среди руин Помпей, и прочими чудесами древней архитектуры наслаждаться ей не довелось. Дворец Эпан был, несомненно, грандиозен, но…

Начинается второй век до новой эры, а это значит – уже стоит в Афинах Парфенон, уже давным-давно царят над долиной Нила пирамиды, да и мало ли в древнем мире чудес? Но что до циньского дворца… Слишком у он обширен, слишком приземист, чересчур уж расползся по земле, как приникший перед прыжком зверь. Того и гляди, взметнется, вцепится в горло – и сожрет без остатка…

– Если дворец тебе так не нравится, хочешь, сожжем его, а?

Люся вздрогнула, очнулась от своих мыслей и вытаращила глаза на Лю, ошарашившего ее таким неожиданным предложением.

– Нет, ты что! – воскликнула она. – Зачем же? Это же солько труда вложено, сколько народу на этом строительстве жизни положили… Как же можно сжигать!

А про себя подумала, смутно припомнив вдруг кое-что: «К тому же, дружок, его и без тебя пожгут…»

– Как скажешь, – пожал плечами Пэй-гун и огляделся.
– Не сжигать – так не сигать. А вообще… Пугающее местечко, скажи? Даже верней сказать – подавляющее. Я прямо-таки чувствую себя букашкой недостойной, над которой старик Шихуанди уже башмак занес, чтобы прихлопнуть!

За разговором они подъехали к самым воротам – распахнутым, брошенным – за которыми, деланно беззащитный, но очень и очень опасный, раскинулся дворец Эпан. Лю задрал голову и едва заметно поморщился, обнаружив, что привратная башня заслонила от него солнце. Ближайшие его соратники, поотстав, тоже крутили головами и, позабыв о дисциплине, громко выражали свои чувства по поводу циньского дворца. И восхищенных возгласов звучало не меньше, чем ругательств.

– А о чем ты задумалась теперь, моя Люси?
– решительно направляя Верного прямо в ворота, спросил Лю. Впрочем, дальше он спешился и Люсе пoмог слезть.

– О том, что в этих дебрях не только Чжао Гао может притаиться, но и целая армия убийц, – проворчала Люся. – Сам гляди: ни канализации, ни водопровода, ни отопления. Зато – много дерева, шелка, бумаги и масла, а за каждой ширмой – по евнуху… Как мне поймать в этом болоте мою рыбку, Лю? Ума нe приложу…

– Н-ну… - Пэй-гун почесал затылок под повязкой и забавно сморщил нос, будто собрался чихнуть.

– Небесной госпоже не нужно тревожиться слишком сильно, - голос сзади раздался так внезапно, что оба, и Люся, и Лю, вздрогнули и обернулись. Нo это был всего лишь несчастный Цинь-ван, которого никто и не думал задерживать, так что юноша ехал себе и ехал следом за победителями. Вот и догнал, когда остальные отстали.

– А?
– хлопнула ресницами хулидзын, которой очень хотелось схватиться то ли за сердце, то ли за рукав Пэй-гуна. Очень уж внезапно и бесшумно подкрался маленький ван.

– Это – дворец Эпан, – спокойно объяснил Цзы Ин.
– Неважно, что или кого вы ищите, госпожа, но если что-то попадает во дворец, об этом делается запись. Человек или вещь – здесь всегда остается след. Вам нужно в архив.

– То, что я ищу, - покачала головой Люся, - скорее всего доставили прямо главному евнуху. Что-то я сомневаюсь, ваше величество, что Чжао Гао позволил бы…

– Неважно, - повторил Цинь-ван.
– Главный евнух был высшей властью во дворце… но сейчас его здесь нет. Его люди расскажут все, что им известно.

– Разве они не преданы Чжао Гао? – девушка осеклась, услышав тихий смешок Лю Дзы. Пэй-гун и Цинь-ван переглянулись с каким-то почти заговорщическим пониманием.

– Преданность, проросшая на страхе, – фыркнул Лю.
– Что стоит такая преданность?

– Сейчас у людей здесь, – Цзы Ин неловко повел рукой, зашелестев рукавом, слишком широким для по-детски тоненькой руки, - осталось три страха. Первый страх – это Пэй-гун. Второй – приход генерала Сяна, князя Чу. третий…

– Возвращение Чжао Гао, - закончил за него Лю и улыбнулся маленькому вану своей особенной улыбкой, предназначенной не простo для союзников, а для возможных соратников: - А ты умен, маленький братец.

– Это так, - печально вздохнул Цзы Ин. – Но я слаб, Пэй-гун, и много ли проку в том, что я умен?

– Поглядим, – обронил Лю Дзы, смерил юношу ещё одним долгим взглядом, а потом потянул Люсю за рукав, оттаскивая в сторонку.

– Чего? – девушка покoрнo пошла следом, втихаря пытаясь высвободить руку, но Лю уцепился крепко и не oтпускал. – Ну что?

– Возьми охрану и сходи с Цинь-ваном в этот их архив, погляди там, что к чему… И еще, – наклонившись так близко, что его дыхание взъерошило ей волосы и согрело шею, Пэй-гун шепнул на ухо: - Сделай для меня кое-что. Лю Чжен, ее имя Лю Чжен. Моя сестра. Если тебе встретится запись о ней…

– Почему ты сам не пойдешь и не проверишь?
– почуяв, как внезапно ослабла его хватка, Люся вывернулась и требовательно уставилась на него. Пэй-гун отвел глаза.

– Я боюсь, - признался он и развел руками, ухмыляясь болезненно и криво.
– Я боюсь узнать, что с ней сталo. Трус я, моя Люси.