Чтение онлайн

– Ваше сиятельство, вы разрешите?

Серые глаза встретились с зелеными.

Александр Фалион Лиле не особенно нравился. Сухарь и зануда, однозначно. Знавала она таких, они пока тебе весь мозг в печень не занесут – не успокоятся.

Лилиан Иртон маркизу тоже не особенно понравилась. В его вкусе были темноволосые и миниатюрные женщины с маленькой грудью и темными глазами. А эта... вирманская героиня баллады. Но...

Было в ней что-то такое, какая-то изюминка, которая цепляла и не давала оставаться спокойным. Вроде бы все невинно, женщина полностью спокойна, а где-то в глубине глаз на дне души – не поймаешь! Не зацепишь! И вообще – строила я таких, как ты... рядами и колоннами.

Да и была у мужчины причина побеседовать с графиней Иртон. Просто поди, подойди, когда с ней беседуют две принцессы и принц. Высокое общество, однако. Могут и послать а это – вред для репутации.

– благодарю вас, маркиз...

Лиля приняла предложенную руку и пара направилась к выходу из зала. Графиня молчала. И для Фалиона это было непривычно. Обычно женщины стремились заинтересовать его. Эта же выжидала...

– Ваше сиятельство, как вам понравился дворец?

– Отмыть бы его с мылом – протянула мечтательно Лиля – он бы мне понравился еще больше.

– Вы считаете, что тут грязно?

– Что вы, – ресницы прикрыли зеленые глаза, – здесь замечательно.

Фалион так и не понял – издевка это или нет. Но решил принять все всерьез.

– Вы очень дружны с ханганами, госпожа.

– да, так получилось, маркиз.

– прошу простить мне мою невежливость, госпожа, но идут слухи, что вы владелица чистокровного аварца?

– Да, – осторожно согласилась Лиля.

– может быть вы согласитесь продать его?

– Продать Лидарха? Только через мой труп! – Лиля даже про вежливость забыла.

Фалион чуть улыбнулся, неожиданно найдя в женщине нечто родственное.

– Что вы, графиня, это было бы преступлением против королевства. Но может быть, тогда вы согласитесь на случку?

Лиля вскинула брови.

– Мне говорили, вы заядлый лошадник...

– Да, госпожа графиня. И я вам клянусь – все меры предосторожности, все будет соблюдено... ваш конь не пострадает...

Лиля даже и не собиралась сразу соглашаться. Вот уж какого опыта в ее жизни точно не было... так что не торопимся.

– я подумаю, ваша светлость. Понимаете, это для меня так неожиданно...

– Да,. графиня. Я вас понимаю...

– Лидарх для меня как ребенок, ваша светлость. Он просто часть меня.

– Как я вас понимаю, графиня...

– Маркиз, скажите, а давно вы занимаетесь лошадьми?

Как известно, хочешь найти подход к мужчине – спроси про его хобби. Дальше можно не слушать, а твои реплики могут свестись к ‘неужели?’, ‘невероятно!’ и ‘вы такой умный, я бы в жизни не додумалась!’. Остальное мужчина расскажет тебе сам. И еще будет рассказывать, какая ты умная и внимательная собеседница.

Фалион что-то говорил о чистокровных аварцах, жаловался на ханганов, которые не разрешают вывозить кобылиц и даже чистокровных жеребцов практически не выпускают за пределы Ханганата...

Лиля слушала вполуха и приглядывалась, куда бы удрать. Пока из-за какого-то куста не раздался вскрик? Стон? Кому-то плохо?

Лиля отреагировала раньше, чем поняла, что происходит. Рефлексы медика – сначала броситься на помощь, а потом уже подумать что из этого следует. Намертво вбитые в свое время матерью.

– госпожа? – Тахир появился словно из ниоткуда.

Дама билась на земле, изо рта шла пена, глаза закатывались... рядом с ней на коленях стоял невысокий кругленький мужчина и безуспешно пытался придержать ее.

– одержимая! – прошептал кто-то рядом.

Одержимость?

Э, нет. Лиля без малейшей брезгливости опустилась рядом, кое-как придержала голову. И уже увидев зрачки, знала, что она права. Клиническую картину приступа эпилепсии сложно спутать с чем-то другим.

Ладно. Сделать тут ничего нельзя, только ждать. Ну и следить, чтобы не покалечилась.

– Тахир, придержи ее, чтобы не билась обо все подряд!

Голову повернуть набок, чтобы слюной не захлебнулась – вот так. И ждать пару минут.

– Что это?

– Эпилепсия, – Про Фалиона Лиля просто забыла. Как и не было. Сработали отточенные до автоматизма рефлексы медика.

Перед тобой больной человек. Ему нужно оказать помощь. Срочно. Остальное – потом!

Минута... полторы... две... есть!

Лиля почти физически ощутила момент окончания приступа. Тело на земле выдохнуло и обмякло. Слюна потекла еще сильнее.

– Вроде бы все, – сообщила графиня Тахиру.

– Да? – с какой-то странной интонацией отозвался медик.

– Да. Ей теперь только отлежаться... вовремя успели.

– вовремя – для чего?

Лиля подняла глаза.

М-да. Песец – животное ходячее и кусачее. Хорошо хоть дело было в парке, а не на приеме. Но какие черти принесли сюда его величество? И ладно бы с баронессой, ту хоть прибить можно! Но – нет. Рядом с его величеством стоял альдон. А кто еще?

Весь такой высокий, седовласый, со взглядом доброго дедушки Торквемады, в длинной рясе, с драгоценной побрякушкой на груди и на пальцах...

И первое что приходит на ум – святая инквизиция. Даже зная, что в этом мире ее нет.

Ну, соберись, девочка. Или ты докажешь, что тетка не одержимая – или тебя вместе с ней по кусочкам разберут.

– Чтобы помочь человеку, – спокойно ответила Лиля.

– помочь в чем?

Лиля вздохнула. Кое-как поднялась с земли. Твою ж... грязи на платье... ладно! Люди – важнее.

– Это случается с особо тонко чувствующими людьми. У них очень хрупкая душа... и когда они волнуются, переживают, когда рядом много людей и мало воздуха – может начаться такой приступ. Это ее беда, а не вина.

– Вот как?

– Да. Если женщина не выспалась, если она перенервничала... это бывает. К тому же женщине еще сложнее, чем мужчине.

– Почему же?

– Мужчины – сильные. А мы – хрупкие и слабые. Мы можем плакать над увядшим цветком. А сколько мужчин во дворце заплачут вместе с нами?

– графиня, это бывает у многих? – Фалион решил вмешаться в дискуссию.

– нет. Только у тех, у кого особо чувствительная душа и хрупкое сердце.

Снизу раздался стон.

Дама явно не осознавала, где и что она, это и понятно... Лиля поспешила на помощь.