Чтение онлайн

Въехав в Париж поздней ночью, карета понеслась по пустынным улицам, пока не остановилась у низкого дома ведьмы. Грубые руки схватили девушку и, вытащив бедняжку из холодной темноты временной тюрьмы, втолкнули внутрь скудно освещённого жилища.

– Товар доставлен, госпожа, – хриплым голосом отчитался один из похитителей появившейся откуда-то из недр дома женщине.

Увидев хрупкую фигурку Элис, хозяйка дома повернулась к доставившим девушку слугам и приказала им:

– Пошли вон, бесы. Призову, как понадобитесь.

После того как за ними закрылась дверь, ведьма с непривычным для местного языка именем Мерге, неслышно ступая, будто паря в воздухе, вплотную приблизилась к девушке.

Это была молодая, красивая, несмотря на большой крючковатый нос, женщина, одетая во всё чёрное, с длинными, цвета воронова крыла распущенными волосами. Она пристально со всех сторон осмотрела хрупкую фигуру Элис. Удовлетворённая увиденным ведьма довольно улыбнулась и, глядя чёрным пронзительным взглядом в испуганные глаза Элис, мягко произнесла:

– Ничего не бойся, деточка. Теперь ты в надёжных руках, в обиду я тебя никому не дам.

Элис тоненьким дрожащим голоском, робко надеясь на понимание и возможную поддержку, еле сдерживая слёзы, обратилась к ведьме:

– Скажите, где я, когда я увижу мамочку с папой? Помогите мне, отпустите меня домой, мне очень страшно!

Услышав её просьбу, ведьма вдруг за долю секунды изменила облик, и сейчас перед девушкой стояла дряхлая старуха с горящим бешеным взором, с растрёпанными клочьями седых волос.

Вскинув вверх костлявые руки, заканчивающиеся длинными узловатыми пальцами с жёлтого цвета ногтями, дико вращая выпученными глазами, ведьма зашипела так громко, что сквозь шёпот прорывался оглушающий свист. Вплотную наклонившись к уху несчастной девушки, брызгая в него липкой слюной, она злобно прошипела:

– Моя теперь ты. До смерти твоей не оставлю тебя. Нет прошлого, нет будущего, времени нет, жизни нет, смерти нет, ничего нет, лишь грех вечен, со мной служить ему будешь, ему поклоняться научу.

Внезапно упав на колени перед оцепеневшей девушкой, старуха задрала подол её платья и нырнула под него с головой. Пленница содрогнулась от охватившего её ужаса, задрожала, как неокрепшая осинка на диком ветру. Ведьма, уткнувшись огромным холодным носом между ног жертвы, громко всасывала запах её тела и, смачно сглатывая слюну, нежно рычала, приговаривая: «Вкусно, вкусно, очень вкусно! Моя, моя, только моя!»

Выбравшись из-под платья девушки, вытирая рукавом обильно текущие по дряблому подбородку слюни, хозяйка грубо схватила Элис за руку и поволокла её в глубь своего страшного дома, больше похожего на пещеру.

Находясь в полуобморочном состоянии, не видя ничего в почти полной темноте, спотыкаясь о какие-то сухие коряги, валяющиеся по всему полу, девушка, спотыкаясь, семенила за Мерге. Втащив жертву в совершенно тёмную комнату, ведьма отпустила руку Элис, резким прыжком отскочила назад и с грохотом захлопнула тяжёлую железную решётку, заменявшую дверь. Быстро навесив замок, злобно хихикая и скалясь, она не терпящим возражений тоном прорычала:

– Вот теперь твой дом. До скончания века будешь здесь. Сейчас еды дам, и потом спать.

Вскоре в кромешной темноте показался слабый, дрожащий огонёк свечи – это ведьма, громко давя в темноте сухие ветки ногами, принесла чугунок с какой-то неприятно пахнущей едой. Сказав: «Утром зайду», – моментально исчезла в темноте своего адского логова. Несчастная Элис осталась одна. В непонятном страшном месте, без надежды на возвращение домой. Незаметно для самой себя она, опустившись на застеленный жёсткой соломой пол, провалилась в глубокий сон.

Ранним утром очнувшаяся от сна Элис, остро осознавшая безвыходность своего положения, понимая, что только Господь может ей помочь, встала на колени и, воздев руки к небу, принялась горячо молиться:

Обращаюсь молитвой своей к Тебе,

Отец мой Небесный, Господь Бог мой,

Не дай мне, грешной рабе Элис,

Участи быть погубленной злыми людьми,

Людьми без страха и боязни перед тобой, Господи.

Избави душу мою, Господи, от тяжёлых страданий.

Сохрани меня, грешную, Господь мой.

Не дай мне страданий под присмотром людей-палачей.

Тяжко мне в плену, вдали от дома моего, от матушки с папочкой.

Наведи гнев Свой на тех, кто хочет меня погубить,

Пусть страхом душа их будет объята.

Спаси от погибели от рук нечестивых, Отец мой Небесный!

Так, в холодной темноте, запертая в темнице, обливаясь горькими слезами, горячо молилась несчастная Элис, скорбя о своей участи.

Вдруг послышался стремительно нарастающий шум сильного ветра, и в железную решётку со всей силы врезалось голое тело обезумевшей ведьмы. Скрипя зубами, сверкая в ночи ярко-красными глазищами, дико воя и вереща проклятия, она без устали билась в толстые железные прутья. Вид её вызывал дикий ужас.

Элис, в страхе бросив читать молитву, забилась в угол и испуганно смотрела на беснующуюся, рвущую на себе волосы и исступлённо грызущую ржавые прутья решётки ведьму. В изнеможении, воняя исходящим от грязного нутра едким потом, Мерге шлёпнулась на пол. Вцепившись мёртвой хваткой в железо, прожигая полным ненависти взглядом беззащитную жертву, зло прошипела:

– Не читай молитвы, задушу, тварь. Вырву сердце и сожру его!

После этих слов ведьма, не вставая с пола, попятилась назад и быстро исчезла в кромешной темноте адского дома.

Сжавшись в комочек, трясущаяся от страха Элис закуталась с головой в одежды и, несмотря на запрет ведьмы, мысленно продолжила молиться.

Когда в крошечном оконце, расположенном под самым потолком темницы, показались первые лучики утреннего солнца, Элис услышала шаркающие шаги приближающейся колдуньи, весело напевающей какую-то песню. Открыв большим ключом огромный замок, запирающий решётку, она, довольно улыбаясь, как будто бы и не было ночью никакого происшествия, вошла. Приказав пленнице встать и полностью раздеться, вновь осмотрела её всю, приговаривая бодрым голосом: