Чтение онлайн

В ответ чусец беззлобно фыркнул:

– Ваша наглость, Тьян Ню, равна и даже, по моему мнению, превосходит размерами священную гору Таньшань. Вы об этом знаете?

Раны, нанесенные ему милосердным парнем Лю Дзы, лекарь уже зашил и смазал целебным бальзамом, но oни ещё болели. Чертовски болели, насколько девушка могла судить, по тому, как осторожно двигался Сян Юн, как прикусывал губу время от времени.

– Согласна, mon general. Я веду себя крайне нескромно, но ничего не могу поделать, кроме как просить вас о милости к побежденным, к этим беззащитным и слабым людям, чьи жизни сейчас в вашей власти.

Против всех ожиданий Сян Юн не злился, не рычал, словно успел позабыть о недавней ссоре. Это внушало Тане робкий оптимизм. вдруг и сейчас получится? Главнокомандующий тем временем поднялся со своей циновки, шагнул к девушке и протянул ей руку, чтобы помочь встать. Застарелые мозоли были сорваны,и половина ладони походила на кусок подсохшего мяса.

– Не бойтесь, я привык, мне не будет больно, - заверил Таню генерал.
– Я просто так давно не прикасался к вам.

Он подвел её к выходу из шатра, откинул полог, чтобы вместе какое-то время смотреть на растревоженный людской муравейник.

– Все эти люди, Тьян Ню - и владетельные князья,и простые солдаты, пришли сюда ради богатств Цинь, что вобрал в себя Санъян, - сказал Сян Юн очень серьезно.
– Они прошагали через все царства Поднебесной именно за этим.

– Чтобы разграбить Санъян и весь Гуаньчжун? – прошептала потрясенно Таня.

– Да. Они пришли за золотом, нефритом, шелком, женщинами и пленниками. И даже я не смогу запретить взять то, что теперь принадлежит им по праву победителя. Их не остановить. Санъян будет разграблен, его жители пленены, его сокровища поделены. Так и будет, моя милосердная Тьян Ню. И ни мои, ни ваши желания уже не имеют никакого значения.

О нет, Сян Юн не насмехался над добротой небесной девы. Он простo знал единственный путь, с которого ещё никто не сворачивал. И никогда не свернет. Горе побежденным.

– Затем я раздам земли союзникам и... – теперь он позволил себе мягкую улыбку.
– Вы все- таки станете моей женой. Клятва, данная предкам, мною исполнена. Яшмовый Владыка тому свидетель, а вы oбещали.

– тогда вы не станете сжигать Санъян? – с надеждой спроcила Таня.

– На кой мне его сжигать? Пусть себе стоит, – - махнул рукой Сян Юн.
– К слову, мне тут донесли, что своим слугам за верность вы пообещали персики бессмертия из садов богини Западного Неба. Это правда? А мне персик? Я тоже хочу.

– Ничего подобного!
– опешила небесная дева, глядя в полные обиды глаза князя Чу. – Как я могла такое пообещать? Это... это запрещено!

Главнокомандующий возмущенно хлопнул себя по бедру и зашипел от боли:

– Вот ведь брехуны! Что за люди!

Скорость, с какой здесь распрoстраялись слухи, попутно обрастая дичайшими подробностями, Таню все время приводила в смятение. Откуда они взяли эти персики в подарок?

– Вот и я каждый раз дивлюсь. Сказочники языкатые.

– Должно быть, меня как-то неправильно поняли, - поторопилась объясниться Татьяна, глядя на мрачную физиономию генерала. – Не гневайтесь на ваших людей, mon general. Никто не хотел дурного, я уверена.

– Да?
– чусец вопросительно изогнул широкую бровь.
– Ну ладно. Если вы так считаете... Но от персика я бы не отказался. От обыкновенного персика.

И видимо так ясно представил себе сочный сладкий плод, что не удержался и облизнулся. И губами причмокнул совершенно по-детски. Обрек тысячи людей на смерть и размечтался о персиках. Нет, к этому невозможно было привыкнуть.

– А если у вас нету персиков, то расскажите мне о своих приключениях, Тьян Ню, - попросил Сян Юн и сжал руку девушки в искалеченной ладони. – Я тосковал по вам в разлуке. Думал, что вы улетели обратно на Небеса, что бросили меня ради службы Яшмовому Владыке. Кстати, – оживился он.
– почему вы и в самом деле не улетели? Вы же были верхом на драконе. Неужели ради меня? Правда же?

Глаза главнокомандующегo сверкали искренней pадостью, он забыл и о ранах,и о кровожадных планах. У него на языке вертелась еще сотня вопросов

– Ну пожалуйста, Тьян Ню. Заодно и помиримся. Вы же хотите помириться? Я, например, очень хочу.

«Большой свирепый мальчишка, – напомнила себе Татьяна.
– Жестокий и безжалостный лишь пoтому, что родился и вырос в жестокое время». И с тайным умыслом поинтересовалаcь не собирается ли он выступать с армией чжухоу прямо сейчас.

– Не-а, - мотнул головой Сян Юн.
– До завтрашнего утра я честно отдыхаю. Эй, Мин Хе!

Ординарец тут же просунул голову в щель между полотнищами полога.

– Принеси-ка нам с госпожой небесной девой чего-нибудь вкусненького. Что-то ж там осталось от этого поганого пира. Не все же наши проглоты сожрали, верно? Тащи только самое лучшее!

Мин е умчался к поварам, а они с генералом устроились, как он выразился, «по- домашнему». Точнее, Сян Юн вытянулся на ложе, а его гостья уселась возле его изголовья.

– Ну, рассказывайте, – попросил он и весь обратился в слух.

И что оставалось делать? Сначала Таня поведала о коварном Чжао Гао, потом Мин Хе принес угощение – какие-то вкусные пирожки и мясо в пахучем соусе. Они поели и Сян Юн потребовал повторить историю про то, как они улетели с поддельной Фэн Лу Вэй. Видимо, утолив голод, он так и не насытился чудесами. Развесивший уши ординарец тут же заскулил от желания послушать дальше, получил по шее, но в итоге остался, чтобы заодно прислуживать своему господину. Колдовскую битву в подземном дворце Яньло-вана Тане пришлось живописать трижды, кадый раз украшая историю новыми деталями. И никого из благодарных слушателей этот факт не смущал нисколечко. После живого дракона-то! Дочка профессора Орловскoго благоразумно умолчала о том, что побывала в гробнице Цинь Шихуанди. Дабы не искушать малых сих на грабеж могил. И о том, что бывший император обернулся драконом,тоже не стала упоминать. Но в остальном же Татьяна рассказывала чистую правду, не забывая, правда, изрядно её приукрасить. Здесь так принято было – расцвечивать суровое полотно жизни ярким шитьем выдумки. Много ли pадостей у мужчин в долгом военном походе? Вот они и веселились,точно дети, затаив дыхание, внимая сказительнице, и тут же перебивая ей, требуя подробностей, смеялись, ужасались и спорили.

А дозволенные речи продолжались до тех пор, пока у новоявленной Шехерезады не начал язык заплетаться. Она вымолила минутку, чтобы чуть-чуть передохнуть, да так и заснула крепким сном под несерьезную перебранку генерала и ординарца, свернувшись на покрывале калачиком.

– Всё! Хватит, не шуми, - прошептал Сян Юн, заметив такое дело. – Кликни Сунь Бина и девушек, что ждут снаружи. Пусть стерегут её здесь.

– А..

– Пусть спит, сколько спится. Не смейте будить мою небесную госпожу.

– Это да, - согласился Мин Хе. – Уморилась, поди.

А главнокомандующему было чем заняться в эту ночь. Егo огромная армия собиралась захватить столицу бывшей империи. Какой уж тут отдых.

«Я так и не увидела этот город. Ни целым, ни в руинах. И, должно быть, это единственное о чем я жалею».

(из дневника Тьян Ню)

«Разумеется, это мое личное мнение, но я абсолютно уверена, что каждая женщина должна хоть раз в жизни надеть свадебное платье. Белое, кружевное и с фатой или же красное с алым покрывалом, не суть. Главное, чтобы оно однажды случилось».