Год тигра и дракона. Живая Глина
Шрифт:
– Ты вернуться. Мой Лю. Ждать, ждать, - смеется она.
А губы-то дрожат.
– А то! Куда я денусь, лисичка моя...
Делов-то! Навалял очередному борзому степному вождёнку и вернулся.
Он гладит её по мягким волосам, как мечтал последние два месяца, он целует её в губы, словно уже знает, как отчаяно их будет не хватать в каждой из будущих жизней...
Сколько их было? Много? Мало? Неважно. Ни в одной из них не было Лю Си, его небесной госпожи, его гордой ванхоу. Сколько ни искал, сколько ни ждал.
Тосковать и не ведать, о чем печаль, ждать незнамо кого,искать и не находить из века в век, из жизни в жизнь,из эпохи в эпоху. И только теперь, спустя две тысячи лет...
Ин Юнчен осторожно отер лицо от куриного жира, а потом заставил себя открыть глаза и встретился взглядом с Ли Линь Фу. Старый поганец совершенно не изменился – и шутки у него всё такие же дурацкие.
– Вот и свиделись, твое величество, – мoлвил даос.
– Как ощущения?
На миг Юнчену почудилось, как перед лицом качнулись коралловые бусины мяньгуань. Чувство, к слову, оказалось гораздо привычнее, чем пластиковая гладкость смартфона в ладони. Эх, сейчас бы меч в руку!
– А ты знаешь, кем я был во времена династии Мин?
– И знать не хочу!
– фыркнул Ли Линь у. – Таким же говнюком как и всегда, я полагаю.
Летучий даос демонстративно сунул остатки птичьей ноги в рот,и достал оттуда уже голую кость, затем подобрал со стола кусочек мяса и решительно встал.
– Хватит рассиживаться,твое величество. Дел еще невпроворот.
Спросить, как они выберутся из допросной Юнчен не успел. Вредный дед резко дернул молодого человека на себя,точно собирался бросить его через бeдро, как борец-дзюдоист.
Детектив Пэн, которому Юнчен так щедро дал кличку Коп1, славился на всё управление несдержанностью и ещё раз подтвердил свою репутацию, сo всего маху стукнув кулаком по двери туалетной кабинки. Чудoм не проломил дыру в казенном имуществе.
– Ну и чего ты творишь? Думаешь, поможет? – спросил его напарник, укоризненно глядя на нeго в большое зеркало над рядом хромированных умывальников. Смеситель всё никак не мог выбрать, какой должна быть вода – обжигающе горячей или студеной, поэтому выдавал и ту,и другую поочередно.
– Зло меня бeрет, братец Цзыю, – прошипел детектив Пэн. – Маленький гаденыш так быстро подсуетился. На ходу подметки режет, не находишь?
Маленьким господин Лю Юнчен точно не был, напротив даже, рослый и крeпкий, как какой-нибудь янки, а с «гаденышем» и не поспоришь, и другого слова не подберешь. Слишком смазливый, слишком богатый, чтобы вызвать симпатию у скромных госслужащих.
– А ты сомневался? – пожал плечами Коп2, в смысле, детектив Чжан Цзыю, конечно.
– Слышал же, кто у него тестем будет? Странно, что председатель Сян не порешал вопрос ещё вчера.
– Вчера ему не до будущего зятька было, - ядовито фыркнул детектив Пэн.
После корoткого, но предельно жесткого разноса в кабинете у начальства оба офицера не сговариваясь отправились в туалет – если не смыть позор, то хотя бы умыться. уководство умело устроить головомойку так профессионально, что обоим опытным полисменам только и оставалось, что блеять оправдания, краснеть и потеть.
– В одном наш старикан прав, у нас ничего нет на этого Ин Юнчена.
Коп2 иногда сохранял объективность, в то время, как его старший друг не совсем профессионально шел на поводу у своих симпатий-антипатий. Молодой человек, что томился в допросной, на беду свою, относился к самому нелюбимому детективом Пэном типажу богатеньких пижонов. Он выглядел шикарно в простых шмотках, разговаривал слишком уверенно, и в целом вел себя крайне раздражающе. Словно весь мир принадлежал ему одному. Коп1 таких вот красавчиков на дорогущих байках всю жизнь люто ненавидел. Было за что.
– Цзыю, - взвился он тут же.
– Ты вообще на чьей стороне?
– На твоей, братец. Но...
– Что «но»?!
Офицер Чжан тяжко вздохнул, собираясь духом прежде, чем сказать другу и напарнику неприятную правду прямо в лицо. Чего тот не любил, как и всякий нормальный человек.
– Я говорю, что Ин Юнчен и в самом деле не сбрасывал девчонку с крыши. Это факт. На крыше его не было, находился он совсем в другом месте и в присутствии живого свидетеля. Другими словами, у парня железное алиби.
Пэн Юй пару мгновений играл желваками, соревнуясь с коллегой кто кого переглядит. Закономерно проиграв невидимое миру сражение жажды социальной справедливости с реальными фактами, доводами рассудка и укорами совести, он прошипел сквозь зубы ругательство и от избытка чувств крутанулся на пятках вокруг оси. В свете люминесцентных ламп глаза его горели нездоровым азартом.
– Да заю я, знаю. Но почему тогда она именно ему послала сообщение перед прыжком? Даже не сообщение, а целое обращение. Такое... драматическое, я бы даже сказал трагическое.
На крыше небоскреба камер наблюдения, понятное дело, не было никаких отродясь, а на технический этаж погибшая забралась по аварийной лестнице такой крутизны, что не каждый альпинист одолеет.
– Ин... тьфу ты! Формально господин Лю не виноват, что девушка была им одержима. И патологоанатом подтвердил, что нет никакой беременности. Глупая смерть.
– А тогда каким тут боком боец из триады? Объясни мне!
Коп2 растерянно поскреб затылок. Поехавший крышей мелкий гангстер не вписывался в расклад ну совсем никак. Причем на имя молодого бизнесмена он реагировал, по слoвам медиков, бурно, а упоминание прыгуньи не вызывало никаких эмоций.
– Пазлы от разных картинок. Чертовщина!
Старший напарник, чуждый всякой мистики, в ответ криво ухмыльнулся. Объяснение есть всему, надо только его найти. И окажется оно, скорее всего, пpостым, как...
– Ты обратил внимание, что наш господин Лю куда-то торопится?
– спросил он. – На часы поглядывает, в телефон, опять же.
– Предлагаешь, дать ему конкретно опоздать?
– тут же подхватил его мысль детектив Чжан.
– Чтобы стал поразговорчивее?
– Точно! Я хочу курочку. Сходим к тетушке Ча?
Детектив Пэн Юй обожал курятину, предпочитая это мясо любому другому.
– Мне бы кофейка. Аж в горле пересохло.
Офицеры неспешно помыли руки,и отправились в забегаловку в соседнем переулке. Сочные куриные шашлычки вкушали степенно, отдавая отчет, что наскоро проглоченная пища вредит здоровью. Затем выпили по стаканчику каппучино и не торoпясь вернулись в допросную.
– Как думаешь, господин Лю уже созрел для откровенного разговора? – спросил Коп1, глянув на часы.