Чтение онлайн

"Ничего такого не делаю, пью вино и балдею. Все ок!"

Хотите – верьте, хотите - нет, но Наташа действительно успокоила Ледова. Он думал, что его жена проводит романтический вечер с интеллигентным молодым человеком, и они держатся за руки, прогуливаясь по вечернему городу.

И только два месяца спустя, Наташа сказала:

– Ты опоздал. Когда пришло твое сообщение - все уже произошло. Мне было очень обидно.

Но тогда Ледов этого не знал и обманывал себя непонятными надеждами, считая, что если Наташа придет до десяти - это ничего не значит, до одиннадцати, двенадцати, до часу.

Самое страшное случилось, когда он уложил спать детей. Ледов понял, что уснет лишь в случае клинической смерти, и ему невероятным образом хотелось, чтобы все было хорошо. Он не знал, что это означает, но больше он не хотел оставлять жену. Ему хотелось вернуть мир, который был потерян, не понимая, что это уже невозможно. Как не понимает произошедшего мать, потерявшая своего ребенка или, скажем, калека, потерявший способность двигаться.

Так уж устроена человеческая реакция… защищаться, шториться от накатившей беды, потому что необходимо время, чтобы ее принять. И Ледов уговорил себя.

Ложь о том, что из этой ситуации есть разумный выход, казалась ему вполне реальной.

– Ведь мы уже начинали жизнь заново, - думал он, - начнем и в этот раз.

В ту ночь Ледов испытал столько боли, сколько не испытывал за всю предыдущую жизнь, и он подумал…. Нет, разумеется, не о себе. Он подумал, насколько тяжело было ей, и насколько подло он смог поступить по отношению к самому близкому человеку.

Пусть Ледов никогда не любил ее, не говорил ей ласковой чуши - ведь это всего лишь слова. Но и в их жизни были моменты, когда они с Наташей были единым целым, хотя бы тогда, когда издавали газету. И в целом они были семьей и чем-то таким, что не может вот так просто исчезнуть, не оставив и следа. Это было.

Наташа пришла в половине пятого и рассказала про затянувшуюся вечеринку на работе. Ледов ничего не сказал. Кажется, он даже заснул. А утром сказал, что готов простить, чтобы не произошло между ними.

– Да?
– удивилась Наташа.
– А зачем мне твое прощенье?

– Понимаешь, Наташа, я понял, какой сволочью был, и я понял, сколько боли я тебе причинил. Правда.

– И что ты предлагаешь?

– Я?
– удивился Ледов, - я хочу предложить тебе руку и сердце на вторую половину жизни. Первую я безнадежно профукал, готов это сделать и со второй. Но мне нужно кое-что взамен.

– Что?
– удивилась Наташа.

Любой обмен казался ей неравноценным. Да и Ледову не стоило спешить с коммерческим предложением, но он уже не мог ждать.

– Сломала ты меня сегодня ночью, - сказал Ледов, - совсем.

Наташа ничего не ответила. А может, сказала, но он этого не помнил.

Наташа говорила, будто ее водителя утром не будет и ей придется ехать на маршрутке, от чего надо выйти пораньше и что-то еще.

Ледов совершенно не соображал и не догадывался, что это всего лишь уловка от него избавится. Ведь, на самом деле он мог бы проследить ее до дома, подумать только его тещи, который находился в каких-то трехстах метрах.

Пока Ледов отводил дочку в детский садик, Наташа исчезла. Она купила по дороге мороженное и, вернувшись в тещину постель, чтобы разбудила Ваню Грачева, и взять реванш, над неудачным сексуальным опытом.

Ваня Грачев оказался маленького роста, чего Наташа никак не ожидала. Любимая поза – «на столе», оказалась недоступна, если конечно, не спиливать ножки у кухонной мебели. Зато, Ваня был очень изобретателен и опытен в вопросах позиционирования партнера и показал Наташе несколько новых комбинаций. Это было приятно, волнующе и необычно, но длительность обоих актом можно было уложить в несколько мгновений, что, недостаточно для достижения оргазма.

Раз-два, передышка, прогулка на теплоходе по Жигулевскому водохранилищу и снова: раз-два. Наташа подумала, что возможно применение презерватива, продлит акт, хотя бы незначительно, но Иван должен был ее почувствовать. Понять - насколько она ему предана и всецело принадлежит, а самое главное привязаться, привыкнуть. Впрочем, он не был в восторге от этой идеи, и насколько хватило такта, отказывался и предлагал все же одеть. Наташа настаивала. Через некоторое время это выглядело как трусость и глупость, ведь он сам убеждал Наташу что, ни с кем не спит, а следовательно чего опасаться? Но, Грачеву было страшно. Подарить что-то от Ленки, получить что-то Наташи, в конце концов, она могла и забеременеть, а приезжая в Тольятти он даже не снял обручального кольца. Ведь если их застанут знакомые или родственники Наташи, это посторонний женатый человек. Наташа же взрослая женщина и все прекрасно понимает.

И все-таки, - это не аргумент, для разъяренного мужа, который как не крути в своем городе. И у которого, могут оказаться ключи, и который, может что-то узнать, и даже случайно оказаться рядом.

Вот почему Иван Грачев вздрагивал от каждого шороха, прислушивался к разговорам на лестничной площадке и Наташу слушал в пол уха, - а она это чувствовала. Она все чувствовала. И после того как он подарил, стеклянную тыковку, которую Полина не могла никуда поставить, а выбросить жалела, Наташа не стала изображать неописуемый восторг. Все-таки, она была на четыре года старше, и Ваня опять оказался в роли ребенка, который был при ней, в безопасности и покое пока рядом – мама.

На следующий день.

Как и бывает в плохих романах - ничего не произошло. Это может показаться глупым, но Ледов по-прежнему надеялся на чудо и верил, что у его жены ничего не было с заезжим коммивояжером из Питера. Ледову казалось, что Наташа вот-вот повиснет у него на шее, расскажет и попросит прощения. Кстати сказать, Ледов бы удовлетворился и меньшим. Простым обещанием и он бы в него поверил.

Однако обещаний не следовало и Ледову приходилось идти дорогой познания, добывая информацию у того, кто ее давать не собирался.

Цифровой фотоаппарат, который Наташа якобы брала на корпоративную вечеринку, поддерживал стандартную файловую систему, а это значит, что фотографии сделанные ей первого июня Ледову, удалось посмотреть уже вечером второго, несмотря на то, что они были удалены. Уверенности в супружеской измене они не придали, однако голубой кафель на тещиной кухне смотрелся хорошо. Грачев, получился отвратительно и с Ледова впервые стал слетать романтический налет Наташиных отношений.

Вот что в тот день она написала:

Ванечка, какой-то ужас!!

Приехала домой без пяти минут семь... ты как раз должен был взлетать... Муж попросил сходить с ним в магазин, говорю, возьми деньги да иди, я с тобой хочу, пришлось идти, еле дошла... ноги не идут, голова как в тумане... девчонки во дворе остановили, спрашивают, что со мной? Лицо осунулось, какая-то не такая))) похудела сильно)))

Видно ты забрал с собой мое сердце и душу!!!!!!! Осталась одна оболочка!!!!! Я всю энергию вложила в медальон, пусть он тебя бережёт!! У меня не осталось ничего... Больше всего боюсь, что ты напишешь мне, прости, но ты не в моём вкусе... в глаза сказать было неудобно... Но всё равно скажи всё честно...