Чтение онлайн

Игровой этикет категорически не приветствовал разговоры о том, кто кем является в том, настоящем, мире.

– S'i, soy espa~nol, -подтвердил игрок на секунду отключив в настройках аккаунта автоматический переводчик.

– Прекрасно, -расплылся в улыбке демон, показывая уходящие в глотку ряды зубов.
– Брат европеец, я помогу тебе. Но перед этим ты должен улучшить своё предложение.

– Что ты имеешь в виду?

– Золото! Мы, демоны, любим золото. Дай его как выкуп за то, чтобы пылающий легион не трогал твои земли. Золото и мифрилл. Как гарант наших договорённостей.

После недолгих размышлений, король кивнул: -Ты получишь и то и другое.

– Этого мало, -решил повысить ставки лорд бездны.

– Что ещё?

– Мне не нравится мысль, что пока мои бесы будут сражаться с русскими витязями, твои солдаты будут отсиживаться за стенами крепостей поедая мясные кнедлики с пивом. Так не пойдёт, -заявил демон.
– Я хочу, чтобы с войсками Краснопольского княжества мы расправились вместе.

– Как ты себе это представляешь?
– удивился король.
– Священники не пойдут сражаться в одном в одном строю с бесами, а мои паладины скорее нарушат моё повеление и обрушат свои мечи на твоих чертей, чем на краснопольских витязей какой бы приказ я им не отдал.

– Всё просто, друг мой, -объяснил лорд.
– Пусть во время решающей битвы твои войска придут якобы на помощь, а после ударят русским в спину. Пока же мой легион будет добивать их дезорганизованную армию, твои солдаты смогут отступить и уйти.

– Это очень плохо повлияет на мораль моих нпс, -признал король.

– Зато очень хорошо на уровень доверия в наших с тобой отношениях, -поправил его демон.

– Я согласен.

– Прекрасно! Я знал, что ты согласишься.

***

День плавно переходит в вечер. Ясное, до полудня, небо, после начало заполняться белыми, словно молодые барашки, облаками. Вскоре облака почти полностью закрыли природную синеву небосвода и их белые флотилии всё плыли и плыли куда-то, подчиняясь воле ветра и атмосферных течений.

Единственный живой человек стоял у окна, наблюдая за вздумавшим нырнуть в облака и освещающим их изнутри красным светом солнцем. Поцарапанный шлем прислонён к стеклу. Человек в шлеме стоит и смотрит так жадно, словно никогда не видел, как разыгравшийся ветер пригибает ветви молоденьких берёзок, проросших на клубмах и газонах к потрескавшемуся асфальту.

– Максим!
– окликнул человека Бронислав запрыгивая сначала на стул и с него на подоконник.

Человек подвинулся, освобождая больше места для неуклюжей робо-собаки с повреждённой задней ногой.

– Что будешь делать?
– спросил Бронислав.

– Забавно, -усмехнулся человек.
– Я как раз размышлял на тему, что вы собираетесь делать со мной. Так получилось, что это я ваш пленник, а не наоборот.

– Конечно мы тебя отпустим, -как о самом собой разумевшемся сказал Бронислав.
– Ты ведь не думал, что кто-то из нас способен убить просто так, только лишь чтобы сохранить в тайне одно наше существование? Людей и так почти не осталось. Мы не должны убивать друг друга.

Максим автоматически поправил: -Вы не люди.

– Тем более, -вздохнул Бронислав.
– Тем более, что мы не люди. Ведь это было бы так просто – нарушить герметичность твоего скафандра. Встроенная в робо на аппаратном уровне нейросеть тупа как пробка. Она не увидит причинения прямого вреда человеку и не среагирует. Есть и другие способы – например запереть тебя где-нибудь или убить опосредованно, путём воздействия механизмов, а не своими руками, тогда защитная нейросеть тоже не сможет уловить причинно-следственной связи и не активируется.

– Но вы не сделаете этого? Предупреждаю – руководителям колонии не понравятся новости о разгуливающих по Москве сумасбродных иксинах в гражданских робо-телах. Они посчитают вас угрозой.

– Мы не собираемся причинять вред людям, -заверил Бронислав.
– Можешь передать своим руководителям мои слова.

– Они не поверят, -покачал головой Максим.

– Это проблема не сегодняшнего дня, -отрезал Бронислав.

Падающее за горизонт солнце зажгло в облаках настоящий пылающий пожар. Ветер стих. В воздухе стояла звенящая тишина. Казалось – слабый звук, малейший шорох, могут разбить и уничтожить эту всеохватывающую тишину. И от того приходится быть осторожнее, чтобы не сломать, не разбить её.

– Сделай одолжение, -попросил Бронислав.
– Выжди пока мы отъедем подальше и только потом взлетай. Знаешь ли, боевой вертолёт с полным набором ракет, зависший над головой, как-то нервирует.

Закончив сборы, остальные герои собрались за спиной, ожидая пока он договорит.

– То ли прощай. То ли – до новой встречи. Ведь мир, как оказалось, стал очень тесным, -попрощался Бронислав.

Видимо Максима давно занимал этот вопрос, потому что он наконец решился и задал его: -А вы правда из тех самых «Королевств»?

– Играл?
– поинтересовалась Аграт.

– Немного, -почему-то смутился Максим.
– В молодости: пока в школе учился и когда курсантом был.

– За кого бегал?

– Орком играл, -признался бывший мчс-ник.

– Фу, терпеть не могу орков, -показала язык Лучинэль.

– Вот мы тоже играли и думали, будто мы настоящие, -пояснил Бронислав.
– А потом оказалось, что нет.

– Странно, что сервера до сих пор работают, -признал Максим.

– Сами удивляемся.

– Всё остальное давно вышло из строя или было заглушено вручную, как реакторы больших атомных электростанций, а какая-то игра продолжает работать спустя чуть ли не двадцать лет всеобщего армагеддона.

– Не какая-то игра, а самая лучшая, мирового уровня, -поправила Лучинэль.

– Пусть даже так. Всё равно странно. Говорите там сервера то ли на морском дне запрятаны, то ли в космосе летают? Зачем такие заморочки ради простой игры. Никто не стал бы делать ничего подобного лишь ради красивого рекламного ролика. Здесь что-то не так, -покачал головой Максим

Выполняя обещание, младший лейтенант ещё какое-то время постоял у окна, давая возможность компании удивительных робо отъехать подальше, как они и просили. После чего он зашёл за робо-компаньоном терпеливо ожидавшем его всё это время в темноте запертой на щеколду кладовой.

Должно быть наши там здорово переволновались, потеряв со мной связь, -вслух размышлял Максим.
– Вопрос только что взволновало их больше: потеря такого красивого меня или утеря боевого вертолёта с полной ракетной загрузкой? Как ни печально признавать, скорее второе. Если обо мне кто и волновался, то только Анна.

С размышлений о женщине, с которой он сошёлся, мысли Максима перескочили на обидные слова, сказанные ему роботами «Сколько у вас в колонии детей? Один. Вы не живёте, а доживаете».