Чтение онлайн

— Куда она могла пойти? — спросил Дик догнавшего их лавочника.

— Судя по её поведению, она решила прикончить Хауца, а так как тот сейчас в больнице, то она направится именно туда, — предположил Логвин Пирс. — Я отведу вас кратчайшей дорогой. Эсфирь необходимо остановить, пока она не наделала сгоряча ещё каких-нибудь глупостей.

Все шестеро, не теряя времени, помчались в ближайшую больницу. По пути их догнал полицейский и спросил, задержали ли они злоумышленника.

Этот вопрос вызвал негодование людей из Центра.

— Этим злоумышленником оказалась пятнадцатилетняя девочка, — сказал Артур полицейскому, — вам об этом известно?

— Нет, но что в этом такого? — пожав плечами, ответил полицейский вопросом на вопрос, спешившись с уставшего коня.

— Значит, вас не удивляет то, что в вашем городе даже дети носят оружие и могут его применять, когда им вздумается? Ведь ни на одной цивилизованной планете нет такого варварства! — возмущался Артур, но видел, что полицейский нисколько не удивлён.

— Не забывайте, что по закону Объединения Планет Млечного Пути совершеннолетними считаются те, кто уже достиг четырнадцати лет, — напомнил страж порядка.

— Это ничего не меняет! В возрасте Эсфири ни один нормальный человек не помышляет о такого рода выяснениях отношений с теми, кто ему чем-то не угодил.

— Считайте, что Эсфирь исключение. В нашем Богом забытом Ауленте всякое бывает, я ещё и не такое видел. Но всё же, куда она девалась и почему вы её не арестовали?

— Она ушла, чтобы навестить человека, которого ранила, — поведал о намерениях девушки Рэм, глядя на полицейского с высоты своего двухметрового роста. — Очень любезно с её стороны, не правда ли? А мы сейчас идём её искать, хоть этим должны заниматься не мы, а ваша полиция. Мы же прибыли сюда совсем с другой миссией.

— Я как раз пришёл сюда, чтобы помочь вам, так как уже справился с остальными делами, а их у нашей полиции немало, — ответил полицейский примирительным тоном, глядя на огромного зэрграверянина.

Группа Риска и представитель закона Аулента отправились в больницу, а Логвин Пирс вернулся к своим делам.

Эсфирь бежала по узким улочкам и переулкам кратчайшей дорогой в больницу, где должен был находиться Хауц. Прекрасно зная здесь каждую пядь земли, она воспользовалась известными только ей лазейками в заборах, а потом прошла через заброшенный сад. Всё это помогло ей добраться до цели никем не замеченной и значительно скорее, чем, если бы она просто шла по дороге.

Подойдя к больничному зданию в несколько этажей, она поправила растрепавшиеся волосы, чтобы получше прикрыть висевшие на поясе ножны с кинжалом. Убедившись, что её никто не видит, Эсфирь двинулась к чёрному ходу. Её ничуть не беспокоило то, что её платье было слегка вымазано красными пятнами, происхождение которых можно было легко определить, а ножны были полны крови, так как Эсфирь, ранив Хауца, поначалу сразу же вложила кинжал, не вытерев его, в ножны. Быстро и без остановок поднявшись по запасной лестнице, Эсфирь, восстановив дыхание, спокойно вошла в отделение хирургии и бесцеремонно осмотрела лежавший на столе список вновь поступивших. За этим занятием её застала медсестра, которая не могла не удивиться такому нахальству юной незнакомки, ведь та даже не принадлежала к медперсоналу клиники.

— Что ты делаешь? Кто тебя сюда пустил? — строго спросила медсестра Эсфирь, отбирая у неё бумаги. — Сейчас же уходи отсюда!

На Эсфирь это не произвело никакого впечатления. Вместо ответа она достала кинжал, и спросила перепуганную медсестру:

— В какой палате лежит Хауц?

— В восьмой, — пробормотала медсестра, с ужасом глядя на кинжал, уже отведавший чей-то крови.

Эсфирь быстро пошла по коридору, ища нужную палату, а медсестра с воплем кинулась на первый этаж за помощью.

Внезапно поднявшаяся песчаная буря немного задержала в пути Группу Риска и полицейского. Они вошли в больницу через несколько минут после Эсфири и первое, что им бросилось в глаза, это перепуганная медсестра, взывающая о помощи. О причине её паники они, почему-то, догадались все сразу.

— Что случилось? — полицейский подбежал к медсестре, уже зная, что услышит в ответ.

— Там девушка…она с окровавленным кинжалом… — сказала медсестра, прерывисто и тяжело дыша от быстрого бега и испуга. — Она ищет Хауца.

— Где она сейчас? — Том бросил взгляд по сторонам, пытаясь угадать, где Эсфирь.

— В хирургии, на четвёртом этаже, — услышал он ответ, уже мчась к лестнице со всеми остальными.

Эсфирь быстро нашла нужную палату. Тихо войдя, она заперла за собой дверь. В палате стояла только одна кровать, и на ней лежал Хауц.

Он мирно спал.

Эсфирь медленно подошла к больному, сверля его взглядом, полным ненависти, и остановилась у него в ногах. На секунду она почувствовала слабость и оперлась рукой о кровать, но в следующий момент силы и решительность вернулись к ней.

— Хауц, — негромко позвала Эсфирь.

Раненый что-то страдальчески простонал, но не проснулся.

— Хауц, проснись! Я приказываю тебе! — произнесла Эсфирь ледяным, каким-то безжизненным голосом, и протянула к Хауцу руку.

Тот вздрогнул, будто его ударили током, открыл глаза и замер. Сквозь пелену в глазах, словно в тумане, увидел фигуру человека, стоявшего за спинкой кровати в его ногах.

— Кто ты? — спросил Хауц слабым голосом.

— Я твоя совесть, твоё прошлое, зови меня, как хочешь, но у меня есть имя. Я — Эсфирь, — промолвила девушка замогильным и тихим голосом.

Услышав эти слова, Хауц закричал. Его услышали Группа Риска и полицейский, бежавшие по коридору.

— Что ты от меня хочешь? Ты хочешь меня убить, но за что? Ведь я тебя почти не знаю! — пролепетал дрожащим голосом раненый.

В это время в дверь раздался стук и требования открыть её, но Эсфирь даже не пошевелилась. Она тяжёлым взглядом смотрела на Хауца и, казалось, не видела никого, кроме него, и не слышала ничего, кроме сдавленного стука собственного сердца.

— Эсфирь! Эсфирь, открой! — услышала она голос из-за двери, но не ответила. — Эсфирь, ты там?

— Она здесь! — завопил из последних сил Хауц. — Помогите, она хочет меня убить!

За дверью послышалась возня. Запертая дверь была массивной и с хорошим замком, а потому её никак не могли открыть.

В глубине глаз Эсфири исчез смутный призрак давней боли, и на смену ему пришла безжалостность.

— Пока откроют эту дверь, у меня есть ещё несколько минут, — спокойно произнесла Эсфирь, — и я хочу тебе кое-что напомнить.

Хауц увидел, как её рука не спеша потянулась к ножнам, в то время как её глаза не отрывались от его лица. Взяв кинжал за лезвие у рукояти и, протянув руку вперёд, Эсфирь показала его Хауцу. Несколько капель крови упало на белые простыни.