Чтение онлайн

– Дядя Костя, я не виновата, это все они придумали... И меня заставили... Я не хотела... Они насильно...

– По-другому не бывает. Скольких потаскух я выслушал, а сценарий один и тот же. Но перейдем к делу, кто они такие?

– Знакомые пацаны...

– Конечно, я помню, что по снегу меня катали далеко не барышни. Говори конкретно, кто такие, где живут, как фамилии, где работают и давно ли вы этим промыслом занимаетесь?

– Дядя Костя... Я не могу... Они предупре-е-е-дили ме-е-еня, если кому-ни-и-будь рас-ска-а-ажу, то они-и ме-е-ня у-у-убью-ю-ют.

– Это ваши проблемы, нехрен было к ним лезть. Мне же давай адреса, или я сейчас же вызываю милицию.

– Дядя Костя, я их боюсь!
– попыталась завыть девка в полный голос, но вовремя опомнилась, испуганно взглянув на дверь.
– Лучше уж в тюрьму, чем к ним в лапы.

– Успокойся, не реви, выход всегда можно найти, если подойти к делу с умом. Сделаем так, чтобы овцы были целы и волки сыты. Я не буду впутывать тебя в эту историю, скажу, что случайно подслушал твой разговор с ними. Когда и откуда ты давала им наколку?

– Вчера, сразу же после того, как ушла от вас. Я позвонила Рахиму домой из автомата, что внизу, в фойе, возле пальмы.

– Что ты ему рассказала? Говори конкретно, это очень важно для тебя самой. Ты обращалась к нему по имени?

– Да, я сказала, что есть клиент, назвала точную сумму и описала, как вы одеты. Он, как всегда, пообещал мне десять процентов, но пока не отдал.

– Этого я знать не должен, ведь я не мог слышать, что он тебе отвечает, одно скажу, совсем они твой труд не ценят. У тебя есть записная книжка?

– Да, конечно, а что?

– Там записан телефон этого самого Рахима?

– Записан, Рахим Каримов.

– А его адрес?

– Адреса нет, но я так помню, у него частный дом, Чехова, 96, он там с братом и женой Нинкой живет.

– Отлично, запишешь адрес в книжку и отдашь ее мне. Если что, скажешь, потеряла или украли. Действуй.

Нужный нам дом не казался ветхим. Среди отживших свой век хибар он смотрелся добротно и внушительно. Уже стемнело, и над крыльцом уютно горели два фонаря, обещая тепло и покой. План операции мы с Максом разработали заранее и теперь терпеливо ждали благоприятной минуты. Между делом Макс сообщил мне, что Труфанов Юрий Николаевич действительно проживает в нашем городе, но мужчина он порядочный и за всю свою восьмидесятилетнюю жизнь не совершил ни единого преступления, если не считать двух инцидентов, когда бил морду соседу. А паспорт потерял год назад, о чем сразу же заявил в милицию.

Стояли мы в тупичке, чтобы не привлекать внимания, свет не зажигали, довольствуясь угольками бесконечных сигарет. За рулем сидел я, Макс расположился на заднем сиденье, как всегда спокойный и невозмутимый. Дверь дома открылась, и мы насторожились. На крыльцо вышел мужик, закурил сигарету и поперся в пристройку, наверное, приспичило. Еще дважды тревога была ложной. Но в конце концов наш час пробил. К калитке подошла женщина и попыталась открыть ее своим ключом. Не торопясь, без лишнего шума я подъехал вплотную.

– Простите, добрый вечер, - чуть приоткрыв дверцу, вежливо поздоровался я.
– Вас Ниной зовут?

– Да, а что? Я...

Больше ничего она сказать не успела, потому что Макс сработал четко и безукоризненно. Не успела она и пикнуть, как беспомощно барахталась в его опытных объятиях, а я уже гнал по узенькой улице частного сектора. Ничего не понимающую бабу было жалко, но себя больше.

– Макс, - через плечо попросил я, - ты поаккуратней с ней, не поломай ничего, она нам живая нужна, а вы, фрау-мадам, не бойтесь, насиловать вас не будем, убивать тоже.

Баба притихла, прикидывая, на кой же тогда ляд она нам нужна. Возле неприметного автомата на выезде из города, там, где была припаркована уховская "шестерка", я остановился, набрал заветный номер и попросил товарища Рахимова.

– Какой я тебе товарищ?
– недовольно прогундел знакомый голос.
– Ишак тамбовский тебе товарищ! Чего тебе надо?

– Подъедешь, козел, туда, где вы сегодня с утра меня потрошили, и привезешь те две тысячи плюс пятьсот баксов за моральные издержки и оскорбления. Я не шучу.

– Ты, мужик, как ты меня вычислил?

– По записной книжке твоей подруги, скажи ей, чтоб впредь была внимательней, а то могут возникнуть еще худшие неприятности.

– Хорошо, приеду, жди, дружище!
– Что-то в его голосе мне не понравилось, наверное, обилие меда.

– Рахимчик, - так же сладкоголосо запел я, - ты, лапушка, скорей приезжай, Нинку-то свою не жди. Не придет твоя Нинка. Привет велела передать. Оченно тебя видеть хочет.

Трубка подавилась соплями, должно быть, товарищ Рахимов очень расстроился. Он долго кашлял и пукал, пока наконец не пришел в себя.

– Константин, - заговорил он совершенно другим голосом, - где она?

– В лесу. А ночью в лесу холодно и страшно. Ночью в лесу волки злые бегают. Разве они имеют жалость к одинокой порядочной женщине?

– Прекрати, сейчас я приеду.

– Только один и без глупостей. Она будет в надежном месте. Учти это.

Повесив трубку, я на секунду задумался, не совершил ли я какой-нибудь ошибки. Вроде нет. Пока все идет по плану. Садясь в машину, я объявил об этом Максу.

– Что вы задумали, изверги!
– затарахтела наша заложница.

– Продать тебя за две с половиной тысячи баксов, что, дешево?

– Мерзавцы, я все расскажу своему мужу, он из вас сделает кучу дерьма. Будьте вы прокляты.

– Успокойся, мамзель, именно твоему мужу мы и хотим тебя продать.

– Чё-о-о?
– поперхнулась одуревшая баба.
– Меня продать Рахиму? Вы сдурели. За две с половиной тысячи баксов?

– Да-да, именно столько он сегодня у меня отнял. При помощи тебя я просто хочу вернуть свои деньги.

– Ничего у тебя не получится, красивый, - осмелела женщина, чувствуя, что опасность миновала, - еще и вам придется доплачивать, если он согласится меня забрать. Но неужели Рахим мог украсть у вас деньги?

– Хуже, мадам, он их не украл, как вы изволили заметить, а ограбил меня, самым натуральным образом. Так что извините за нетактичное поведение, но иного выхода у меня не было. Джентльменские переговоры с вашим мужем бесполезны. А теперь нам пора, будьте так любезны пересесть вон в ту машину, Макс вам поможет. Через час вы увидите любимого супруга. Макс, как договорились, все идет по плану.

К назначенному месту я прибыл первым, но въезжать в глубь леса не торопился. Пусть теперь в дураках остается кто-нибудь другой. Белая длинная "Нива" показала левый поворот. Кажется, желанный гость пожаловал, хорошо, если один. В последний момент "Нива" поворачивать передумала. Подъехав ко мне бок в бок, Рахим опустил стекло. Слава богу, он был один.