Чтение онлайн

Нет, я не считаю, что мне не стоило ее брать, ведь она и правда была мне нужна. В темноте она всегда была для меня лучиком света и тепла, который был готов поддержать меня в трудную минуту, но из-за своего эгоизма я не смогла ответить ей тем же.

Мои ноги погрузились в ледяную воду, но я не обращала на неприятные ощущения абсолютно никакого внимания. До ушей доносился приятный звук волн, приходящих одна за другой из-за горизонта, чтобы один единственный разок соприкоснуться с берегом, омывая мягкий песок солоноватой жидкостью. До сих пор не могу представить, каким образом мне удалось донести тело девушки из Бринбурга до самого большого озера из всех что я видела, но было ощущение что любые опасности в виде диких зверей, природных явлений, и даже голода отступили назад, чтобы дать мне время исполнить обещание и попрощаться с дорогим человеком. Впрочем, наверняка это все оказалось простым совпадением, кроме, разумеется, голода, до которого мне попросту нет дела.

Я прислонила давно окоченевшее, дурно пахнущее и частично разложившееся тело Мии к ближайшему дереву таким образом, чтобы ее лицо было повернуто к воде. Все, что мне удалось сделать для нее после смерти, это исполнить наконец свое обещание, пусть и слишком поздно. Она хотела увидеть бескрайние водные просторы, но в итоге это место станет ее последним домом. Голыми руками я рыла яму в земле неподалеку на протяжении нескольких часов, игнорируя усталость и доводя себя до все большего изнеможения. В какой-то момент моя правая рука напоролась на острый кончик камня с краю и по руке потекла вниз струйка крови. Мое состояние меня не волновало, поскольку в отличие от нормального человека я не имела того самого предела, и те мучения, что приходится испытывать, не более чем очередная плата за мои ошибки.

Лишь на закате мне удалось завершить работу, после чего я в последний раз присела рядом с Мией и позволила себе насладиться успокаивающим видом водной глади. Это напомнило мне, как мы сидели у озера. Точнее, сидела я, а Мия то и дело чем-то занималась, собирала травы, ловила рыбу, или даже купалась, но почти никогда не отдыхала вместе со мной под кронами ветвистых деревьев.

Посмотрев на нее, я заметила, что из-под робы исходит маленькое, еле заметное сияние. Протянув руку, я нащупала там цветок и кусок коры, исписанный уже известными мне символами. Выведены они были красиво и очень угловато, но все же не так аккуратно, как это делала Вессия в своем храме.

Дорогая Рэвери.

Я вынужден извиниться перед тобой. После встречи с Ламиром, я заподозрил, что он замышляет нечто нехорошее, и мог попытаться его остановить, но принял правильное решение слишком поздно. Спустя некоторое время после окончания нашей тренировки, я пытался найти тебя, но твой дом оказался пустой. Только потом Фелингер начал выводить нас из города, потому что то, чего я так сильно опасался, уже случилось.

Мне безумно жаль, что я потерял столь талантливое дарование и не смог ничем помочь Мие, но знай, что несмотря на все это, я всегда буду вас помнить, а ты останешься моей ученицей, о которой мне еще не раз доведется рассказывать, как об одной из самых лучших. Уверен, ты сможешь развивать свою энергию дальше самостоятельно и использовать ее правильно, ведь никто ранее под моим крылом не осваивал элементы так быстро, как это делаешь ты.

Скорее всего, мы больше никогда не встретимся, поэтому напоследок я должен сказать тебе кое-что важное. Твой четвертый элемент — время. Возможно, ты сама подозревала, и я не знаю, как ты воспользуешься этим знанием, но настоятельно не рекомендую использовать эту силу до тех пор, пока точно не будешь уверена в своей готовности…

И пусть твоя внутренняя энергия направит тебя в верном направлении.

Гелиас.

Я спрятала кусок коры под свою накидку. Значит, зря я винила своего наставника, он хотел помочь, просто не успел вовремя. Жаль, что мы так и не поговорили, но, может, это и к лучшему, потому как несмотря на катастрофу мы все-таки разошлись с хорошим отношением друг к другу. Увы, я не собираюсь продолжать осваивать энергию, потому что в моих руках такая сила приносит лишь смерть и разрушения.

Встав с земли, я посмотрела на цветок. Его сияние утратило большую часть своей силы, а когда к нему прикоснулись мои руки, лепестки тут же опали, прямо в полете теряя свои последние остатки света. На ощупь они ощущались сухими и мертвыми, впрочем, как и само растение, жизнь которого ушла вместе с ее хозяйкой. Я уложила тело девушки на дно могилы и аккуратно вложила в ее холодные белые руки остатки цветка. После того, как тело было закопано, я нашла хороший плоский камень, который сразу был использован как надгробие. Обычно, в те времена, вместо него использовали ровные доски из березы или дуба, но достать их у меня сейчас нет возможности, да и портятся они со временем, тогда как камень останется таким же камнем даже спустя долгие годы.

Мне вспомнилось, как когда-то давно таким же образом я хоронила свою сестру. Тогда мною еще не была изучена хоть какая-то письменность, но хотелось отметить могилу по-особенному. Большинство людей в том селении использовали какие-то знаки, смысл которых они придумывают сами. Вдохновившись этой идеей, я нарисовала на надгробии последней родственницы символ, который запомнился мне из одного странного сна в детстве, точное содержание которого я, увы, не помнила.

Могилу Мии я решила все же подписать на языке дефиксов, но добавить при этом тот же самый символ, потому что этого человека я могла считать частью своей семьи, пусть и не так уж и долго. Более шести лет мы провели вместе. Я не ценила это время, постоянно задумываясь о своем предназначении, и буду жалеть об этом целую вечность.

Голубые крылья, не похожие на часть тела ни одной птицы, что я видела в своей жизни. Большие и величественные, они в то же время казались хрупкими и нежными настолько, что, казалось бы, распадутся от малейшего прикосновения. К сожалению, у меня не было возможности окрасить их в соответствующий цвет, поэтому пришлось просто выскребать контур на каменной плите.

Убедившись, что надгробие прочно вбито в землю, я в последний раз посмотрела на необъятную водную гладь. Моя внешность незначительно изменилась после случившегося в Бринбурге: несколько маленьких локонов спереди сменили цвет на бледно-голубоватый, как у луны, а маленький кусочек левой радужки глаза приобрел красноватый оттенок. Я так и не поняла, связано это с перерождением, или же дело в чем-то другом…

Мне вспомнился один из наших диалогов, в котором мы с Мией обсуждали обустройство мира. Тогда она высказала версию, что загробное пространство находится вокруг нас, но сокрыто за бесконечными водными просторами.

«Где-то ведь он должен находится, не так ли?»

В голове пронесся образ девушки, с яркой и безмятежной улыбкой бегающий по цветущим полям. Теперь она в лучшем мире, и, возможно, когда-нибудь мы встретимся.

И тогда мне непременно хватит смелости чтобы извиниться перед ней. За все. В ответ она лишь рассмеется, и в очередной раз напомнит, какая же я глупая…

Однако, мой путь еще не окончен, и прежде чем отправится на поиски своей судьбы, я подняла голову и прошептала последние слова:

— До встречи на том берегу.

Великая цель всегда требует маленьких жертв.

— И что же мне с ними делать, Виз?

Мой ближайший советник смотрел на меня, и на его лице читалась твердая уверенность. Вопрос и правда был лишним, ведь мне уже в точности известно, что он скажет.

— Мы не можем их пощадить, моя госпожа. Дашь слабину один раз, и народ воспользуется этим снова. Тебе следует показать им, что будет с каждым, кто посмеет у нас воровать.

Я вздохнула.

— Конечно, не стоило надеяться, что все будет так просто.

Виз сел на деревянную лавочку напротив и более серьезно продолжил свою мысль.

— Рэвери, совсем недавно мы с тобой говорили о том, что наша первичная цель — это народ. Но чтобы контролировать общество, его нужно держать сильной рукой, а потому наша задача дать им понять, что за любым проступком последует наказание.