Чтение онлайн

Обер-адмирал, должно быть, понял, что вторжение было слишком решительным.

– Сегодня я не мог устоять, чтобы не поглядеть на него, - сказал он, склоняясь перед Альтгот, как прирученный медведь, и простодушно сгреб в свою лапу руку рейхсканцлера.

– Ну-с, милый друг, что вы скажете!
– воскликнул Ланна, весь изнутри пронизанный солнцем; таким Терра уже видел его сегодня.

Генерал фон Гекерот заскрежетал, прежде чем разжать челюсти:

– Поздравляю, ваше сиятельство, вы нас опередили.
– Прилив крови к лицу и снова скрежет.

– Что было бы с нами, - зарычал Фишер, призывая дам в свидетели, - если бы в силки Англии попался он, а не Франция?

Предположение Терра подтверждалось. А Гекерот тем временем скрежетал:

– Наше предостережение не было напрасным. Сами видите.

Тогда Ланна перешел на деловой тон.

– Англия постаралась сблизиться с Францией, отсюда явствует, сколь искренно было ее дружелюбие к нам. Но, господа, разве вы не знаете, чего нам стоило вывести на чистую воду этих голубчиков!
– заключил он необычно для него грубо, почти вульгарно.

Терра оцепенел. Так вот тот успех, по поводу которого Ланна принимал поздравления! Правда, Терра взяли уже сомнения насчет внутреннего сияния; глаза рейхсканцлера не глядели прямо, а вульгарный тон был рассчитан на слушателей. Но и тут он не достиг полного успеха: оба штатских не принимали участия в общем хоре восхищения. От рейхсканцлера это не укрылось; он вывел обросший бородой экземпляр на середину комнаты, чтобы тот показал себя.

– Многоуважаемый профессор Тассе, - обратился он к экземпляру, - вы как заместитель председателя пангерманского союза, конечно, вполне солидарны с вашим генералом?

– Я ни с кем не бываю солидарен, - ответил Тассе и неожиданно стал поводить своим большим рыхлым животом, так что рейхсканцлеру пришлось отстраниться.
– А действуем мы всегда заодно, - закончил Тассе со злобной усмешкой в своих густых зарослях.

– Господин генерал, ваш коллега настоящий диалектик, - сказал Ланна, но тотчас же понял, что его двусмысленная шутка не достигла цели. Фон Гекерот совсем недвусмысленно сдвинул перед Тассе каблуки и ждал, что тот еще изречет. И тот без церемоний изрек:

– Весь наш союз во главе с господином генералом уже, как вам известно, высказал свои высокие убеждения. А как мы будем действовать, это мы знаем про себя.
– То же непредвиденное раскачивание живота; на сей раз пострадал Толлебен, случайно приблизившийся к странному феномену.

– Ну, разумеется, - сказал второй штатский, в то время как Гекерот стоял навытяжку. Обер-адмирал позволил себе оговорку.

– Мой флотский союз тоже должен быть принят в расчет, - сказал он простодушно.

– Это опять-таки мы, - коротко пояснил Тассе.

Теперь он один занимал центр салона. Мужчины дружно отодвинулись к стенам. Только полукруг дам в сиреневом, бледно-зеленом, желтом и белом тонах мерцал вокруг Тассе и его помятого фрака. От него исходил запах йодоформа, теперь это всем стало ясно.

– Итак, чего же вы хотите, господин профессор?
– спросил Ланна, стоя на почтительном расстоянии.

– Чтобы нас не смели дурачить!
– заявил Тассе.

– Жиды!
– выкрикнул второй штатский.
– Англия ожидовела, Франция тоже ожидовела. Потому они и объединились против нас.

– Коллега Пильниц тоже не дурак, - снисходительно заметил Тассе.

– Наш известный ориенталист, - пояснил предупредительно Ланна.

На лице гладко выбритого немедленно отразилась его знаменитость. Тассе напрягал свой сдавленный голос, чтобы пресечь отклонение от темы.

– Англия подлая стерва!
– воскликнул он.
– Она думает: мне бы только снять пенки, и примазывается к Франции, которая киснет на суше и совсем сдает на море. С ней ужиться куда легче, чем с растущей во все стороны Германией.
– Тассе наставительно поднял палец.
– Но о чем забывает коварный Альбион{309}? О том, что мы еще существуем.

– Что существует наш Тассе!
– пылко выкрикнул Пильниц, а Фишер и Гекерот одобрительно закивали.

– Когда нам удастся, наконец, свести кровавые счеты с нашим исконным врагом, - поучал Тассе, - мы заодно прикончим и Англию. Тогда уж у нее не будет никаких уверток, пожалуйте к ответу. Только нечего нас дурачить! Флот у нас должен быть!
– Припав на одну ногу, Тассе красовался во всем своем величии и сверкал очками.

– Хейль!
– выкрикнул Пильниц.

– Правильно, правильно!
– подхватили Гекерот и Фишер.

Наступила тишина. Лорнеты дам устремились на Тассе. Тассе, нимало не смущаясь, засунул в вырез жилета вылезшую во время представления сорочку и облюбовал себе удобное место в соседней комнате, - очевидно, он сказал свое последнее слово.

Его коллеги последовали за ним, спустя некоторое время к ним присоединился и Мангольф. Толлебен был явно растерян.

– Поухаживайте за новой великой державой!
– посоветовала ему Алиса Ланна, и он отошел. Рейхсканцлер нерешительно поднялся.

– Ваше сиятельство, - заметил Терра, - вам так или иначе придется считаться с этим явлением.

– Рано или поздно придется, - согласился Ланна, но поспешил сразу же направиться туда.

Оставшиеся в одиночестве дамы теснее сдвинули стулья.

– Милая госпожа Фишер, наконец-то, - сказала Альтгот, обращаясь к жене обер-адмирала, - я давно уже стремлюсь поговорить с вами. Что вы, с присущей вам трезвой объективностью, скажете по поводу короля, который с Клемансо у Ритца...

– Милая графиня, - приветливо, но строго перебила ее седенькая женщина, - послушайте лучше, что я вам скажу: нынче на рынке торговка запросила за пару голубей...

Альтгот осеклась и от смущения засмеялась.

Потом поняла: это был урок - и собралась восстать. Но она увидела неподалеку Ланна, который смиренно сносил поучения Тассе. И тоже решила смириться.

Беллона Кнак-Мангольф предоставила дамам беседовать по выбору - о домашнем хозяйстве или о политике. Сама же с виду равнодушно следила за маневрами своей приятельницы Алисы Ланна и Терра. Алиса встала, Терра встретился с ней. Они не сели, они бродили. Расстояние между обеими группами - дам и мужчин - позволяло им на ходу обмениваться признаниями, никто ничего толком не слышал; лишь когда они проходили мимо, долетало какое-нибудь отдельное слово. Беллона не доверяла им, хотя выражение лица у них было вполне корректное.