Голубые пуговицы
Шрифт:
Видимо, от сознания собственной важности память у меня начисто отшибло. Договор подписала, а печать не поставила. Поскакала за печатью. Тыц! Шлёпнула. Прибежала. Ага. Приходный ордер в кабинете оставила, побежала, принесла. Угу. Копию паспорта забыла сделать, опять рванула в бухгалтерию. Клиент с возрастающим недоумением, а потом уже и весёлым любопытсвом смотрел, как я, словно припадочная коза, кругами ношусь по офису.
Но надо было видеть его глаза, когда я ему принесла вместо паспорта заверенную копию! От такие, натурально, были. Он при этом начал нервно подхихикивать. Я бы не удивилась, если б у него глаз дёргаться начал (а может, просто не разглядела). Девочки на кассе уже ржали в голос. Правильно, говорят, Юлька, вклад у него на сто восемьдесят два дня, вот через полгода и отдашь паспорт, неча ходить деньги снимать. В общем, хожу по-прежнему в джинсах вопреки офисному дресс-коду. Оно как-то спокойнее.
***
Утро вечера мудренее – эта поговорка срабатывает почти всегда, как ни странно. Вчера я металась, переживала, даже всплакнула о чём-то глубоко несбыточном, долго и сумбурно писала дневник, стирала… В общем, трепала себе нервы с превеликим удовольствием. Утром же, вполглаза глянув в интернет, увидев там -30 градусов (а это значит утренняя свистопляска со сборами в школу отменяется) я стянула плед с дивана, завернулась поплотнее и уснула дальше спать. Проснувшись, вместо обычной готовки, уборки и прочих бытовых радостей, пошла в магазин. Пошла с дальним прицелом – купить какую-нибудь крайне необходимую фигню. Например, деревянный столик-поднос, чтобы безнаказанно лопать бутерброды с чаем прямо на диване. Столик я не нашла. Владелец мебельного отдела, неизвестный Ахмет, оставил на стеклянной двери мятую записку, мол, буду в три. Или в пять? Не судьба, весело подумала я, да и пошла дальше. И нечаянно забрела в книжный магазин. А потом в продуктовый. И устроили мы вечером с Кукунцией себе пир на весь мир – оливье, борщ, плюшки с молоком, мандарины и мороженое. Как говорится, люблю повеселиться, особенно пожрать.
И вот сегодня, повторюсь, вместо того, чтобы облизывать полы и гладить рабочие блузки, мы с Кукуней лепим свечи, делаем самопальные гравюры, заливаем разноцветное мыло в формочки и потом полтора часа им же, свежезаготовленным, умываемся. Едим мандарины, валяясь на диване (и на фига нам тот столик?), играем с котом Томасом палкой-удочкой с привязанной на конце дохлой мышью, и замазываем царапины зелёнкой (растёт парень! раньше только кусался).
Так вот, к чему это я тут расхвасталась. Передышка. Нам всем ужасно иногда нужна передышка – бессмысленные, но приятные вещи, вроде этих свечей или развесёлых игр с котом, как-то не то чтобы скрашивают жизнь, но помогают отвлечься от серьёзных, но таких повседневных забот! Давайте отдыхать. Хотя бы иногда. И обязательно – вместе.
***
Стою в магазине, дитятко выгнала за кассу, пусть у дверей ждёт. По всей видимости, я что-то важное забыла, вроде шоколадки, потому что Куропатка таращит на меня прямо уже всё лицо и делает страшные пуговицы. Я же, сделав морду бубликом, как бы совсем её не понимаю. Ну вот не купила я шоколадку, да, да! Поворачиваюсь, выдаю шикарный взгляд и, чеканя слова, говорю:
– Погоди, мин херц, я сейчас к тебе выйду и мы обо всём договоримся!
Не учла я только одного – Кукуня маленькая, а мужик рядом большой стоял. Ну, и смотрела я, получается, вроде как на него. Ладно он, но вот женщина, стоявшая рядом, сделала глаза пострашнее Кукуниных.
– Штооо?!
Вот тут я и струхнула. Поправилась:
– Женя, подожди…
– Женя?! Женя, это что за баба?!
Нам аплодировали продавцы и вся очередь! А нас они потом до дома подкинули, большой Женя и его ревнивица-супруга.
***
Прихворнула моя Куропатка. Слегка пугнула, покашляла. Ну, мне много-то и не нужно, я ж паникёр тот ещё. Счас, говорю, будем малину ложкой хлебать и ингаляцию делать. Женя ходила, ходила, ждала-ждала, а я что-то задумалась. Дёргает меня за рукав:
– Так я где ингалить-то буду?
Тут, говорю. Сейчас ингальнём на всю катушку. Достала кастрюльку, начистила в неё картохи сколько-то, хорошенько вскипятила, и достала старое одеяло – накрываться. И мы полезли под одеяло. А тут мама моя звонит. Что делаете, девочки? И Женя этаким скучающим голосом пресыщенного удовольствиями человека говорит:
– Да так… Картошку нюхаем…
…И под одеялом она не даёт мне покоя!
– Мааам! – сдавленный шёпот – А ты сейчас сможешь картошечки из кастрюли поесть?
И хохочет, козявка. Не скучно лечиться с ней! Будьте здоровы.
***
Я идиотка. Нет-нет, я не веду себя как она, но чувствую себя отчего-то именно ей! Ну то есть веду, конечно, но только не в этот раз! Не знаю, как так получается. Просто парадокс какой-то. Парадоксами моя жизнь очень даже наполнена, если не вообще состоит только из одних них! Как-то раз в отвлечённом разговоре с драконом про всяческую жизнь мы коснулись семейной жизни в частности. И он сказал какую-то совершенно невероятную вещь. Что-то не менее парадоксальное, чем чувство идиотизма, при том, что ты вовсе не идиот. Что-то про унитазный кружок, у которого, оказывается, ещё и существует своё какое-то технически и научно обоснованное наименование. Сложное какое-то. Ну да не суть.
Так вот, всё дело в этом самом кружочке для унитаза. Дракон, смеясь глазами, мне долго втолковывал, что несчастный кружок вполне может стать предметом ссоры, даже развода и вообще нехилым камнем преткновения! Представляете? Вплоть до смертоубийства. Что-то там про доминантное положение, альфа-самцов и поднятую крышку. Чушь какая. Но я честно пыталась взять в толк, о чём это он. Хотя до сих пор подозреваю его в том, что он просто смеялся надо мной. Я делала рыбьи глаза, и чесала макушку, не имея достаточного интеллекта связать эти две потрясающие вещи.
Короче, я тогда ни черта не поняла. Но, придя сегодня в хозяйственный магазин, решила таки поменять этот самый кружок. Просто на всякий случай. Ну чувствовала я, что это всё же потенциальная угроза моему благополучию! Этих волшебных хреновин там была целая витрина. Представляете – развестись или насмерть поругаться из-за таких вполне себе симпатичных штучек? Признаться, все они были довольно миленькие. И я даже несколько растерялась.
– Вот, есть пластмассовыэ, а есть мягкиэ – несколько невнятно прожевала в мою сторону девица в свитере с вытянутыми рукавами, оказавшаяся продавцом в этом магазине. Моём любимом, можно сказать. Мини-барахолка, до которых я большая охотница. Помимо кружка для унитаза – черт, до чего оказалось трудное дело! – я прикупила ещё кубики для сливного бачка и пару тряпочек. То есть у унитаза получился как бы день рожденья.
– Ну какоэ?.. – нетерпеливо переспросила меня мнущаяся рядом продавщица сих девайсов, жуя жвачку и переминаясь с ноги на ногу. К тому времени, как я более-менее определилась с выбором, она оказалась изрядно мной замученной. Решив, что парусник для моего старенького унитаза и развалин вместо нормальной ванной комнаты будет слишком пафосен, я остановилась на каких-то фиолетово-зелёных цветочках.
Так вот. Собственно, идиотизм ситуации. Этот сволочной кружок с мягким сиденьем теперь всякий раз, как только я на него сажусь, протяжно вздыхает! Нет, вы представляете – весы не вздыхают, а он вздыхает, подлец!
В общем, дракон был прав. Определённо этот самый кружок вполне способен испортить жизнь кому угодно. Тем более мне.
***
Деть в деревне у бабушки. А бабушка у нас важный мэн – директор клуба. И Женька с ней на работу таскается постоянно, летом всякие развлекаловки для детей – и батуты, и площадка, и игры. Досуг, короче. И дискотеки в том числе.
И теперь каждую пятницу Женя устраивает бабушке натуральный вынос мозга – «Что мне надеть?». Неполных восемь лет пигалице! Пока разговариваем по телефону с мамой (они собираются), на заднем плане диалог: