Чтение онлайн

Сканер исследовал радиоэфир недолго, и уже через две минуты хозяин квартиры знал, на какой частоте трудится "жучок", потому что именно на ней раздавались мелодичные напевы. Определенная сканером мощность устройства показала, что приемная аппаратура должна находиться метрах в двухстах, а то и меньше. Следовательно, можно вычислить и того, кто будет ею пользоваться.

"Час от часу не легче!
– чуть не вскрикнул Сергей: сканер показывал радиочастоту, на которой не работает ни одна из спецслужб.
– Значит, за мной следят либо люди фон Альфена, либо "новые русские".

Сергей ещё раз внимательно осмотрел квартиру, но больше ничего подозрительного не нашел, а обнаруженный "жучок" решил пока не снимать и по всем правилам дезинформации, направить следивших за ним людей по ложному следу.

Глава 121

Денис поселился в Зальцкаммергуте, в маленьком пансионате фрау Герды, который местные жители окрестили гостиницей "У Герды".

Деревянный дом, в котором проживали постояльцы, стоял на возвышенности и имел большую веранду, откуда прекрасно были видны горы, небольшое озерцо и дом Ганса фон Альфена. Не опасаясь быть замеченным, Денис мог часами сидеть здесь и наблюдать.

Сын бывшего коменданта Бреслау вел замкнутый образ жизни: никто к нему не приезжал, и сам он редко выходил из дома.

Однажды Пересветов столкнулся с фон Альфеном лицом к лицу в ресторанчике на берегу озера. Господин фон Альфен, конечно, не обратил на Дениса никакого внимания. Старик поговорил о чем-то с барменом и ушел.

За несколько дней, которые Пересветов провел здесь, ему понравился этот небольшой уютный ресторанчик, и он любил посидеть там вечерком: привычка не оставаться вечерами одному и здесь гнала на люди.

Ресторанчик был совсем не похож на роскошную "Прагу" (Денис там ни разу не был, но знал о роскоши со слов своего наставника Викентьича): десятка полтора столиков на открытой площадке, которая вечером освещалась старинными фонарями на тонких столбах. Несколько таких фонарей с разноцветными стеклами были закреплены прямо на парапете.

Пересветов облюбовал себе столик у самой воды. Ему доставляло удовольствие наблюдать за посетителями и гадать: кто эта пара? А куда отправляется молодая особа, что приехала на новеньком "опеле"? И что стряслось у того мужчины, который пьет рюмку за рюмкой, пьет неумело, видно, стараясь заглушить какое-то горе?..

Так прошло несколько дней. Время тянулось медленно, и Денис начал скучать. Он дал телеграмму Марине в Мюнхен: "Приезжай хотя бы на воскресенье". Сестра немедленно примчалась, потому что это было не только приглашение заскучавшего по своей подруге парня, но и заранее условленная фраза.

...Вадим Олегович Котов рассматривал стоящую на журнальном столике фотографию фон Альфена, снятую в июле 1945 года в Швейцарии. С фотографии на него смотрел щеголеватый юнец в модном костюме, теперь же перед ним был старик: отеки под глазами, глубокие морщины вокруг рта, седые редкие волосы...

Они сидели в большой гостиной, у искусственного камина, и красноватые блики, имитирующие огонь, дрожали на их лицах.

Беседа затянулась. Цель поездки Полковника в Германию и сведения от Матвея Борисовича Суздальского заинтересовали фон Альфена, хотя многое, о чем рассказал этот русский, он уже знал.

– Вы принесли мне хорошие вести, - сказал фон Альфен.
– Конечно, между нами и людьми господина Суздальского есть различия. Но мы не намерены сейчас вдаваться в политические дискуссии.

– К сожалению, в период строительства демократического общества у нас было мало политиков, которые могли бы идеи Матвея Борисовича облечь в такие формы, чтобы они были... съедобны для низших слоев населения России. Извините, если я прибегну к такому сравнению: главное в бифштексе - это кусок мяса. Без него невозможно блюдо. Но чтобы оно было вкусным, нужно его приготовить, сделать гарнир, посолить, поперчить... Еще раз извините, всякое сравнение хромает... Так вот, этот гарнир должны готовить умные политики, но, к сожалению, у нас их не было, поэтому все было грубо, сыро, прямо с кровью... Идея "Новой России" стала обретать свои истинные очертания слишком поздно. Много было сделано такого, что нельзя вычеркнуть из памяти народов самой России...

– И что же вы хотите от нас?
– скрипучим голосом спросил фон Альфен.

– Помощи, - негромко проговорил Полковник.

– Какой? Ведь именно эта хитрая "Куница", то есть, агент "Мардер", в том памятном сорок пятом году не выполнил распоряжения окружного командования "Вервольфа" и буквально украл у нас почти целый эшелон с золотом.

– Но ведь это золото было уже по сути дела английским, - вступился за своего шефа Котов, - а главной задачей в то время, насколько я понимаю, было не допустить, чтобы этот груз достался Красной Армии! Сейчас Матвей Борисович готов профинансировать любое ваше предложение.

– Хорошо, - Ганс фон Альфен достал из письменного стола небольшую карточку с банковскими реквизитами и, написав сумму с многими нулями, передал её своему собеседнику.

Вадим Олегович, даже не взглянув, принял карточку и положил её во внутренний карман пиджака, чем удивил хозяина дома. Фон Альфен достал ещё пачку книг и положил их перед Котовым.

– Вашему Суздальскому необходимо переиздать у себя в России эти книги, - и уловив настороженный взгляд Полковника, поспешил его успокоить.
– Не волнуйтесь, в них нет ничего предосудительного: мемуары немецких генералов вермахта и офицеров абвера, а для меня это реальная возможность их легализовать, или, как говорят у вас в России, отмыть.

– А вы неплохо ориентируетесь в обстановке в России, господин фон Альфен. Да и ваш русский совсем неплох. Изволили бывать в наших краях? поинтересовался Вадим Олегович.

– У нас с вами сегодня не вечер вопросов и ответов. К тому же в России есть замечательная поговорка: "Чем меньше знаешь, тем спокойнее спишь!"

– ...и дольше живешь!
– дополнил слова старика Полковник.

– Совершенно верно. Про себя могу сказать одно: после второй мировой войны я попал в хорошие руки генерала Гелена - надеюсь, вы знаете это имя, - собеседник фон Альфена кивнул.
– Ему я и обязан знанием советской России и русского языка. Правда, потом наши дорожки разошлись.

Котов знал, что Ганса перевербовали американцы для внедрения в немецкие колонии в Южной Америке. Там он познакомился с человеком, который каким-то образом сохранил в тайне свой доступ к некоторым оперативным архивам военной разведки и контрразведки. Этот человек и убедил молодого Ганса восстановить оставшиеся агентурные связи по всему миру для возрождения Германии. И молодой фон Альфен под руководством своего нового наставника занялся созданием сети агентов влияния в Восточной Европе.

Матвей Борисович, отправляя в Германию своего доверенного человека, прекрасно понимал, что сами по себе ни немецкие, ни российские архивы, где упоминается его многолетняя деятельность против советского государства, никому, кроме Суздальского, вреда принести не могут. С некоторых пор ему стало ясно, что и в России, и за рубежом за ним все эти годы пристально наблюдали. Если иностранцы ему не только не мешали, но и в какой-то степени помогали, так как организация Матвея Борисовича действовала им на руку, то российские недруги всячески пытались навредить. Но здесь на Суздальского уже работала созданная им же агентурная сеть влияния, и он мог все эти годы успешно пресекать деятельность своих недругов. Однако с пропажей из тайника его архивов ситуация осложнилась, а этого Матвей Борисович допустить не мог. Поэтому главной задачей визита Котова к фон Альфену было выяснить, по какую сторону границы находится похищенный архив.