Голос из Тьмы
Шрифт:
— Нет, Теодора. Ты не зло. И никогда им не станешь.
Я усмехнулась. Имран ошибался. Даже со своей связью он не смог заглянуть внутрь меня и увидеть всю гниющую душу. Обиженную и злую, брошенную.
— Ты не можешь знать.
— В этом и есть смысл. Никто не знает, что будет завтра. Но я могу надеяться, что ты выстоишь, а мы с братом будем всегда рядом, чтобы помочь.
— Обещаешь? — наконец, я посмотрела на Имрана.
— Клянусь.
— Тогда открывай.
Меч. Идеальный. Блестел в свете лучей. Он впитывал в себя свет и возвращал в удвоенной мощи.
Я сомкнула ладонь на рукояти. Холодная дрожь пробежала по кисти, поднимаясь по плечу. Печати засветились. Холод побежал выше, доставая плечо.
В прошлый раз я испытывала страх. Сейчас — предвкушение. Мысли пришли в порядок. Я становилась целой, обретала то, чего, казалось, жаждала всю жизнь. Меч стремился ко мне. Мягко и тепло. Не пугая, как тогда.
Разум заволокла пелена, отделяя меня от мира.
Мы вновь встретились.
Острая боль пронзила висок, я втянула воздух, но легкие не раскрылись. Голос эхом разносился в голове. Мои мысли начинали путаться, и я не могла определить, где заканчивалась Дарин и начиналась я.
Кто она? Часть меча? Или, может, тьма, обитающая внутри меня?
Я есть сила! Я есть власть! Я есть тьма! Я есть ТЫ!
Меня захлестывало мощью, глаза вылезали из орбит, я упала на колени.
— Теодора! — чей-то голос будто пробивался сквозь толщу воды. Я старалась понять, вспомнить, кто это. — Теодора! Ты справишься! Ты контролируешь меч, а не меч тебя!
Имран! Это Имран. Я не одна, он не даст мне погибнуть.
У меня есть цель!
Я найду силы. Я справлюсь. Я смогу.
Дымка понемногу рассеивалась. Я крепче сжала рукоять. Не меч владеет мной! Я владею им!
В тело вонзились невидимые шипы, пытаясь покорить меня. Неожиданный вихрь сотни голосов поднялись и хором окружили меня. Они шептали мое имя, звали к себе. Неясные образы мелькали перед глазами. Но я откинула их, уходя вглубь себя.
Внезапно все стихло. Я оказалась в комнате, где соединялось два цвета. Белая, где стояла я, и черная, где стояло нечто. Высокая тень, с яркими, как угли, глазами. Абсолютно голая, лишь черные тени окружили нагие места. Волосы цвета вороньего крыла доходили до колен, свисая неаккуратными паклями. Кожа бледно-серая, а губы полностью черные.
Когтистые пальцы поглаживали меч, словно кота, нежно обводя кончик лезвия.
— Как долго я ждала, — голос звучал хрипло, тихо, но не менее устрашающе. — Спала в чертогах, дожидаясь, когда ты пробудишься и вручишь мне ключ. Подойди ко мне.
— К-кто ты?
— Не узнаешь меня? — Ее глаза сверкнули.
— Дарин, — прошептала я.
Черные губы изогнулись в лукавой улыбке, когда я подошла ближе. Мы стояли друг напротив друга, жадно рассматривая черты. Ладонь Дарин поднялась и потянулась к моей щеке. К моему удивлению, я не отпрянула, а сама испытала тоже желание — коснуться ее. Тени, будто ощутив желание, прильнули ко мне. Закружились вокруг ног и рук, щекоча.
— Мое дитя. Я так долго спала. Взывала к тебе сквозь сны, билась о клетку, разбивая лед, что сковывал меня. Я ждала, когда ты освободишь меня, но ты не слышала, не понимала. Дитя земного, глухого мира.
Я хотела понять, но смысл ускользал от меня.
— И только Меч смог разбудить тебя. Нас. — Дарин перевела взгляд на лезвие, но тут же вернула. — Я помогу. Доверься мне. Тебе нужно только принять его и меня. Проснись до конца! Он слишком долго ждал тебя.
— Я не могу! Я не знаю как…
— Ты ошибаешься! Ты никогда не была одна. Я вижу, знаю. Меч хочет тебя. Хочет нас!
И почему-то я поверила ей.
Меч, словно пес, радовался своему хозяину и начал испускать слабые импульсы силы. На лице проскочила облегченная улыбка, но всего на мгновение. Поток усилился, силы приходило все больше и больше. Нарастающая пытка скапливалась в сердце, заставляя склониться перед ней.
Я пыталась разжать руку, но та намертво приросла. Но к моей ладони присоединилась другая. Дарин повторяла мои движения, держа меч одной рукой. Она потянулась ко мне. Наши пальцы переплелись.
Новая волна пыталась сбить нас с ног, поток энергии лучами прошел сквозь меня и Дарин, соединяясь в кольце. Мы разделили силу и боль, как одно целое. Яркий свет заполнял комнату, и последнее, что я видела — пылающие глаза Дарин.
Я жадно втянула воздух и задергалась. Но чьи-то руки удержали меня на месте. Я лежала на коленях, и когда подняла голову, увидела Игнара.
Он смотрел на меня с паникой.
— Что случилось?
Но я не ответила. Я снова не я. Но вместе с чужим сознанием и мое. Я должна сделать что-то, подсказка зудом билась в голове.
— Не поднимайся! — сказал Игнар, но я выставила руку, призывая замолчать.
Меч лежал в центре, и я, поднявшись, пошла к нему.
Игнар выражал недовольство, но я не слышала его.
Я шла вперед. Мы шли.
Океан внутри закипел, голоса вокруг нашептывали. Меня призывали к действу, и я повиновалась. В голове сложилась картинка того, что я должна сделать. Меч открыл мне тайну, сообщил, как его укротить. Магия стремилась ко мне, а я стремилась к ней.
Будто бы под гипнозом, я сжала рукоять и подняла высоко над головой. Голоса зазвучали громче, призывнее, злее. Свет вокруг поляны погас, тьма окружила нас. Ураган мрака трепал мои волосы и одежду. Темные руки хватали за лицо и руки, но я стояла, держа меч.
Я развела руки в разные стороны, и меч разделился. Тени завыли и тут же исчезли.
Наваждение прошло, и я покачнулась.
В каждой руке у меня два разных клинка, объединенных одной силой и магией. Две противоположности одного целого.
Белый, с ветвистыми узорами и черный с ярко-кровавыми рубинами.
Глава 15
Второй круг наказания включает в себя четыре часа — количество часов может быть увеличено в зависимости от проступка — плахи под солнцами Инуры. Провинившегося сковывают цепями, дабы тот не упал, лишают питья. Это помогает наказанному понять собственные ошибки, научиться терпению и поднять силу духа.
Из учений хранителей Инуры.
Мы собрались в большом зале. Братья молчали, но я знала, что их терзали вопросы. Я совсем не знала, что им ответить. То, что произошло, пришло ко мне извне. Чужой голос и воля. А я лишь инструмент в умелых руках.
Но в то же время это точно была я. Что-то внутри щелкнуло, сдернув пелену с глаз. Мир открылся мне с другой стороны, стал шире и больше. Ответственность, что лежала на мне, теперь сильнее сдавливала плечи. Одно дело слышать о магии от братьев, другое увидеть своими руками, почувствовать и пропустить сквозь себя. Но с облегчением пришло и осознание реальности. И страх.