Голоса весны
Шрифт:
— Грег! — Голос Джеки прошелестел по маленькой кабинке, обволакивая и возбуждая.
Она сидела всего в нескольких дюймах от него, их кожаные вертящиеся кресла стояли рядом, ее колено касалось его бедра.
— Гмм? — Кажется, он заодно лишился и способности говорить.
— Слова слишком откровенные, да? Или, может, тебе не понравился ритм? — Джеки обеспокоенно нахмурилась, ее глаза, сиявшие во время исполнения, потухли.
Нет! — хотелось закричать Грегу. Желание его все усиливалось. И, черт возьми, он не собирался больше сдерживаться, хотя бы ради того, чтобы стереть облачко разочарования в ее взгляде.
Грег протянул руку, пробежав ладонью по плечу девушки, а другой рукой приподняв ее лицо. Он смотрел на нее до тех пор, пока не увидел, как мерцающее сияние вернулось в зеленые глаза, а черные зрачки расширились от такого же желания, какое он ощущал каждой клеточкой.
Вздох жадного согласия вырвался у нее, когда их губы встретились. Вкус десертного вина ударил в голову, распаляя фантазии, которые Грег лелеял всю неделю.
Ему хотелось притянуть Джеки к себе на колени, погладить каждый дюйм ее прекрасного, столь желанного тела, но, когда он сжал ей бедра, она слегка уперлась ему в плечи.
— Подожди. — Дыхание у нее сбилось, щеки пылали.
Грег отпустил ее, но отодвинуться сразу не смог. Ожидание рядом с такой горячей женщиной, как Джеки Брейди, — задача не из легких.
— Что такое? — Хриплый шепот разрезал накалившуюся атмосферу тесной кабины.
Она посмотрела на него.
— Я не хочу, чтобы ты целовал меня из жалости. Если ты считаешь, что песня плоха, я должна знать.
Что? Охваченный вожделением, Грег не сразу понял, о чем она говорит.
— Черт, нет. — Он не мог собраться с мыслями, пробиться сквозь плотный туман желания. — Потрясающая песня. Собственно, я думаю, ты и сама это понимаешь.
— Правда? — Она вертела в руках гармонику. — Ты не считаешь, что некоторые обороты слишком… ну, неприличны?
Грег не мог не рассмеяться, с трудом подавляя стремление обнять ее и поцеловать.
— Сомневаюсь, что большинство мужчин, услышав это, набросятся на тебя, как только что сделал я. Меня доконала строчка о том, что надо прислушаться к естественным порывам своего тела.
Джеки спрятала гармонику в карман линялой джинсовой куртки и улыбнулась.
— Как считаешь, мы можем использовать это в ролике?
Грег заставил себя думать о работе.
— Шеймус наверняка будет настаивать на этом, едва только услышит песню. Но даже если нет — я его уговорю. Песня создает эффект узнаваемости, чего мы и добивались. Мелодия будет звучать в головах людей, а ничего лучшего и придумать невозможно.
Джеки взвизгнула, словно начинающая актриса, получившая свой первый «Оскар».
— Я написала песню! Удачную, которую услышит вся страна. — Она восторженно обняла Грега.
Неужели он такой развратник, что ему достаточно мимолетного прикосновения ее груди, чтобы испытать сильнейшее сексуальное желание?
Увы.
Где, черт возьми, его хваленый профессионализм?
— Думаю, для клиента мы записали достаточно. — Грег глубоко вдохнул. — В понедельник дадим послушать это Шеймусу, а потом займемся озвучкой.
Джеки кивнула, торжество в ее глазах возбуждало его почти так же, как и ее прекрасная песня.
Но он уважает ее работу и просто обязан дать ей отпраздновать победу. Он ведь уже лишил Джеки перспективного места из-за того, что не захотел смешивать личное с профессиональным, так можно ли отказать ей еще и в этом?
Ни за что.
Поэтому, пока не передумал, Грег поспешил предложить:
— Что скажешь насчет того, чтобы снова пойти в бар и отпраздновать это дело лучшей бутылкой шампанского, какую только может позволить мой счет? Выпьем за начало звездной карьеры.
Озорная и ах какая сексуальная улыбка промелькнула у нее на губах.
— У меня есть идея получше. — Джеки протянула руку и медленно провела пальцем по его подтяжке, потом наклонилась ближе, и се дыхание коснулось его щеки. — Почему бы нам не отпраздновать прямо здесь?
Джеки ждала, затаив дыхание. Если Грег решит изображать порядочного парня, ей будет ужасно стыдно.
Он потянулся к пульту управления, и на минуту Джеки показалось, что Грег достает ключи от студии, но он положил палец на какой-то рычаг и опустил его вниз, погрузив маленькую стеклянную кабинку в темноту.
Сердце у Джеки екнуло и забилось как сумасшедшее.
В чернильной тьме Грег отыскал рычаг освещения съемочной площадки, и единственная лампа внезапно озарила кусочек джунглей. Одинокое пятно света ярдах в двадцати пяти от них тускло отражалось на стекле кабинки.
Обволакивающий, словно шелк, дикторский голос Грега поплыл в полумраке.
— Скажи, что твоя идея празднования включает наше более близкое знакомство. Значительно более близкое. — Его руки материализовались на ее бедрах, скользнули вверх и обхватили талию.
Словно электрический ток пробежал по телу Джеки.
— Моя идея заключается в том, чтобы положить свое тело на твое, как слова на музыку. — Джеки поднялась с кресла и устроилась на коленях Грега, сжав ногами его бедра. — Это достаточно близко для тебя?
Никогда в жизни она не была такой дерзкой, и Грег отнюдь не выглядел разочарованным. С низким хриплым стоном он притянул ее к себе, сливаясь с ней в единое целое. Его сила и жар проникали сквозь одежду, обжигая кожу.
Наконец его рот сомкнулся на ее губах, целуя с яростной и ненасытной жадностью. Как долго она ждала этого мужчину и эту ночь, и теперь она хочет всего, и хочет немедленно.
Она поерзала, торопя Грега. Его прерывистый стон напоминал рычание дикого зверя со звуковой дорожки.
— Ты как первоклассное виски, Джеки, — обжигаешь внутренности сверху донизу. — Его глаза мрачно и хищно мерцали в тусклом свете. — С тобой мне может понадобиться вся моя сдержанность.
— Это звучит слишком осторожно. — Она стиснула бедрами его талию и развязала галстук. — Сегодня я веду, так что позволяй себе все, что хочешь.
Ее слова молниеносно возымели эффект. Не успела Джеки закончить фразу, как он уже стаскивал с нее одежду.
— Хочу тебя обнаженной. — Грег бросил на пол куртку и потянул за край топа.