Чтение онлайн

3,6

ЗСФСР

1345

1972

23,1

40,7

2,6

4,4

Туркменская ССР

247

280

5,2

5,8

2,7

4,0

Узбекская ССР

1452

1406

21,7

29,1

2,6

3,5

Таджикская ССР

208

209

2,8

2,9

1,9

2,0

В отдельных регионах страны уровень коллективизации был значительно выше. Так, в Уральской области он поднялся с 5,2% на 1 июня до 10,0% на 1 октября 1929 г., в Нижне-Волжском крае — соответственно: с 5,9% до 18,3%, на Северном Кавказе — с 7,3% до 19,0%, в Степной части Украины — с 8,6% до 16,0% и т. д. На эти районы приходилось более трети (37,3%) коллективизированных крестьянских хозяйств. Достигнуто это было путем экономического нажима на крестьянство, главным образом зерновых районов. Секретарь Северо-Кавказского крайкома ВКП(б) А.А.Андреев в марте 1929 г. докладывал И.В.Сталину: «Зверски жмем на различные платежи, судим, снимаем тех, кто недостаточно выполняет платежи». Энергично проводился сбор самообложения, сельскохозяйственного налога, страховых платежей, сельхозссуд, паевых взносов и т.п. За два месяца 1929 г. было взыскано в крае 14 млн руб.

Общая сумма только сельскохозяйственного налога в 1928/29 г. составила 425 млн руб, не считая других платежей (самообложение, обязательное страхование и проч.). К наиболее состоятельным крестьянским хозяйствам применялось индивидуальное обложение. Нередко к индивидуальному обложению привлекались не только кулаки, но и часть середняков, не выполнивших государственных повинностей (налоги, заготовки и т.п.). Все взрослое население индивидуально обложенных хозяйств лишалось избирательных прав. В 1929 г., например, 3,9% взрослого населения было лишено избирательных прав, хотя, по официальным данным, в РСФСР в то время кулацких хозяйств числилось 2,2%.

Таким образом, накануне «сплошной коллективизации» экономические меры воздействия на крестьянство и прежде всего на его зажиточную часть стали дополнятся политическими, а затем и административно-репрессивными мерами, что особенно проявилось во время хлебозаготовок 1928-1929 гг.

Хлебозаготовки и чрезвычайные меры 1928-1929 гг.

Курс на коллективизацию сельского хозяйства, провозглашенный XV съездом ВКП(б), сказался на ходе хлебозаготовок 1928-1929 гг. Несмотря на относительно хороший урожай в большинстве зерновых районов страны, хлебозаготовки 1927-1928 г. проходили с большим напряжением. К началу 1928 г. было заготовлено зерна на 128 млн пудов меньше, чем к этому времени в 1927 г. Объясняется это, помимо других причин, тем, что крестьяне боялись, что в связи с коллективизацией все зерно будет сдаваться государству и стали придерживать хлеб, чтобы не оказаться перед угрозой голода в будущем. Наиболее зажиточная часть деревни придерживала хлеб, чтобы реализовать излишки зерна весной по более высоким ценам.

Между тем потребность в хлебе росла в связи с ростом численности населения городов и промышленных центров, развитием промышленности. Для удовлетворения этих нужд в то время требовалось не менее 500 млн пудов хлеба ежегодно. К январю 1928 г. было заготовлено лишь 300 млн пудов, т. е. 60% потребности. Основную причину кризиса хлебозаготовок И.В.Сталин видел в том, что «зажиточные слои деревни получили... возможность оборачиваться на сырьевых культурах, мясопродуктах и т. д., удержав V себя хлебные продукты для того, чтобы взвинтить на них цены»[19]. А поскольку кулак являлся хозяйственным авторитетом в деревне, то он повел за собой и середняка. Партийные организации, по мнению Сталина, допустили ряд ошибок и недочетов в работе и понадеялись на самотек.

В целях скорейшего и безусловного выполнения плана хлебозаготовок 1928 г. ЦК ВКП(б) принял ряд жестких директив местным партийным организациям. Так, еще 14 и 24 декабря 1927 г. ЦК ВКП(б) разослал на места директивы об усилении хлебозаготовок, в которых предлагалось, наряду с организационными мерами, усилить взыскание всех платежей с деревни: единого сельхозналога, госстараха, ссуд и прочее; устанавливались жесткие сроки взыскания крестьянских платежей (к 1 19 Сталин И.В. Соч. Т. 11. С. 12.

марта 1928 г.)[20]. 5 января 1928 г. в директиве ЦК ВКП(б), подготовленной комиссией ЦК во главе с И.В.Сталиным и разосланной б января на места, содержалось категорическое требование решительного перелома в хлебозаготовках в недельный срок. Предлагалось принять решительные меры по изъятию «денежных накоплений из деревни; установить максимально ускоренные сроки всех платежей крестьянства казне по налогам, страхованию, семссудам; не допускать отсрочек по ссудным обязательствам кредитной системе»; добиваться досрочных взносов всех платежей и срочно установить дополнительные местные сборы и т. д. При взыскании недоимок по всем платежам рекомендовалось «применять немедленно жесткие кары, в первую очередь в отношении кулачества. Особые репрессивные меры необходимы в отношении кулаков и спекулянтов, срывающих сельскохозяйственные цены»[21].

Эти меры должны были заставить крестьян продавать государству хлеб, не ожидая роста цен на зерно.

9 января 1928 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение отправить в зерновые районы секретарей и членов ЦК для проведения хлебозаготовок: В.М.Молотова на Урал, А.И.Микояна — на Северный Кавказ, Г.К.Орджоникидзе — в Сибирь, Н.А.Кубяка— в Казахстан. В связи с болезнью Орджоникидзе его командировка в Сибирь была отменена, и 15 января туда выехал И.В.Сталин. За время «секретной» командировки, о которой не сообща20 Трагедия советской деревни. Т. 1. С. 108, 113.

21 Известия ЦК КПСС. 1991. № 5. С. 194.

лось в печати, Сталин посетил Новосибирск, Барнаул, Рубцовск, Омск, Красноярск[22].

18 января 1928 г. в Новосибирске состоялось заседание бюро Сибкрайкома ВКП(б) с представителями заготовительных и других организаций, на котором выступил Сталин. В принятом по его предложению постановлении предлагалось окружным и районным комитетам партии «обеспечить энергичное взыскание недоимок по сельхозналогу с тем, чтобы ряд кулаков был обязательно подвергнут репрессивным мерам взыскания за несвоевременную сдачу сельхозналога (арест, судебные процессы и прочее)». Предлагалось также в каждом из основных хлебозаготовительных районов Сибири кулаков, располагающих большими запасами хлеба, «использующих хлебные затруднения для спекуляции, взвинчивания цен, задержек и невыпуска хлеба», привлекать к судебной ответственности по ст. 107 Уголовного кодекса РСФСР (лишение свободы до трех лет с конфискацией всего или части имущества или без таковой). Суды должны проводить такие дела «в особо срочном, и не связанном с формальностями, порядке»[23].

С января 1928 г. ст. 107 УК РСФСР стала применяться к лицам, отказывающимся от сдачи «излишков» хлеба по государственным ценам.

Меры, как видим, принимались крутые. Правда, не все соглашались с предложением Сталина предавать суду кулаков за «невыпуск хлеба на рынок». Так, председатель правления Сибирского краевого сельхозбанка С.И.22 Там же. С. 193.

23 Там же. С. 197, 198.

Загуменный на заседании бюро крайкома партии 18 января и на следующий день в письме И.В.Сталину и секретарю Сибкрайкома ВКП(б) С.И.Сырцову возражал против применения 107 статьи УК РСФСР к кулакам «в полном ее объеме». «Основной смысл предложений товарища Сталина, выдвинувшего необходимость воспользоваться этой статьей, — писал Загуменный, — сводится к тому, чтобы ударить по кулаку... Развивая эту мысль дальше, т. Сталин рекомендовал сосредоточить внимание на той именно части 107 ст., которая трактует о наказании именно за «невыпуск» таковых (товаров. — С.З.) на рынок...

По соображениям, высказывавшимся вчера на заседании, такой нажим на кулака заставит середняка повезти хлеб на рынок...

Я считаю этот расчет ошибочным. Я глубочайше убежден, что эффект от таких мероприятий мы получим совершенно противоположный тому, который ожидаем. И вот почему.

Как я и говорил уже вчера на заседании, мы еще ни разу за все время нэпа, — насколько я могу судить об этом, — не применяли по отношению к деревенскому кулаку таких мер, чтобы судить его только за невывоз хлеба на рынок. Если мы и ссылали кого-то в Нарым, так, видимо, только городских хлебных спекулянтов, за которыми непосредственно не стоит многомиллионная масса крестьянина-середняка. К кулакам, эксплуататорская сущность которых состоит не в торговле, а в производстве продуктов сельского хозяйства, мы не только не принимали таких мер, какие намечены сейчас, а пропагандировали, преимущественно, необходимость экономического воздействия с целью ограничения их роста. Поэтому, хоть закон у нас и есть, все же он будет непонятен основной массе крестьянства, как закон, не соответствующий духу новой экономической политики. Может быть, я ошибаюсь, но я твердо убежден в том, что основная масса середняка и бедноты расценит привлечение кулака к суду только за непродажу хлеба не иначе, как возврат, в той или иной форме, к временам военного коммунизма, периоду продразверстки... Осуждение кулака только за «невыпуск» хлеба приведет середняка к убеждению, что рано или поздно очередь дойдет и до него, как держателя известной части хлебных излишков...

Мне кажется, что мы слишком круто поворачиваем»[24].

И.В. Сталин, прочитав это письмо, сделал на нем пометки: «Мы админ, мер не исключали», «ха-ха», «NB», а также сделал подчеркивание и вопросительные знаки. А на закрытом заседании бюро крайкома ВКП(б) 20 января он специально остановился на письме С.Н. Загуменного: «Он написал это письмо в связи с теми решениями, которые мы приняли относительно применения 107 статьи. Он считал наше решение насчет применения 107 ст. к кулаку не как к скупщику хлеба, а как к обладателю большой массы хлебного товара, который кулак не выпускает на рынок, — тов. Загуменный считает это решение неправильным... Те предполагаемые меры, о которых я говорил позавчера, ударят по кулаку, скупщику, чтобы не было взвинчивания цен. И тогда крестьянин поймет, что, значит, цены повышаться не будут, значит, нужно вывозить хлеб, а то еще попадешь в тюрьму. Мы из этого исходим. Тов. Загуменный говорит, что это приведет к сокращению хлебозаготовок. Откуда это ясно?» И далее 24 Там же. С. 199-201.