Чтение онлайн

Я постаралась сохранить каменное лицо:

– И что?

– Не узнаешь? Это снято с маленького братца Зеемана.

– Срезая волосы, крови не получишь, - сказала я.

– Не получишь, - рассмеялся он, ерзая на стуле как ребенок, которому не терпится довести шутку до конца.
– Там, в коробочке, еще один презент. Подними вату.

Я положила локон на стол, и он блеснул в свете лампы, сворачиваясь. Мне не хотелось поднимать вату. Не хотелось смотреть, что они еще отрезали от Дэниела. Единственное утешение: из страшных вариантов, что промелькнули у меня в мозгу, почти все потребовали бы коробочки побольше.

Я подняла вату - и рухнула на колени, будто меня по голове стукнули. Так я и стояла, пялясь на кончик мизинца, слишком тонкого, чтобы он принадлежал Дэниелу. Лак на ногте был все еще безупречно положен, гладок и бледен. У мамы Ричарда ничего не бывает delasse.

Доктору Патрику пришлось вскочить с места, чтобы его вырвало хотя бы в раковину. Слабоват для врача и для вервольфа.

– Что это?
– спросила Черри.

Я не могла произнести ни слова. Ответил Ашер, потому что увидел содержимое коробки у меня из-за плеча.

– Женский палец.

Джейсон только-только входил в кухню.

– Как ты сказал?

Дональд, вампир, спросил:

– Что ты сделал, человек?

– Мы поймали брата и мать Ричарда, - объяснил Томпсон.
– Я считал бы, что тебя надо просто убить, но Найли платит деньги, и он заказывает. А он хочет дать тебе выход помимо убийства. Похоже, он думает, что если не будет пытаться убить тебя, ты не будешь убивать его. Правда, забавно?

Я наконец смогла оторвать взгляд от пальца Шарлотты Зееман:

– Чего ты хочешь?

– Вы сегодня же ночью уезжаете. Мы освобождаем мать и брата Ричарда утром, когда уверимся, что вас действительно здесь нет. Если вы еще будете здесь, Найли продолжит стрижку кусочков с семьи Зеемана. Может, в следующий раз это будет ухо или что-нибудь побольше.

Он осклабился. Брутальным садистом был этот Томпсон, но он совсем меня не понимал. Иначе бы не улыбался.

А по лицу вампира Дональда было видно, что он меня понимает.

Я очень медленно встала. Положила коробочку на стол, рядом с локоном. И голос у меня был на удивление спокоен, почти лишенный интонации.

– Где они?

– Мы их оставили целыми и невредимыми, - ответил Томпсон.

– Я не знал, что они сделали, - сказал вампир.
– Не знал, что они изувечили члена семьи вашего третьего.

Я покачала головой:

– Понимаешь, Дональд, в том-то и проблема. Когда начинаешь играть за плохих парней, никогда не знаешь, насколько они будут плохие. Вы оба просто оставили Дэниела и Шарлотту там, где они есть.

– Ага, - согласился Томпсон.
– Старина Дон подбросил меня на своей машине.

Я глядела на палец. Кажется, я не могла оторвать от него взгляда. Потом я все же подняла глаза на вампира Дональда:

– Значит, вы оба знаете, где они.

У Дональда глаза полезли на лоб.

– Я не знал, - прошептал он.

Ашер шагнул вперед и положил руки на плечи Томпсону.

Тот не встревожился.

– Если с нами что-нибудь случится, с ними двоими будет еще хуже. У Ричарда мамаша очень симпатичная. Жаль было бы это менять.

– Я очень сожалею о том, что они сделали, - сказал Дональд, - но мой приказ остается тем же. Вы должны покинуть нашу территорию сегодня же ночью.

– Позвони по телефону. Скажи, что мы сдаемся. Пусть только их не трогают, и нас уже нет.

Томпсон мерзко ухмыльнулся:

– Никаких телефонов. Нам дали два часа. Если мы после этого срока не вернемся, они начнут отрезать кусочки, и это сильно скажется на ее внешности.

Я кивнула, вытащила браунинг, нацелилась и выстрелила одним движением. Даже не помню, как наводила на цель. Голова вампира взорвалась облаком крови и мозгов. Тело качнулось и упало назад, прихватив с собой стул.

Ашер удержал Томпсона на месте. Лицо помощника шерифа заляпало кровью и мясом. Какой-то кусок полз у него вниз по лбу, Томпсон попытался его смахнуть, но Ашер ему не дал.

Я вытащила пистолет у него из кобуры, а браунинг приставила ему ко лбу.

Томпсон перестал отбиваться, только злобно глядел на меня. Надо отдать ему должное - покрытый мозгами и кровью, в тисках вампира, под дулом пистолета, он демонстрировал храбрость.

– Убей меня. Это тебе ничего не даст, кроме их тел, изрезанных в куски.

– Скажи мне, где они, Томпсон, и я их заберу.

– Хрен тебе! Ты меня все равно убьешь.

– Даю тебе слово, что если ты скажешь нам, где они, и мы их выручим живыми, ты останешься жить.

– Я тебе, сука, не верю.

– Знаешь, Томпсон, чем плохо быть лживым, коварным и продажным предателем? Начинаешь всех остальных считать такими же.
– Я поставила браунинг на предохранитель и сунула его в кобуру.
– Я свое слово держу, Томпсон. Ты хочешь жить или нет?

– Найли и Лайнус Бек куда страшнее, чем ты когда-нибудь будешь, сыкуха.

Он назвал меня сукой и сыкухой. То ли он дурак, то ли...

– Ты пытаешься меня достать, чтобы я тебя убила.

– Если я заговорю, мне все равно не жить. А Найли не просто меня пристрелит.

Томпсон глядел на меня, и в его глазах была твердая уверенность, что он уже покойник. Весь вопрос в том, кто и как это сделает. Он предпочитал, чтобы я сейчас, чем Найли потом.

– Он не боится смерти, - тихо сказал Ашер.

– Да, не боится, - согласилась я.

– Можно вызвать копов, - предложил Джейсон.

– Уж если он вас, ребята, не боится, то копов из полиции штата он точно не испугается.
– Я стояла, глядя на Томпсона сверху вниз, пристально.
– Я еще не знаю, что я с тобой сделаю, Томпсон, но я тебе скажу, чего я не сделаю. Я не буду сидеть и ждать, пока протикают два часа. Я не дам умереть Дэниелу и Шарлотте.

– Тогда уезжай, - сказал Томпсон.

– Я видела Найли, Томпсон. Ты действительно думаешь, будто я поверю, что он их отпустит?

– Он сказал, что отпустит.