Чтение онлайн

Финлей пристально посмотрел на брата и уже не в первый раз поразился его врожденной выносливости. Несмотря на все, через что тот прошел, несмотря на победу демона, c которым всю жизнь боролся, Роберт сейчас спокойно сидел за столом, обсуждая положение и строя планы спасения. Просто невероятно!

— А куда отправишься ты?

— Еще не знаю. Нужно же что-то еще предпринять в отношении этого назойливого священника…

— Не оскорбляйте церковь, — перебил его МакКоули. — Да и вообще, я могу подумать, будто не нравлюсь вам.

— Правда, можно просто бросить его здесь пусть выкручивается, как умеет, — невозмутимо закончил Роберт.

Финлей оглядел сидящих за столом и заметил, что все прячут улыбки. Людей радовала возможность посмеяться шутке: хотя они остались в замке, колдовство, свидетелями и в какой-то мере участниками которого они стали, все еще их пугало.

Однако Финлею все же необходимо было выяснить, что собирается предпринять его брат.

— Ты вернешься когда-нибудь в Люсару?

— Пожалуйста, Финлей, не задавай мне такого вопроса! Каждый раз, когда я заявляю, что никогда не вернусь, дело кончается тем, что я нарушаю свое слово.

— Да, я знаю, но это для меня важно по особой причине.

— Да? Какой же?

Финлей с трудом отодвинул стул и поднялся на ноги. Стоять ему было трудно, пришлось опереться о стол. Со всей торжественностью, на какую он в данных обстоятельствах был способен, Финлей произнес:

— Я хотел бы получить твое согласие на мой брак. Брови Роберта поползли вверх.

— Прошу прощения?

— Я хотел бы получить твое согласие…

— Да, это я слышал. — Роберт тоже поднялся на ноги, на лице его играла озорная улыбка. — Я просто не могу поверить своим ушам. Это ведь какой-то розыгрыш, верно? Чтобы меня развеселить!

— Нет, конечно…

— Я просто не могу поверить, что, даже обшарив нашу страну вдоль и поперек, тебе удалось найти единственную безмозглую бедняжку, которая согласилась взять в мужья такую развалину. — Роберт с трудом сдерживал смех, глядя на побагровевшего от смущения Финлея.

— Все совсем не так, Роберт!

— Не так? Ну, так скажи мне, кто она, и я с радостью объясню ей, какую ужасную ошибку она собирается совершить.

— Роберт, прошу тебя! — Финлей поднял руку, стараясь не замечать смеха сидящих за столом. Он знал, что покраснел как рак, но не собирался сдаваться. — Только посмей сказать ей что-нибудь! Мне и так долго пришлось ее уговаривать. Я не позволю тебе разрушить мое счастье!

— Я ее знаю? — Роберт перестал смеяться и внимательно посмотрел на Финлея.

— Это Фиона.

Сначала Роберт никак не откликнулся на услышанное. Потом улыбка осветила его лицо, прогнав даже тьму, затаившуюся в глубине его глаз.

— Конечно, я дам согласие! Брат, я горжусь тем, что ты счел нужным меня спросить. И вот еще что: придумай, как сделать, чтобы матушка присутствовала на свадьбе. Она тебе никогда не простит, если пропустит такое… Проклятие! — Глаза Роберта расширились, и Финлею не было нужды спрашивать, в чем дело. — Матушка! Она же теперь станет мишенью мести Гильдии и короля! Нужно ее предупредить. К тому же в Данлорне сейчас и Фиона вместе с Хильдериком!

— Я поеду туда, — сказал в наступившей тишине Шейн. — Будет лучше, милорд, если вы прямиком отправитесь туда, куда собирались. Я передам ваше послание и помогу, чем смогу.

— Спасибо, Шейн, — пробормотал Роберт. — А теперь я хочу провозгласить тост за моего брата и его будущую супругу. Да дарует им судьба все счастье, которого они заслуживают!

— Ты уверена, что так надо?

Дженн наклонилась над кроваткой и подняла крошечный сверток, потом обернулась к Белле:

— Да, уверена. Представление богам должно состояться, как положено, иначе они не узнают, кто он такой. Если я соглашусь на отсрочку сейчас, потом меня заставят сделать все так, как захотят другие. Нужно идти сейчас, пока все еще сидят за ужином. Адди!

— Да, миледи!

— Возьми его и иди за мной в часовню. Нужно, чтобы ты подержала малыша за дверью, но когда я у тебя, его заберу, возвращайся сюда. Если кто-нибудь станет мной интересоваться, отвечай, что я почувствовала себя усталой и рано легла.

Дженн открыла перед Адди дверь, но тут Белла встала у них на дороге:

— Как ты можешь так поступать после всего, что случилось? Разве тебе все равно… разве ты…

Бросив на Адди предостерегающий взгляд, Дженн прикрыла дверь и повернулась к Белле. Скрестив руки на груди, она сделала глубокий вдох и сказала:

— Я тоже колдунья, Белла.

Ее сестра невольно отступила на шаг.

— Как ты можешь быть колдуньей? В нашей семье никогда ничего такого не было!

— В роду Дугласов тоже, и, тем не менее, и Роберт, и Финлей колдуны. — Дженн хотелось бы осторожно подготовить сестру к подобной новости, но на это не было времени. — Я знаю, что ты должна чувствовать. Я сама…

— Откуда тебе знать, что я чувствую! — бросила Белла. — Наш замок разрушен, наш отец убит и все из-за колдовства! Ты навлекла на нас все несчастья, сестра! А теперь Роберт хочет, чтобы мы просто отправились по домам и жили там, как ни в чем не бывало! Уж не лишился ли он рассудка? И ты тоже?

— Белла, прошу тебя! — Дженн подошла и взяла сестру за руку. Стиснув ее пальцы, она заставила Беллу посмотреть себе в лицо. — Нам все удастся, поверь мне! Мы можем вернуться каждая к себе домой, но только позволь мне сначала все тебе объяснить, позволь рассказать всю правду. Я и в самом деле знаю, что ты чувствуешь. Ты испытываешь гнев, боль, страх. Обещаю тебе: я отвечу на все твои вопросы. Пожалуйста, прояви терпение — хотя бы ради своего племянника.

Белла выдернула руку.

— Как это жестоко использовать собственного сына, чтобы заставить меня покориться! Тебе должно быть стыдно! Хорошо, я подожду, но не рассчитывай, что я переменю свое мнение. Да, я сделаю это ради твоего сына, но вовсе не потому, что ты меня заставила. Малышу нужен кто-то, кто не станет лгать ради собственного удобства, не станет манипулировать людьми ради своих целей. — С этими словами Белла прошла мимо Дженн, распахнула дверь и исчезла в коридоре.

Постаравшись заглушить свою боль, Дженн присоединилась к Адди и стала думать только о том, что ей предстоит. Со временем Белла узнает всю правду и тогда поймет Дженн; но все равно услышать от собственной сестры обвинение в том, что она использует других вопреки их воле, было тяжело.

Все уцелевшие защитники замка собрались в зале за трапезой; остальные помещения казались странно покинутыми. Из-под дверей не пробивались отсветы огней, нигде не топились, несмотря на холод весенней ночи, камины. Осторожно и бесшумно Дженн провела Адди к узкой лестнице. Достаточно подняться всего на один пролет, и можно обогнуть зал и пробраться в часовню так, что их никто не увидит. Впереди чернела высокая дверь. Дженн помедлила, беря себя в руки и собирая воедино все свое мужество.

Оглянувшись на Адди, она проскользнула внутрь и закрыла за собой дверь. Она могла бы одним жестом зажечь свечи, но не стала этого делать. Дженн медленно двинулась вперед; лунный свет, льющийся в окна, делал часовню призрачной и незнакомой. Дженн остановилась, не дойдя нескольких шагов до катафалка.

Якоб был облачен в соответствующее его рангу одеяние, часовня торжественно украшена для прощания, об этом позаботился МакКоули. Неподвижность придавала холодному телу Якоба, накрытому знаменем с фамильным гербом, особое величие. Знамя и герб… Дом Россов.