Чтение онлайн

И дали донских хуторов.

. . . . . . . . . . . .

Он был на Днепре, на Амуре,

И в сердце он был у меня.

Выдриган на пятнадцать лет старше Казакевича. Но они не ощущали этой разницы.

Официальное «лейтенант Казакевич» звучало редко. Если только не требовала форма, Выдриган обычно говорил: «Слушай, Эмма…»

Адъютанту положено исполнять. Новый полковой адъютант, исполняя, никогда не переставал думать. Захар Петрович ему нравился все больше. Не ханжа и чистейший человек. Прост, умен, обаятелен. Тверд и великодушен. Терпеть не может безразличия к людям. И люди для него не оловянные солдатики и не пешки в игре.

ТРУДНОЕ ЛЕТО

В одно лето Захар Петрович перебедовал двумя тяжкими бедами.

Две похоронные.

Под Медынью на Смоленщине зимой сорок второго погиб старший сын Саша. В первые дни войны его выпустили из училища лейтенантом и отправили на фронт. Он провоевал шесть месяцев и заслужил три боевых ордена. В сентябре Саша был ранен. Он ушел из госпиталя, чтобы защищать Москву. Командовал пулеметной ротой в бригаде морской пехоты.

Александр Выдриган успел прожить только двадцать два года.

Младшему — Коле — шел двадцать первый, когда отцу пришло извещение.

«Командиру 354-го курсантского запасного стрелкового полка

Глубокоуважаемый товарищ полковник! Ваш сын, Выдриган Николай Захарович, выполняя свой священный долг, прикрывая наземные войска от воздушных пиратов, после уничтожения им двух стервятников пал смертью храбрых 8 августа 1942 г.

Тело временно находится на оккупированной территории.

Командир в/ч 3012 майор Куделя».

Теперь Захар Петрович остался один: без жены, без семьи. Горе было так велико, что нетрудно человеку и сломаться. Никому, кроме Казакевича, полковник ничего не сказал. Сожаления расслабляют, а ему надо быть сильным. Он не имеет права поддаваться горю, тем более перед людьми, среди которых немало таких, которым суждено разделить удел его сыновей.

Захар Петрович ничем не выдал того, что происходит в его отцовском сердце, какие там бушуют штормы. Даже внешне не изменился, разве что глубже запали глаза. Он теперь старался все время быть на людях. И Казакевич не отходил от своего командира, целые дни пропадавшего в батальонах, на стрельбищах, в учебных окопах.

Захар Петрович настойчиво добивался возвращения на фронт. Его упорно задерживали: сначала ссылаясь на здоровье и последствия тяжелого ранения, потом на то, как нужен его опыт в обучении воинов.

После гибели старшего сына полковник Выдриган подал рапорт.

«Командир 354-го КЗП — командиру 4-й курсантской запасной стрелковой бригады, 26. IV 1942 г.

…Я участвовал в трех войнах. В 1914–1917 гг. сражался против немцев на полях Западной Украины и в Карпатских горах. В гражданскую войну был командиром партизанского отряда Козацкой волости, боролся с немцами, заливавшими кровью поля моей родной Советской Украины.

В южных областях Украины мне знакома каждая тропа, возвышенность, каждая речушка. И когда в 41 году тот же проклятый враг напал на нашу страну, я в должности командира 525-го стрелкового полка участвовал в боях с немецкими захватчиками.

23 июля 1941 года тяжело ранен и выбыл из строя, а поправившись, направлен в Ваше распоряжение.

Теперь чувствую себя крепче, чтоб продолжать фронтовую жизнь. Ненависть к врагу и любовь к Родине, свойственные всем советским людям, заставляют меня просить Вас ходатайствовать перед командующим Московским военным округом о направлении меня в действующую армию.

Мой родной язык — украинский. Мне хорошо знаком украинский театр военных действий. Мне дорога украинская культура — сестра высокой русской культуры.

Поэтому прошу Вас ходатайствовать о направлении меня на Южный фронт».

Положительного ответа не последовало…

«…Я вспоминаю старинную грустную украинскую песню…»

«Но сейчас не время «сумувать и плакать». Сейчас время бороться, остановить и громить врага…»

Вы могли решить, что это записи из дневника или строки из статьи публициста. Нет! Это выдержки из второго рапорта командира запасного полка 3. П. Выдригана. Он любил красивое слово, но не любил пустого, барабанного.

«…Я повторяю свою просьбу и прошу Вас не отказать в ходатайстве перед командующим МВО об откомандировании меня в действующую армию в район Сталинграда или Воронежа — плацдармов будущих наших наступлений для освобождения нашего народа…»

(14 октября 1942 года)

Те, кому адресованы рапорты, читали, что написал командир полка, читали и между строк заявлений отца, в три месяца получившего две похоронные. По-человечески они понимали, что полковнику теперь будет легче в боевой атмосфере, и все-таки… Как отпустить из МВО командира с таким большим методическим опытом обучения бойцов?!

И второй рапорт оставлен без удовлетворения.

У Захара Петровича есть старая записная книжка, куда он записывает понравившуюся ему мысль. Как-то он записал слова Льва Толстого: «Сражение выигрывает тот, кто твердо решил его выиграть».

Полковник Выдриган твердо решил, где его место.

10 марта 1943 года он подает третий рапорт.

«…Уже больше года, после тяжелого ранения, нахожусь в тылу в должности командира 354-го КЗП.

Трудно передать Вам, как тяжело мне жить и работать в тылу в нынешнее время. Я знаю, что я делаю важное дело, подготавливаю резервы фронту. Но точно так же, как рыба рвется из аквариума в широкий речной простор, так и солдат революции — в бой. Тем более солдат, участвовавший в трех войнах: империалистической, гражданской и Отечественной, проведший в рядах армии 28 лет.

Прошу Вас, дайте мне возможность поехать на фронт…»

Перечитаем снова эти рапорты. Не совсем обычна их форма. Но тех, кто знал Выдригана, не удивлял их стиль.

СКОРЕЕ В БОЙ!

О чем я Вас прошу? Не упрощайте жизнь. Упрощая ее, вы никому ничего не доказываете. Жизнь сложна и прекрасна. Э. Казакевич

Все подвергается испытанию временем.

Человеческие отношения, чувства. И конечно, дружба.

В войну эта проверка происходит куда стремительнее. Полгода совместной службы породнили Выдригана с Казакевичем. У них полное взаимопонимание.

Как и его командир, Казакевич давно рвется из запасного полка. Теперь самая большая его мечта — уехать вместе с полковником на фронт.

«Адъютант командира 354-го КЗСП

Э. Казакевич — командиру полка

3. П. Выдригану, 27. IV 1942 года.

Узнав о том, что Вы подаете рапорт командиру 4-й КЗБ о направлении Вас в действующую армию, на Южный фронт, прошу Вас убедительно: возьмите с собой и меня.