Чтение онлайн

Он потянулся меня поцеловать:

– Всегда рад.

Поцелуй затягивался, переходя в нечто большее. Я придвинулась к нему, закинула на него ногу, но тут он освободился и поднялся на колени.

– В чем дело?
– спросила я. Сегодня ночью, когда уже было поздно, мы выяснили, что я на таблетках. Но приятно было видеть, как Ричард испугался, подумав об этом. Поскольку вервольфы не болеют и болезней не переносят, то после выяснения вопроса о беременности проблем не оставалось. Это, кстати, объясняет, почему я не беспокоилась, вылизывая кровь с ликантропов этой ночью. Грубо, но не опасно.

– Не могу, - ответил Ричард.

Я глянула вниз.

– Ну да! Я же вижу, что ты готов.

Он покраснел.

– Ты же видела, что было ночью, Анита. Сейчас полнолуние ближе, и я владею собой хуже, а не лучше.

– А!

Разочарованная, я легла опять на кровать. Минуту назад меня мучили угрызения совести, что мы уступили вожделению, и вот я недовольна, что мы не можем сделать это снова. Такая у меня логика насчет мужчин.

– Я рад, что ты тоже расстроилась, - сказал он.
– Минуту назад мне казалось, что сейчас ты вылезешь из кровати, скажешь, что произошла страшная ошибка, и вернешься к Жан-Клоду.

Я закрыла глаза руками, потом заставила себя взглянуть на Ричарда. Он такой сногсшибательно красивый, что заговорить с ним я затруднялась, но это было необходимо. Если он думает, что я брошу Жан-Клода, то оставить его слова без ответа я не могла. Хотя и хотела.

– Как ты думаешь, что значила эта ночь, Ричард?

Улыбка его чуть увяла, но не до конца.

– Для меня она что-то значила, Анита. И для тебя, я думал, тоже.

– Значила. И значит. Но...

– "Но" - это насчет Жан-Клода, - тихо сказал Ричард.

Я кивнула, прижимая к груди простыни.

– Да.

– Ты не можешь после этой ночи снова всего лишь встречаться с ним?

Я села и протянула к нему руку. Он протянул мне свою.

– Мне так тебя не хватало, Ричард. Секс - это приятно, но...

Он приподнял брови:

– Всего лишь приятно?

Я улыбнулась:

– Это чудесно, невероятно, и ты это знаешь. Но ты понял, что я хотела сказать.

Он кивнул, волосы упали ему на глаза. Он убрал их рукой.

– Я знаю. Мне тоже тебя не хватало. Так грустно было без тебя по выходным.

Я прижала его руку к своей щеке:

– И мне.

Он вздохнул:

– Значит, ты собираешься продолжать с нами обоими?

Я опустила его руку к себе на колени.

– А ты с этим примиришься?

– Быть может.
– Он наклонился и поцеловал меня в лоб, тихо-тихо. Отметь, я не просил тебя его бросить и встречаться только со мной.

Я коснулась его лица.

– Отметила, с облегчением и удивлением одновременно. И спасибо тебе, что не попросил.

Он чуть отодвинулся, чтобы яснее меня видеть. Вид у него был очень серьезный.

– Ты не любишь ультиматумов, Анита. Если бы я на тебя надавил, проиграл бы.

– А зачем тебе выигрывать, Ричард? Почему ты просто меня не бросишь?

Он улыбнулся:

– Теперь она мне предлагает выбор.

– Я тебе и раньше давала выбор, - сказала я.
– В смысле, я знаю, зачем Жан-Клод за меня держится. Я усиливаю основы его власти. А тебе было бы лучше, если бы ты выбрал в лупы приличную вервольфицу. Я основы твоей власти подрываю.

– Я тебя люблю, - просто ответил он.

– И почему у меня такое чувство, что мне надо за это просить прощения?

– Я много думал, почему у меня не получается тебя ненавидеть. Почему я не могу от тебя отстать.

– И?
– спросила я, заворачиваясь в простыню, как в гнездо, чтобы не быть голой. Если после этого разговора он меня бросит, голой мне быть не хотелось. Глупо, но правда.

А Ричарда нагота вроде бы не смущала. Честно говоря, она отвлекала меня.

– Мне нужна подруга - человек. То есть не чудовище. Не монстр.

– Куча девчонок были бы рады быть твоей мягкой игрушкой.

– Это я понял, - сказал он, - но ни с кем из них у меня секса не было.

– А почему?

– Подальше от полнолуния я лучше собой владею.

Глаза не превращаются, тем более руки. Могу сойти за человека, но я не человек. Ты видела, кто я, и даже ты еле смогла с этим примириться.

На это я не знала, что сказать, потому и промолчала. Он опустил глаза, перебирая пальцами край простыни. Голос его стал очень тих.

– Когда я первый год был в стае, у одного из новых волков была человеческая подруга. Однажды он ей раздробил лобок, когда они соединялись.

Я вытаращила глаза:

– Несколько грубо.

Ричард покачал головой.

– Ты не понимаешь, Анита. Сила есть сила. Мы можем кидаться малолитражками. Если не осознаешь своей силы, то не можешь ее контролировать.
– Он внезапно поднял на меня глаза, глядя из-под завесы волос. Таков был любимый жест Габриэля, будто волосы утешительно напоминали мех.
– Ты - первая женщина не ликантроп, с которой я был близок с тех пор, как сам им стал.

– Пожалуй, я польщена.

– И я все еще боюсь тебя поранить, как мой друг поранил свою подругу, или еще каким-нибудь способом из тысяч других. Во время секса теряешь над собой контроль - это ведь тоже входит в удовольствие. Я никогда не имею права терять контроль - полностью терять. Разве что с женщиной-ликантропом.

Я посмотрела на него.

– Ричард, что ты пытаешься сказать?

– То, что ты хочешь встречаться с нами обоими. И близкой быть с нами обоими. Мне это очень не нравится, но...

Я смотрела на него в упор, и мне очень не нравилось, что он не закончил фразу. Нервировало.

– Но что, Ричард?

Он отвел волосы двумя руками, его напряженное лицо открылось полностью.

– Но я буду встречаться с женщинами-ликантропами.

Я так и уставилась на него, не отводя глаз.

– Скажи что-нибудь, - попросил он.

Я открыла рот. Закрыла. Открыла снова.

– Ты хочешь сказать, что будешь и дальше спать с Люси.

– Не с Люси, она... ты ее видела. Она никогда не сможет быть лупой стаи.