Чтение онлайн

Что касается крестьян-спецпереселенцев, то их положение было еще ужаснее, чем положение колхозников и единоличников в 1932-1933 гг. в голодающих зерновых районах. За два года спецпереселенцев умерло почти четверть миллиона человек, т. е. 20-25% их численности. В 1932 г. смертность спецпереселенцев превышала в 5 раз, а в 1933 г. — в 9 раз рождаемость. Особенно высока была смертность в спецпоселках голодающих регионов. На Северном Кавказе, например, умерло в 1933 г. в 21 раз больше, чем родилось, в Казахстане — в 19 раз, на Украине — в 16 раз, в Поволжье — в 16 раз, на Урале — в 13 раз и т. д.[398].

В результате голода целые районы на Украине и в Казахстане обезлюдели. Поэтому созданный в 1933 г. Всесоюзный переселенческий комитет при СНК СССР переселил в границах УССР (из области в область) 16 тыс. 397 Максудов С. Потери населения СССР в годы коллективизации // Звенья. 1991. № 1. С. 107.

398 Ивницкий Н.А. Репрессивная политика Советской власти в деревне (1928-1933 гг.) М., 2000. С. 322.

хозяйств колхозников (около 90 тыс. человек). Кроме того, из других районов СССР на Украину к концу декабря 1933 г. было переселено 21 856 колхозных хозяйств (117 149 человек) с 14879 лошадьми, 21 898 коровами и 388 705 головами мелкого скота (овцы, свиньи). Для этого потребовалось 329 железнодорожных эшелонов.

Переселялись колхозники в Одесскую область (из Горьковской обл. и Белоруссии), в Донецкую (из Ивановской обл.), в Харьковскую (из ЦЧО), Днепропетровскую (из Западной обл.)[399].

В Казахстан, помимо спецпереселенцев, также переселялись крестьянские семьи, в основном в северные земледельческие районы. В Северо-Кавказский край переселилось 15,5 тыс. увольняемых красноармейцев.

Зимой 1933 г. в разгар голода ЦК ВКП(б) и СНК СССР приняло постановление об обязательной поставке зерна государству колхозами и единоличными хозяйствами[400]. Постановление устанавливало новый порядок сдачи зерна государству из расчета на каждый гектар плана посева яровых культур в 1933 г. и озимых, посеянных осенью 1932 г. (в центнерах). Фактически устанавливался такой порядок заготовок зерна, который предлагался в январе 1932 г. Я.Э.Рудзутаком, в марте — С.В.Косиором, а в ноябре 1932 г. — М.М.Хатаевичем.

Новый порядок сдачи зерна государству имел силу налога и подлежал безусловному выполнению как колхозами и колхозниками, так и единоличниками. При этом нормы сдачи зерна государству колхозниками, посеявши399 РГАЭ. Ф. 5675. On. 1. Д. 33. Л. 56.

400 СЗ СССР. 1933. № 4. Ст. 25.

ми зерновые культуры на приусадебных землях, устанавливались на 5%, а единоличниками — на 10% выше, чем колхозами. Хозяйства, отнесенные к кулацким, должны были сдавать зерно в полуторном размере против норм, установленных для трудовых единоличных хозяйств.

Следует заметить, что нормы сдачи зерна для колхозов зерновых районов были довольно высоки. Украина, ЦЧО, например, должны сдавать государству 3,0-3,1 ц с гектара, Северный Кавказ, Сибирь, Средне-Волжский и Нижне-Волжский края — от 2,0 до 2,3 ц с гектара. Местным органам власти (совнаркомам, край и облисполкомам) разрешалось, учитывая местные условия, устанавливать порайонные нормы сдачи зерна, однако с условием, чтобы средняя норма сдачи хлеба по республике, краю и области была выполнена полностью.

Кроме этого, для снабжения хлебом по твердым государственным ценам учителей, агрономов и медработников, разрешалось устанавливать обязательные начисления до 2% зерна сверх установленного плана.

Это несколько упорядочило дело хлебозаготовок, но так как ставки хлебопоставок были высоки, а средняя урожайность зерновых низкой, то положение в сельском хозяйстве мало изменилось. Правда, при хорошем урожае в 1933 г. массового голода в 1934 г. удалось избежать.

Опасаясь, что в случае выполнения плана хлебозаготовок будут дополнительные задания, делегации колхозников Одесской и Днепропетровской областей в ноябре-декабре 1933 г. на приеме у Сталина, Калинина, Молотова и Кагановича спросили: не будут ли на местах под видом колхозной торговли замаскированно проводиться встречные планы хлебозаготовок?

На что Сталин ответил, что никаких встречных планов ни под каким видом не будет допущено. «Партия и Советская власть, — сказал он, — строго карали тех, кто проводил встречные планы. Они будут строго караться и впредь. Кооперация будет закупать некоторое количество хлеба только на добровольных началах, на выгодных для крестьян условиях»[401].

Сталин, мягко говоря, лукавил, когда говорил, что партия и Советская власть карали тех, кто давал встречные (дополнительные) планы. Так, 4 января 1933 г. Нижне-Волжский крайком ВКП(б) давал дополнительные задания колхозам, выполнившим план хлебозаготовок (Лопатинский, Новоузенский, Преображенский и др. районы)[402]. Никакого наказания за это не было.

Помимо принятого 19 января 1933 г. постановления об обязательной поставке зерна государству в тот же день ЦК ВКП(б) и СНК СССР приняли постановление о закупке хлеба системой потребкооперации в размере до 100 млн пуд. с распределением объемов закупок по республикам, краям и областям. При этом закупки должны были производиться не по рыночным, а по низким (символическим) государственным ценам лишь на 20-25% превышавшим цены госпоставок.

О том, что это были такие же плановые задания, как и хлебопоставки, свидетельствует следующий документ, подписанный Сталиным и Молотовым 10 марта 1934 г., — телеграмма ЦК ВКП(б) и СНК СССР секретарю Западно-401 РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 1. Д. 3099. Л. 1-2.

402 Там же. Ф. 17. Оп. 21. Д. 3769. Л. 13.

Сибирского крайкома Эйхе и председателю крайисполкома Грядинскому:

«ЦК и Совнарком напоминают вам, что в прошлом году, имея большие остатки хлеба в колхозах и у колхозников, вы не приняли мер к организации закупок и тем сорвали выполнение плана закупок. При плане в 5 млн пуд. вы тогда закупили 2,9 млн пуд. Ту же ошибку повторяете и в этом году. Имея возможность закупить в крае не менее 9 млн пуд., установленных ЦК ВКП(б) и СНК СССР, вы по состоянию на 7 марта закупили только 2 млн пуд...

ЦК и Совнарком предлагают вам выправить линию крайкома и крайисполкома в отношении закупок хлеба и закупить в крае не менее 9 млн пуд. Сообщите ЦК и Совнаркому о принятых мерах»[403].

Несмотря на хороший урожай 1933 г., в начале 1934 г. ряд регионов СССР вновь был поражен голодом, хотя и не в таких масштабах, как в 1932-1933 гг. По сообщению ГПУ Украины от 19 февраля 1934 г. зам. председателя ОГПУ Я.С.Агранову отмечалось, что «продзатруднениями» охвачены 166 сел 46 районов Украины, в том числе в Киевской области — 58 сел, в Харьковской — 31, в Донецкой — 29, Винницкой — 23, Черниговской — 17, Одесской — 8. На почве недоедания имелись опухшие и умершие от голода (305 семей в Киевской области). В 10 селах Харьковской области крестьяне питались суррогатами — шелухой, половой, стеблями кукурузы и пр. Люди опухали и заболевали от голода. В Марковском районе Донецкой области в 29 колхозах в продуктах питания нуждались 2620 семей (10117 человек), в том числе голодало 403 Там же. Ф. 17. Оп. 3. Д. 941. Л. 55.

в колхозах: «13 лет Октября» — 300 семейств (1135 человек), «Червона Зирка» — 163 семейства (714 человек), им. Воровского — 160 семейств (629 человек) и т. д.[404].

Органы ОГПУ весной 1934 г. регистрировали отсутствие хлеба в большинстве колхозов Воронцовской МТС (ЦЧО). Колхозники ряда сельхозартелей Свердловской области (им. Чапаева, «Трудовик», «Ленинский путь»), недовольные изъятием хлеба за работу МТС, говорили: «Благодаря наличию МТС, забравшей у нас хлеб, мы голодаем». Из Дальне-Восточного края (Пограничная МТС) сообщалось, что в колхозах «Пограничник», «Первое мая», «Ударник», «Новая жизнь», им. Лазо продовольственный хлеб отсутствует, колхозники питаются картофелем и собирают в поле прошлогодние бобы. Многие колхозники не имеют и картофеля; покидают колхоз и уходят в город. Председатель колхоза «Первое мая», бедняк, кандидат ВКП(б) жаловался: «Народ в колхозе ходит голодный, есть совершенно нечего, сам сижу без хлеба... Бросаю работу и иду искать хлеба. Дальше жить невозможно. Прошлогодние бобы на Полтавском поле потравились скотом, собирать нечего». Кандидатскую карточку сдал секретарю партячейки, заявив, что ему в колхозе нечего есть[405].