Чтение онлайн

Предводитель на ходу срубил очередной поганой вражине голову да подхватил нежданную добычу за косматую черную бороду. Вывалившийся распухавший язык мертвеца монотонно болтался, вторя движениям своего убийцы.

«Это зачем?» – только и успел подумать Рехи, но Ларт уже взлетел по камням и вбитым в них кольям на стену и до хрипоты яростно кликнул в темноту:

– Это случится с каждым, кто пойдет против нас!

С этими словами он метнул в кого-то окровавленным снарядом, в ответ на него посыпался целый град стрел и копий. Но предводитель ловко спрыгнул, избежав ответной атаки.

– Теперь мы знаем, где они, – объяснил свой рискованный поступок Ларт своим воинам, глянув и на Рехи. – Все бежишь за мной? Правильно! За мной! Все за мной! Да, и ты, эльф.

Рехи облизывал спекшиеся губы, все еще напряженно сжимая коротенький нож. Левая рука у него онемела, а пальцы словно приросли липкой корочкой к обожженной ладони. Но это не помешало последовать за Лартом. Вместе с отрядом они выбрались через незаметный лаз между камнями, который был тут же завален изнутри тяжелым валуном. Они оказались в противоположной от врагов стороне.

– Вперед! – скомандовал Ларт и первым выскочил наружу. Кажется, у него напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения. Рехи еще сто раз потянул воздух, принюхался, прислушался. Предводителю же хватило беглого взгляда на местность – он слишком хорошо знал свои владения. Затем он негромко и мелодично засвистел, его примеру последовали остальные воины, которых насчиталось «две руки». Рехи сначала недоумевал, а потом услышал едва уловимые шаги хищников – так подбирались ящеры. В иное время любой эльф при малейшем колебании воздуха и приближении запаха этих существ кинулся бы прочь, лишь бы не стать их добычей. Но теперь пришлось бороться с внутренней паникой, выработанной поколениями, и убеждать себя, что рептилии в сложившейся ситуации – важнейшая боевая единица.

– Вперед! Ветер, вперед! – скомандовал Ларт, когда к нему подскочила уже знакомая зверюга. Ветер, так звали ящера, оказался крупнее своих сородичей по стае, которых оседлали прочие воины. Рехи же снова запрыгнул на спину боевой скотины позади предводителя.

– Только не мешайся во время битвы.

– Зачем ты меня вообще взял… – пробормотал Рехи.

– Чтобы ты не сбежал, – хохотнул Ларт и пустил ящера во весь опор. Не удалось понять, было ли это шуткой или вождь составил какой-то хитрый план в отношении эльфа. Но в пылу битвы Рехи уже ни о чем не задумывался.

– Развернись! Прикрывай спину! – скомандовал внезапно Ларт, когда на них обрушился ураган огненных стрел. Метили Ветру в глаза, но всадник яростно и трепетно оборонял своего скакуна, пока рептилия неслась прямо в толпу врагов. Рехи же, не припоминая за собой подобной ловкости, на полном ходу сумел развернуться на спине ящера. Несколько огненных стрел он перерубил налету, несколько отвел в сторону. Но применять трюк с линиями мира больше и не хотелось, да и не получалось.

Возможно, не хватало времени, чтобы сосредоточиться. Людоеды метались по пустоши, точно черные тени, они размахивали факелами, от которых исходил удушающий запах жженого жира.

– Ветер, в сторону! – командовал Ларт. – Отступаем! Обойдем их!

Несколько ящеров уже завыли от ожогов. Внезапно факел или копье ткнулось в непробиваемо толстую кожу Ветра. Он тут же взревел от боли, встал на дыбы, а потом неуклюже дернулся вперед на передних лапах, размахивая хвостом. Ларт еще удержался, схватившись за поводья, а вот Рехи полетел спиной назад, прямо к черным теням.

– Рехи!..

Он не успел ни о чем подумать, только перекувырнулся в воздухе и, сгруппировавшись перед падением, прокатился по песку. На него тут же наставили несколько копий – и вот он уже оказался в плотном кольце врагов.

Людоеды не стали бы разбираться, эльф перед ними или ненавистный полукровка – все едино. Рехи зашипел и бросился с ножом на первого попавшегося противника. От копья он уклонился только чудом, откуда-то справа ослепил факел, слегка опаливший волосы. Рехи резко ударил врага плечом в челюсть и всадил нож в горло, потом наотмашь полоснул кого-то по руке, в следующий миг у него выбили нож.

Он увернулся от нескольких копий, вцепился в чью-то шею зубами и, сжимая челюсть не хуже ящера, прикрылся живым щитом, развернув врага навстречу новой атаке. Но его окружали, подбираясь со спины. Смертельное кольцо смыкалось.

Тени, черные тени… Кровь, пыль и едкий запах человеческого пота. А еще треклятая копоть, которая слепила привыкшего к вечной ночи эльфа. Люди так и не научились как следует видеть в темноте. И, едва вспомнив это, Рехи выбил ударом с разворота факел из руки врага, перехватил его и ткнул наугад куда-то за спину. Судя по короткому воплю и вони подпаленных волос – прямо в лицо очередному врагу.

В следующую секунду он разомкнул челюсти, вырывая у противника кусок горла, и выхватил недавно добытый костяной клинок. Привычное оружие заплясало у него в руках. Удар, еще удар! Блок! Снова блок! А со всех сторон все гуще кольцо из копий… Рехи уже не думал о боли, он хотел, чтобы линии мира снова помогли ему, даже ценой новых ожогов, тем более что в него и так тыкали факелом.

Острая боль пронзила спину: пламя лизнуло кожаную тунику. Рехи с воем обезумевшего зверя обернулся и молниеносным движением раскроил врагу череп, а факел воткнул другому противнику прямо в его поганый рот. Отточенные движения тренированного тела подсказывали невероятные приемы, управляться с подручными вещами как с оружием умел каждый житель пустоши. Получивший в рожу факелом теперь сам занялся ярким костром. В предсмертном ужасе он метался из стороны в сторону, невольно отгоняя от Рехи врагов.

Над пустошью разносился хриплый рык, гомон, оклики полукровок. Кажется, его искали, кажется, где-то ящеры вгрызались в ряды людоедов, туша проклятые факелы, опрокидывая чаны с жиром для огненных стрел. Земля горела, на горизонте над полем битвы взметнулась ослепляющая стена пламени.

Отряду врагов оказалось нечего противопоставить, когда на них вылетели всадники – они не умели приручать рептилий. Но для Рехи не нашлось ящера, он ничего не мог толком понять, особенно когда сломался костяной клинок. Сначала он отбивался осколком, потом завладел чьим-то копьем. Оно было слишком неудобным и непривычным. Но вскоре древко оказалось засажено кому-то в глаз, а острие – в живот. Рехи на короткие мгновения вообще лишился оружия, в ход пошли только зубы и руки.

Он разрывал глотки противников, не замечая ни лиц, ни фигур. Вели уже только инстинкты. На маленьком пятачке его великой баталии земля скользила от крови, сухой песок увлажнился, сделавшись подобием ила. Из-под пальцев выпадали чьи-то вырванные внутренности – выцарапанные глаза, откусанные носы, ошметки гортаней, трубки артерий.

Подстегивал голод – кровь, невероятно много крови. Он не мог наесться досыта в последнее время, но если бы посмел поддаться искушению, то его бы тотчас распяли на десятке копий. И приходилось только убивать, ощущая безумный голод победы.