Чтение онлайн

Раздался громкий лающий смех. Теодора опустилась на землю, и теперь она выглядела еще более устрашающей и похожей на себя. Ее манера стоять, держать и даже смотреть изменилась. Повадки напоминали больше животные, чем человеческие.

По спине пробежала дрожь. Я испытал страх. Пусть мое сознание и не считает Теодору чудовищем, но тело не обманешь. Оно напряглось и приготовилось отражать опасность. Впервые я почувствовал поражение. Теодора ускользнула от меня. Я не удержал громкий резкий вдох.

Теодора зашипела. Может, она почувствовала мою безысходность?

— Ты не выдержишь! — прогремел голос Рууна.

Теодору тряхнуло, и лицо искривилось в широкой полуулыбке.

— Нет, я не забирала. Не забирала! — ее речь стала неразборчива. Голос звучал очень низко, и вместе с тем отдавал глухим эхом. — Они ластятся ко мне. Выбрали меня! Дальшах благословила, а Бираль поцеловал. Я взяла то, что давно предназначалось мне. То, чем ты не смог воспользоваться. Теперь они склонились передо мной! Теперь я властвую ими!

Она со скоростью рванула на Рууна.

Аастор, появившийся из тени прямо перед своим генералом, кинулся вперед и выпустил силу, ударив всей мощью. Послышался звонкий смех. Теодору отбросило на приличные расстояния, но она быстро поднялась, припав к земле, как дикое животное, и вновь помчалась вперед.

Связь Меках и Хранителя тряхнуло. Чужой клокочущий гнев проник мне в сознание, и я упал на землю, пораженный. Голову разрывало на части. Кровь полилась из носа. Меня прижало, я рычал и метался, но не мог это прекратить.

Каким-то образом гнев Теодоры передавался мне. Точно так же, как и тогда, когда она почувствовала всех инурийцев разом. Когда их эмоции разрывали ее. Ей ничего не оставалось, как поделиться со мной сознанием. Так могут лишь истинные Халев. Настоящие пары.

Ярость, которая поселилась в душе Теодоры, оказалась настолько разрушительной, что ее собственное сознание не смогло ее выдержать. Она отправила часть мне, чтобы не умереть самой. Барабанные перепонки лопнули, зрение медленно покидало меня. Сердце звучало так глухо, что, кажется, совсем скоро оно остановится. Но если это поможет Теодоре выжить, это меньшее, что я могу сделать. Поэтому, лишенный способности двигаться и медленно умирая от мучительной агонии, я лишь наблюдал за происходящим.

Теодора не оставляла попыток добраться до Рууна. Стало ясно, что дэволы использовали это как отвлечение. Пока она занята ими, остальные, не теряя времени, исчезали в порталах. Аастор выдохся. Он шатался, пару раз почти упал, но все равно крепко стискивал поводки темноты, сдерживая Теодору. С каждой секундой она становилась все злее.

Я это чувствовал. Может быть, ее цель — вывести Аастора из игры, заставить его потерять силу, а может, у нее вообще нет плана. Ее лицо преобразилось. Оскал сменился хитрой ухмылкой. Несмотря на огромные кольца, державшие ее прижатой к земле, она медленно поднялась, никак не реагируя на пыхтения Аастора, чьи глаза расширились. Одной рукой она обернула потоки, как поводки, и резко потянула на себя.

Аастор упал лицом вниз, и на него обрушился черный кокон из душ. Они верещали, как дикие. Разрывали его когтями на куски. Дэвол кричал. Тарг бросился к нему, но его отшвырнуло в другую сторону. Между Теодорой и Рууном никого не осталось.

Я ждал, когда же дэвол призовет свою силу и уничтожит Теодору. Ждал с замирающим сердцем, и даже сквозь ужаснейшую боль, чувствовал страх за ее жизнь. Но Руун стоял. Опустил голову и ссутулив плечи.

Теодора втянула носом его отчаяние и блаженно облизнула губы, а потом она побежала. С такой скоростью, что мои глаза не смогли уследить за ее движениями. Мгновение, и она всем телом набросилась на Рууна.

Она не использовала оружие. Она раздирала его лицо своими когтями, вырывая глаза.

До этого Руун не пытался сражаться с ней, сейчас же инстинкт самосохранения взял верх. Он хотел скинуть ее с себя, отводя лицо из последних сил. Теодора раскрыла расширившуюся пасть, порвавшую ей кожу, и зубами вцепилась прямо в шею дэвола. Тот пронзительно закричал.

Теодору откинуло. Она упала на землю, но быстро перекатилась, сплевывая в сторону кусок кожи с кровью.

Аастор вытянул руки и из последних сил пытался удержать Теодору. Тарг поднялся и побежал к оцепеневшему Рууну, смотрящему на рычащую Теодору с сожалением. Тарг навалился на него, тянув к открытому порталу. Наконец, подцепив Аастора по пути, они ушли. Оставляя нас одних.

— Нет!

Удерживающая сила исчезла. Теодора вскочила и начала метаться, схватившись за волосы. Несмотря на все, сейчас она становилась похожей на себя прежнюю. Лицо приобрело светлый оттенок, черные вены побледнели. Угольные глаза не исчезли, но сократились до круга радужки.

Я все еще лежал на земле, истекая кровью. Мои глаза медленно закрывались, хоть я и старался держать их открытыми до конца. Дышать становилось все тяжелее.

И тогда Теодора обернулась. Может, меня сразили галлюцинации, но я заметил в ее глазах промелькнувший страх. Она сделала один неуверенный шаг ко мне, но замерла. Прошла минута, прежде чем она снова сдвинулась.

Теодора опустилась передо мной на колени и провела рукой поверх. Рокот в голове наконец-то затих. Боль отступила, и я глубоко вздохнул. Приложив неимоверные усилия, я поднялся.

— Ты должна пойти со мной.

Пустой взгляд уперся в меня. Теодора тоже встала. Вокруг нее вибрировал воздух, и стоять, вот так, рядом с ней, было тяжело. Все инурийское нутро кричало и молило меня развернуться и бежать. Нам внушали ужас перед этими существами, мы воевали с ними. Мы убивали их, а они нас.

И сейчас я чувствовал себя на краю горящего жерла вулкана, который вот-вот поглотит меня. Но все же я стоял, собирая все остатки своего мужества, заставляя сердце успокоиться, а руки прекратить дрожать.

— Послушай, я понимаю, ты не хочешь. Не хочешь быть рядом со мной, я понимаю. — говорить приходилось сквозь тяжелый ком в горле, но я заставлял себя. Она должна понять, должна остаться. — Я обманул тебя, скрыл правду, и все это безумие произошло из-за меня.

Теодора молчала, но слушала. Это придало мне сил говорить дальше.

— Несмотря ни на что, я люблю тебя. Только тебя. Мне больше никто не нужен. Прошу. Слышишь, я прошу тебя! Я помогу тебе. Пойдем, пожалуйста.

Сделав порывистый шаг вперед, я уперся в воздушный барьер.

Я не сводил с нее взгляда, молчаливо передавая все, что чувствовал.

Ничего не произошло. Она молчала. Но потом сделала шаг ближе, еще один и еще. Воздух стал плотнее. Пульс ускорился, но я заставил себя стоять прямо. Ее рука потянулась ко мне. Спину прошиб озноб, и я внутренне упрекнул свое тело, которое реагировало именно так. Толстые когти подцепили что-то на моей шее. Я даже не сразу понял, что именно. Нешам.