Годзилла на краю света
Шрифт:
И Патрик понял, что его старший брат легко мог бы попасть в армию, если бы этого захотел. И тогда его осенило.
«Почему бы мне не стать Шоном?»
Его старший брат оставил дома после себя все свои документы, в том числе свидетельство о рождении, водительские права, диплом…
На следующее утро Патрик оставил матери записку и пошел на призывной пункт. И в тот же день шестнадцатилетний Патрик Бреннан стал восемнадцатилетним Шоном Бреннаном. Он был уверен, что поступил правильно, ушел не оглянувшись и стал уверенно продвигаться вперед. Начальная военная подготовка оказалась для него ерундой. После нее Шон попросился добровольцем в ВДВ. Он обнаружил, что и это ему вполне по силам.
И как раз вчера его сержант сказал ему, что у него неплохое будущее в 82-й дивизии… но сегодня… что он скажет сегодня?
«Туда», сказал неулыбчивый лейтенант, указывая на дверь с выгравированным на ней номером. Шон Бреннан замер и провел рукой по своим коротко стриженным коричневым волосам.
«Просто входи туда», приказал лейтенант.
С трудом сглотнув и посчитав, что его военная карьера закончилась, рядовой Бреннан толкнул перед собой дверь. Но вместо фаланги офицеров военного трибунала, держащих в руках всякие бумажки — как он предполагал — он обнаружил внутри других таких же, как он, рядовых — девять человек, сидевших вокруг стола.
Как и он сам, эти люди были недавними выпускниками парашютной школы и относительно недавно стали солдатами 82-й дивизии. И так же, как и он, все они, похоже, изрядно нервничали. Найдя свободное место, рядовой Бреннан осмотрел всех других собравшихся в конференц-зале. Хотя он ни с кем из них близко знаком не был, он узнал некоторых из них. Он заметил долговязого Джима Сирелли, бывшего рокера, а также большого, мощного солдата по имени Джонни Рокко. Он также узнал еще одного, который жил с ним в одной казарме — небольшого роста спокойного парня по имени Боб Бодаски. Шон вспомнил, что знал еще одного из них, он видел его в военном магазине на территории части — тощего рядового по имени Такер Гайсон — но он никогда раньше с Гайсоном не разговаривал.
Больше никого из присутствующих он не знал.
Едва только Шон успел сесть, как в помещение ворвался сержант и заорал: «Смирно!»
Все рядовые вскочили, и в этот момент в помещение вошел новый командующий 82-й воздушно-десантной дивизии генерал Экворт.
«Вольно, солдаты», объявил генерал. «Садитесь».
Когда они сели, сердечный ритм Шона Бреннана впервые за это утро стал успокаиваться и замедляться.
«Моя тайна все еще не раскрыта!», хотелось закричать ему.
Рядовой Бреннан едва сумел подавить улыбку, которая в любой момент грозила прорваться наружу. Но усилием воли он заставил свое лицо остаться нейтральным, повторяя про себя свою личную мантру: «Я Шон Бреннан… я Шон Бреннан… Я ШОН… ШОН…»
Понедельник, 13 ноября 2000 г., 11:06, штаб-квартира телеканала «Независимая Новостная Сеть» (INN), Башня Всемирного Торгового центра, Нью-Йорк.
«Вам сообщение, миз Холлидей», сказала помощник Робин, протянув ей розовый листочек с именем и номером, записанными на нем от руки.
Сначала Робин едва взглянула на это сообщение, влетая в свой кабинет, чтобы проверить электронную почту. Затем она еще раз взглянула на листок у себя в руках и рухнула в свое кресло.
«Меня желает видеть Майкрофт Э. Эндикотт!», осознала она, и внезапно у нее аж дух перехватило. А затем она чуть ли не вскрикнула от ужаса.
В одиннадцать тридцать!
Робин Холлидей вскочила, ударившись облаченной в джинсы коленкой о край стола. «У меня двадцать пять минут, чтобы подготовиться к встрече с начальством!», поняла она с ужасом. «А я решила пойти сегодня на работу в своих рваных Гитанос!»
Бросившись в свою гримерку, чтобы подыскать что-нибудь более подходящее к такому случаю, Робин стала думать, с чем может быть связана эта встреча.
Спустя тридцать минут Робин прибыла в приемную своего гендиректора, одетая со вкусом в консервативное платье-костюм. Она вынуждена была признать, что выглядит сногсшибательно, и ее одежда прекрасно соответствует обстановке офиса ее главного начальника.
Робин встретила деловитая и исполнительная секретарша Эндикотта, которая сразу же провела ее в святая святых — во внутренний кабинет генерального директора.
«Сюда пожалуйста, миз Холлидей», сказала эта чопорная женщина, сопроводив ее в огромный кабинет начальства. «Мистер Эндикотт вскоре к вам присоединится».
Войдя внутрь, Робин удивилась, увидев там своего бывшего шефа, Ника Гордона, который глядел в окно на панораму города. Она заметила, что ему хотелось выглядеть таким же крутым и лихим, как всегда. Она также заметила, что в этом просторном офисе, кроме него, никого не было.
«А он что здесь делает?», задалась подозрительным вопросом Робин. «Может, он знает, в связи с чем вообще эта встреча?»
Робин поняла, что ей придется это выяснить, прежде чем появится их босс. А она должна быть готова ко всему.
«Привет, Ник», промурлыкала Робин, бросившись к нему, чтобы его обнять.
«Оу, привет, Робин!», ответил Ник, улыбаясь своей полнозубой улыбкой, делавшей его еще более привлекательным.
«Жаль, что он всегда был женат на своей работе», с сожалением подумала Робин.
«Как дела с „Подростковым ритмом?“», спросил Ник после того, когда они обнялись. Он сопроводил название ее шоу насмешливым тоном и поведя бровью.
Пока они усаживались в мягкие офисные кресла, Робин оценивала и обдумывала вопрос Ника. Она задалась вопросом, нет ли в нем нотки снисходительности свысока, но затем вспомнила, что Ник таким же образом «снисходил» почти до каждого. И эта его реакция, скорее всего, не являлась чем-то личным.
«Еще одна причина, из-за которой этот лакомый кусочек до сих пор свободен и доступен», с грустью подумала Робин. «Ладно, я тоже так могу, попробую сыграть в твою игру, Ник Гордон!»
«Надеюсь, ты видел вчера мой спецвыпуск», сказала она с невинным видом, борясь с желанием похлопать ресничками. Она прекрасно понимала, что он его видел.
В конце концов, она перехватила у него и первой опубликовала один из его материалов, выход которого был запланирован в передаче Ника «Наука в воскресенье» — на следующей неделе. Эта ее кража заставила Гордона и его людей в пожарном порядке броситься выискивать какой-то новый аспект перехваченной ею темы – или же вообще новый сюжет — для следующего выпуска их передачи.
Робин улыбнулась про себя и решила быть великодушной к своему прежнему начальнику. «Извини за сюжет с Гэри из Индианы», начала она и, казалось, искренне.
«Понимаешь, я не хотела перехватывать у тебя сюжет! И вообще, то, что касается необоснованного и некачественного строительства этих жилых домов, являлось лишь одним из аспектов моего общего обзора — отнюдь не единственным».
Ник не мог не заметить ее скрытого послания. «Мой выпуск лучше твоего». И это была правда. По крайней мере, это было правдой, по мнению Робин Холлидей.