Чтение онлайн

— Что вы, — Аюми от возмущения снова застыла с гребнем в ладони. — Как можно, госпожа! Куда вы — туда и я. Просто...

— Что просто? — спросила Сора, когда пауза затянулась.

— Служанки всякое говорят, — замялась Аюми. — Про клан Хаттори.

Страх, змеей свернувшийся в груди, заинтересованно шевельнулся.

— И что же говорят?

— Не надо вам этого знать, госпожа, — пошла на попятную Аюми. — Пустые сплетни да слухи — скучно у нас живется, а тут такая новость!

— Раз начала, то говори, — приказала Сора.

— Поговаривают, что предок господина Хаттори не с людьми, а с ёкаями сражался, — помявшись, все же выдала служанок Аюми. — И что клан их проклят с тех пор. Рано на свет все уходят. Места там, сказывают, красивые, но гиблые. Лес возле горы Року отмечен дурной силой, и после заката туда вход воспрещен.

— В любом лесу ночью опасно, — возразила Моримото. — Особенно сейчас, когда неспокойно в столице. Что же до слухов — в каждой провинции своя сказка есть.

— Конечно, госпожа, — подхватила Аюми. — Не стоит их слушать!

Она с удвоенной энергией принялась расчесывать и без того гладкие и шелковистые локоны. Сора молчала, глядя перед собой — руки сложены на коленях, осанка гордая, подбородок вздернут, на лице — благожелательная улыбка.

Только далеки были ее мысли от спокойных дум. То, что служанки от скуки всякое выдумывать горазды, давно известно, но на пустом месте сплетни не возникают.

— Отец бы не выдал меня за плохого человека, — вдруг произнесла Сора.

Аюми, уже успевшая позабыть о разговоре, испуганно вздрогнула. Госпожа обернулась, заглянула в темные глаза, настойчиво повторила:

— Он бы понял, если бы с кланом было что-то не так. Да и бывал он в гостях у господина Хаттори.

— Да, разумеется, — закивала служанка. — Верно вы говорите. Господин Моримото вас очень любит. И мужа он вам самого лучшего выбрал.

— Поздно уже, — Сора поднялась с дзабутона. — Пора ложиться.

Аюми, растерянная резкой сменой настроения госпожи, тоже встала, торопливо принялась гасить свечи, бесшумно задвинула сёдзи. Когда покои погрузились во тьму, Сора открыла глаза, всматриваясь в причудливые очертания веток за окном.

Сон долго не шел той ночью. Снова и снова Сора про себя повторяла, что отец желает ей счастья — стало быть, господин Хаттори действительно достойный и хороший человек. Но из раза в раз ей казалось, что она пытается этим себя обмануть, успокоить.

Сейчас, когда гладкая дорога, лентой вьющаяся между раскидистых деревьев, уводила паланкин к поместью, Сора отчетливо осознала, что в словах болтливых служанок есть доля истины. По мере приближения небо затягивалось тучами, а сам дом окутал туман. С замиранием сердца Моримото смотрела, как из белесой призрачной дымки вынырнула сначала темная крыша, а за ней — очертания энгавы.

Темное дерево, кажущееся черным из-за густой тени криптомерий и эноки в саду, внушало мысли о печали. Колокольчики не звенели от ветра, воздух был сырым и тяжелым настолько, что грудь распирало при каждом вдохе.

— Мы на месте, — крикнул Ивао громко.

Паланкин остановился. Перед тем, как выбраться, Сора прикоснулась к браслету из нефрита, с которым не расставалась с рождения. Он представлял собой наручник из потемневшего серебра, инкрустированный мутно-зелеными бусинами. Привычное ощущение гладкого камня и шероховатых узоров принесло краткое успокоение — вслед за Аюми единственная дочь клана Моримото покинула паланкин, стараясь сдержать свое любопытство.

Воздух был прохладным, с нотками свежей воды и слабым ароматом цветов. Ивао, младший брат отца, а также его наследник, зычным голосом отдавал приказы носильщикам и воинам. На Сору никто не обращал внимания — у поместья не стояли слуги и господа, никто не спешил встречать долгожданную невесту.

А долгожданную ли?.. Сомнения прокрались в ее разум. Осмелившись поднять глаза, Сора неприятно поразилась: поместье выглядело большим, но неуютным. Словно бы его хозяева призраки, а не живые люди с горячей кровью.

— Госпожа, — Аюми легко дотронулась до кимоно, расшитого узором взлетающих птиц, призывая посмотреть вправо.

— Сора, — Ивао, идущий к ним, улыбнулся, не считая нужным скрывать свое злорадство. — Идем. Господин Хаттори ожидает во внутреннем дворе.

Спина покрылась ледяным потом, по плечам побежали мурашки. Стараясь выглядеть достойно в глазах будущего мужа, Сора мелкими шажками засеменила за Ивао. Кимоно, и без того тяжелое, тянуло к земле, волосы у затылка больно оттягивали увесистые кандзаси.

Несмотря на страх, Сора не могла отделаться от мысли, присущей всем женщинам: достаточно ли она красива? Какой ее увидит супруг? После долгого путешествия у нее наверняка усталый и немощный вид, а ведь господин Хаттори хочет наследника.

Ивао резко остановился. Сора едва успела замедлить шаг, чтобы остановка смотрелась изящной и непринужденной. Глаза она по-прежнему не отнимала от земли.

— Добро пожаловать, — голос, ворвавшийся в ее уши, был тягучим, как мед. — Надеюсь, дорога не сильно вас утомила.

Ивао что-то ответил, но Сора не слышала — кровь прилила к вискам, ладони неприятно вспотели. Голос ее будущего супруга растекся по телу мелкой вибрацией, заставив все внутри задрожать.

Потеряв всякий страх и учтивость, она подняла голову, не дожидаясь представления. И столкнулась глазами с женихом — он смотрел прямо на нее, будто бы ждал этого. Его черные волосы были небрежно закручены в низкий пучок, темные брови неодобрительно хмурились, а тонкие губы плотно сжаты.

Сердце замерло на мгновение, а после забилось с удвоенной силой. Ее муж был красив. Беспощадно, невообразимо, невероятно красив — утонченные черты лица, светлая кожа, широкие плечи, изящные кисти руки и длинные, гибкие пальцы. Но сильнее всего поражали его глаза лавандового оттенка.

Разве у людей бывают такие глаза?..

— Господин, — опомнившись, она склонилась в поклоне.

Раздался шелест хакама. Сору овеяло сладким запахом, в котором смешались цветочные ноты и запах влажной земли, чужие пальцы дотронулись до ее лица — холодные, похожие на прикосновение льда.

— Посмотри на меня, — властно приказал Райден.

Ее мгновенно бросило в жар. Как он посмел... На людях, вот так бесцеремонно трогать ее лицо? Сора вскинула голову, с вызовом уставившись на будущего мужа. Хотела сделать замечание, но не осмелилась, увидев, что его глаза потемнели на тон, а губы сжались еще сильнее.