Чтение онлайн

— Нам действительно пора. Мы должны встретиться с Тэм и Карсоном, — сказала она с надеждой.

— О, черт возьми, я и не заметила, что уже так поздно, — сказала мама, глядя на часы. — Конечно, вам пора. Повеселитесь. — Кей обняла маму, потом папу.

Он сказал:

— Кей, вернешься к полуночи, да?

— Да.

Потом она и Джон сели в его машину. Джон захихикал.

— Что? — спросила она.

— Если твой отец — шериф, и он спрашивает: «А ты вернёшься к полуночи?», у тебя ведь нет выбора, разве нет? Он просто пришлёт за тобой патруль копов.

Тут его выражение лица стало обеспокоенным.

— Эй, он ведь на самом деле так не сделает?

Папа Кей лишь однажды остановил её за превышение скорости. В остальном он был обычным отцом.

Вслух девушка произнесла:

— Давай лучше распланируем вечер так, чтобы вернуться к полуночи.

Если хочешь пойти на танцы с другом, должен быть способ полегче.

Тренажёрный зал был украшен большим количеством серпантина и воздушных шариков. Диско-шар временно установили на потолке. Но сам зал всё ещё выглядел и пахнул как тренажёрный. Футбольная команда выиграла игру раньше, в этот же день, и вели себя по-хулигански, крича друг на друга. По большей части это были непонятные фразы, кроме редкого «Святы!». Теперь, когда Кей задумалась об этом, назвать ближайшую к Обители Драконов школу — Школой святого Георга было как-то грубо. Подружки футболистов стояли в стороне, с надутыми губами, смущённо смотря на хулиганское поведение команды. Несколько людей танцевали под музыку, проигрываемую в записи, а многие другие стояли по сторонам, потягивая фруктовый пунш из бумажных стаканчиков, и налегая на печенье. Как и при любых других школьных танцах. В то время как многим удавалось выглядеть красиво в своих новых платьях и сюртуках, многие другие выглядели точно так, как чувствовали себя в данный момент: некомфортно.

С другой стороны, Серебряная Река была причудливее, чем когда-либо.

Кей и Джон прислонились к стене и наблюдали драму.

Джон указал на директор Рейд — которая всегда носила выглаженные юбочные костюмы в тёмных, респектабельных тонах, даже во время пребывания на танцах — похлопывающую Карсона по плечу. Карсон и Тэм перестали обжиматься на танцполе. Это был третий раз, когда Рейд подловила их. Они продолжили танцевать в более приемлемой манере: её руки на его плечах, его руки на её бёдрах и пятнадцать сантиментов между ними. Рейд была известна тем, что измеряла расстояние во время парных танцев линейкой.

Они обжимались во время одной из быстрых песен.

— Думаю, пройдёт всего десять минут, прежде чем их снова остановят, — сказал Джон. — Или, прежде чем Рейд выгонит их отсюда.

Кей усмехнулась:

— Если она до сих пор этого не сделал, значит и не сделает.

— Они просто найдут место, где никто им не помешает, — сказал Джон.

Когда их компания ходила прогуляться, будь то фильм, игра или что-то ещё, именно таким образом заканчивался вечер: Тэм и Карсон уходили куда-то, где им никто не помешал бы. Они были этим известны среди других.

Джон с точностью предсказал это. По истечении десяти минут, когда началась очередная медленная песня, Тэм и Карсон снова обжимались. Рейд направилась прямо к ним, но до того, как она достигла их, Карсон взял Тэм за руку, и они вместе сбежали с танцпола за дверь.

— Они даже не попрощались, — сказала Кей.

Не важно. Она услышит обо всём произошедшем завтра или в понедельник, как они припарковались на просёлочную дорогу на окраине города или пробрались на чердак Карсона. На чердаке, кстати, была старая кровать, которой они пользовались, но должны были вести себя тихо, что должно было быть сложным, ведь Карсон был настолько горяч.

А тем временем Рейд выбирала новую жертву. Пожилые дамы как ястребы взирали на танцующие парочки. Это заставляло Кей нервничать. Она не могла сказать точно: она была рада, что избегает внимания директрисы, или ей было жаль, что она не принимает участия в общем веселье. Джон так и не пригласил её на медленный танец. Часть девушки надеялась, что он пригласит, а другая была рада, что он этого не сделал. Да и вообще весь вечер сбивал её с толку.

К десяти часам вечера стало ясно, что футболисты умудрились пронести на танцы алкоголь, и сейчас передавали друг другу фляжку. Компания игроков стала ещё более шумной, их девушки начали глупо хихикать, а по самому спортзалу стал расходиться запах алкоголя, перебивая приторный аромат пунша, пирожных и сладостей. Посреди зала танцевало всё больше парочек, разговоры и музыка стали громче, а преподаватели уже безропотно взирали на всё это. Хорошо, хоть эти идиоты не додумались добавить алкоголь в пунш. Её родители были бы просто в восторге, если б она заявилась домой пьяная, и одним «это не моя вина» Кей бы не отделалась.

Тут Джон положил руку её на плечо.

— Может, выйдем подышать свежим воздухом?

Кей кивнула. Они забрали с вешалки верхнюю одежду, и вышли на стоянку.

Они просто гуляли по дорожке вокруг школы, хотя высокие шпильки Кей не располагали к долгим прогулкам, а ноги начинали замерзать.

«Пока я буду двигаться, всё будет хорошо».

Они шли рядышком, глядя на небо и звёзды. Воздух был таким холодным, что дыхание вырывалось облачками пара. У Кей от холода начали гореть уши, но она лишь плотнее закуталась в пальто.

— Ты в порядке? — спросил Джон после нескольких минут тишины.

— Да, всё нормально. Здесь так красиво.

Такими тихими ночами небо было практически чёрным, глубоким и бездонным, и на нём сверкали мириады звёзд.

Они повернули за угол, и Кей не сдержалась: посмотрела вдаль, через футбольное поле и шоссе на лес и горы, которые окружали территории драконов. Она подумала об Артегале. Где он сейчас? Ему, наверняка, тяжело не рассказывать никому об их встречах. А что, если кто-нибудь из его сородичей догадывается?

Над самыми дальними горными пиками разлилось зарево, похожее на отблески заката, но на севере, а не на западе. Оно переливалось золотистыми и рыжими тонами, как блики гигантского горящего костра.

Джон проследил за её взглядом.

— Это что, северное сияние?

Такими тихими ночами или иногда перед самым рассветом в Серебристой Реке можно было увидеть северное сияние. Но Кей покачала головой. Это свечение было слишком алым и слишком близким к горизонту, чтобы быть полярным сиянием. Среди горных пиков короткие вспышки света высвечивали грациозные тени.

— Это они, — ответила Кей.

Несколько раз в году драконы активизировались, и небо над их территориями пламенело. Люди полагали, что это выдыхаемое ими пламя отражается от гор. Никто не знал точно, почему это происходит. Во время такой огненной ночи ничего не происходило. Никаких нападений, никаких требований, ничего, что говорило бы о том, что драконы разозлились. Может, у них просто свои дни отдыха, свои праздники, как Рождество. Возможно именно из-за того, что люди не могли объяснить некоторые вещи, они и оставались враждебно настроены по отношению к драконам, даже спустя столько лет.

Драконы проявляли активность только в пределах своих территории, поэтому человеческие власти ничего не могли поделать. Кей даже вообразить было сложно, сколько же надо драконов, чтобы так озарять горы.

Внезапно задрожав, она взяла Джона за руку, чтобы согреться. Он не отдёрнул руку. И они продолжили прогуливаться.

Такая прогулка за руку была похожа на танец. Кей стало теплее. И она не была уверена, что дело просто в тепле его кожи.

Пройдя ещё десяток шагов, Джон глянул на неё: