Чтение онлайн

И в подтверждение на меня обрушился шквал чужих эмоций. Они были слабее, чем от братьев, но все же их страх липко опустился на кожу. Я стиснула зубы, отгораживаясь от чужого. Мне пришлось досчитать до десяти и обратно, и только тогда получилось.

Поняв, что от меня не дождаться распоряжений, старшая девушка заговорила:

— Лайла, подготовь ванну. А затем принеси чистое белье и полотенца.

Инурийка кивнула, и, бросив на меня испуганный взгляд, почти бегом метнулась в ванную.

— Я могу помочь вам раздеться, Госпожа?

— Думаю, да, — неуверенно согласилась я.

Она указала на туалетный столик и попросила меня присесть.

— Меня зовут Тиша.

Представившись, она стала развязывать завязки костюма, снимая по одной части за раз. Ее цепкий взгляд то и дело внимательно меня изучал. Я не могла стоять без дела, поэтому подняла ногу и стала расшнуровывать.

— Вам непривычно. — Тиша не спрашивала. — У вас такая необычная кожа. Вы не походите на наших женщин. А еще вы скромны.

Только я захотела ответить, как ее ладони задрожали и она сделала шаг назад, опустив голову.

— Простите меня за мой длинный язык! Я не хотела!

— Все в порядке! Прошу, Тиша, успокойтесь! Давайте… продолжим?

Она кивнула и медленно вернулась. Руки потянулись к волосам, она взглянула на меня через зеркало, спрашивая. А потом потянула резинку, расплетая хвост. Волосы упали приятным грузом, захотелось помассировать кожу головы.

— У вас такие чудесные волосы! На Инуре очень ценится длина! Чем длиннее пряди, тем выше статус.

Мой взгляд сам упал на ее волосы. Обрубки едва собирались в хвост. Внутри неприятно зашевелилось нечто.

— Ванна готова, Госпожа, — позвала Лайла.

Я едва сумела прогнать их, чтобы раздеться самостоятельно и скрыться под пеной. Но больше пяти минут уединения мне не дали. Вскоре девушки уже вовсю ворковали надо мной, намывая волосы и натирая кожу.

— Какие чудесные у вас волосы! — сказала Лайла, восхищенно протягивая длинный локон между пальцев.

— Что ты себе позволяешь?! — вдруг Тиша рявкнула на нее так громко, что я сама подскочила.

Девушка тут же отскочила, вслед за ней и Тиша. Обе стояли у стенки, будто бы ожидая казни. Но Лайла решила рискнуть и заговорить:

— Госпожа, прошу, простите меня! Пожалуйста! Не говорите ничего…

— Замолкни! — прервала ее Тиша.

Я не могла больше сдерживаться. Представив, как между нами рухнули стены, я позволила чужим эмоциям влиться в меня.

Первые секунды мне не хватало воздуха. Страх застыл в поджилках, и даже колени, находящиеся в горячей воде, затряслись. Сердце подпрыгнуло и помчалось галопом. Возможно, магия меча, связывающая меня с инурийцами, или, может, поведение этих запуганных девушек, так напоминали меня в моем детстве, что я невольно прониклась к ним с первой минуты. Прониклась жалостью к маленькому нищему городишке и к его народу, что соединились внутри меня магическими нитями. А также возненавидела всю несправедливость этого места, а еще старые, затертые тряпки и покромсанные хвосты.

Не обращая внимания на свою наготу, я поднялась из ванны. Возвышаясь над ними, я понимала, что, возможно, внушаю им больший страх, чем они ведали до этого. Мокрые волосы обвились вокруг обнаженного тела. По груди и бедрам струились капли воды. Босыми ногами я подошла к ним вплотную. Девушки вжались в стену.

— Кого вы боитесь? — стальным голосом, вживаясь в новую необходимую роль, потребовала я. — Отвечайте!

Первой заговорила Лайла. Ее так трясло, что казалось, она сейчас рухнет на пол.

— Господин Кловисс. Он, — она запнулась. — Верховный мастер не терпит фамильярства, он чтит порядки и дисциплину. Нам нельзя разговаривать без разрешения. И все остальное.

— Ваши волосы. Что с ними? — не унималась я.

Лайла затихла и сжала кулаки. По ее личику потекли гневные слезы. Каждая капля отдавалась в моей груди.

Вместо нее ответила Тиша.

— Нам их обрезали, наглядно показывая наш статус.

На мгновение мне послышалось, как тени радостно встрепенулись, но резко утихли, когда девушки вжались друг в друга. Теперь они испугались меня. Я заставила себя успокоиться.

— Этот разговор останется между нами. Никто ничего не узнает, — успокоила я девушек. — Но, когда мы с вами наедине, вы будете меня называть Теодорой. Никакой госпожи. И не нужно обслуживать меня. Просто будьте здесь, чтобы никто ничего не заподозрил. И еще, где моя одежда?

Немного опешив, Тиша первая пришла в себя и подала мне полотенце, затем, подхватив Лайлу за руку, поспешила выйти из ванной. На ее лице зародилась робкая улыбка.

Магия инурийцев непостоянна. Когда Первый вырвал ее из наших сердец, мы лишились своей сути. Но даже так, корни остались. Они продолжают влиять на нас, подавая отголоски прежнего могущества.

Из личных дневников Талиты.

— Я это не надену!

На кровати лежало белоснежное платье. Верхняя часть состояла из больших пушистых перьев. Лиф открывал плечи и декольте. Низ юбки из полупрозрачного шелка, расшитый бусинками. Оно походило на большое пернатое облако.

Я едва сдерживала рвотные позывы.

— Но Госпо… — Лайла осеклась, когда я приподняла бровь. — Теодора, белый цвет в нашем мире символизирует божественность! Вас приняла в свои объятия сама Такал! Сегодня все будут в белом.

— Позовите Игнара. Пожалуйста.

Может, я и поступала сейчас, как маленькая девчонка с капризным нравом, но что-то было в этом унизительное. Особенно, после того как я узнала историю девушек. Кто-то будто намеренно указывал мне мое место: здесь ты спишь, это носишь. А может, мне просто так казалось.

Тиша, сдавшись, мотнула головой в сторону двери. Лайла поспешила исполнить просьбу.

Я стояла в одном полотенце, волосы связаны на затылке в неаккуратном хвосте. Осознание того, что я здесь надолго, сдавливало грудь. До боли хотелось оказаться в нашей уютной квартире. Съесть пиццу с друзьями.

Но я здесь. В чужом мире со своими традициями и правилами.

— Теодора.

Игнар вошел в комнату широкими глазами, оглядывая покои, вглядываясь в углы. Я закатила глаза. Он застыл, когда понял, что я неодета. Неосознанно дернул воротник. Позади послышались сдавленные смешки.