Чтение онлайн

Ночью я просыпаюсь раза три чтобы покормить Батона, а то скребет копытцами и скулит из тамбура, не давая спать. Потому не пропускаю уведомление:

ПУТЬ: ГОНЕЦ — Стадия 1 «Первый шаг»

Каналы: 2 ? (Зафиксировано снижение)

Прогресс до стадии 2: 81%

Впрочем, спать мне это не мешает. Зато утром я с трудом вываливаюсь во двор на пробежку вместе со всеми.

— С каждым днем ты выглядишь всё хуже и хуже, — тихо вздыхает Линария, подходя ближе. Пока остальные разминаются, она бросает на меня тревожный взгляд — про яд она прекрасно знает. — Ты проверял, сколько у тебя осталось каналов?

— Сейчас тебе скажут, — киваю я ей за спину.

Лина оборачивается и хмурится:

— Твою ж…

— Ну что, толстяк? — скалится подошедший Симон. — Надеюсь, твой плащ и правда так хорош.

— А я надеюсь, что твой серебряный не обточен по краям, — хмыкаю в ответ.

— Для умирающего с двумя-тремя каналами ты слишком борзый, — кривится Симон. — А выглядишь вообще как ходячий мертвец.

— Может, потому, что Леон вчера завалил Косожута? — вдруг вскидывает носик Рита, оторвавшись от разминки. — Ты бы на его месте превратился в мокрое пятно.

— Косожута? Что за бред? — Симон оторопело моргает.

Конечно, «завалил» — это сильно сказано, но формально — чистая правда.

— А ты думаешь, мне за красивые глаза разрешили держать в казарме живого лося? — усмехаюсь я.

— Бегуны, видимо, только для бега и нужны, — ядовито роняет Линария, глядя в сторону. — Раз Новикам приходится зачищать монстров вместо них.

Симон багровеет от злости. Раз физически придраться не к чему, он пускает в ход свои права старшего:

— Толстяк! «Тракт» на риманском! — рычит он, готовясь отправить меня в упор лежа за ошибку.

— Кирда, — невозмутимо бросаю я. — Это же и «дорога».

— «Горизонт»! — наступает Симон.

— Такого понятия в их языке нет. И если ты ищешь повод заставить меня отжиматься, то уже поздно. Мастер Грон здесь.

Симон резко оборачивается, замечает дежурного наставника, сужает глаза и спешит прочь со двора.

Грон встает перед строем.

— Ну что, готовы… Новик Леон, может, тебе лучше в лазарет? — внезапно осекается мастер.

Блин, неужели я выгляжу настолько хреново, раз даже непрошибаемый мастер с садистскими замашками запнулся? Еще и друзья поглядывают как на тяжело больного. Один только Батон относится одинаково: как только завидит, сразу тычется мокрым носом, выпрашивая молоко.

— Я в полном порядке, мастер, — бодро вру я. — Даже наоборот: обычная пробежка — это скучно. Может, разрешите снова с утяжелением побегать?

— Уж нет, — Грон мрачнеет. — Не хватало еще, чтобы на моей совести остался твой… Кхм.

— Мастер, вы что-то путаете, — надо его пробить.

— Иди в лазарет, Новик, — отрезает он. — Или беги со всеми, раз такой упрямый. Но только не вздумай помереть на тропе.

Он отворачивается и стартует к калитке так быстро, будто спасается от меня бегством. Класс срывается за ним. Я вздыхаю и трусцой припускаю следом. Линария и остальные быстро уходят вперед, а вот со мной вдруг равняется Битч. Специально притормозил, гнида.

— Что ж такого Грон в тебе разглядел, жирдяй? — ехидно бросает он на бегу. — Может, то, что тебе осталось всего ничего? Не волнуйся, когда откинешься, я лично позабочусь о Кире и Сине.

Он мерзко облизывается. Причем этот жест мальчишка явно подсмотрел у кого-то из взрослых — может, у своего отца-наемника.

— Смотри под ноги, — вдруг советую я.

Битч рефлекторно опускает взгляд на тропу. Этого мгновения мне хватает: я резко сокращаю дистанцию и пробиваю жесткий лоу-кик ему в голень.

— А-а-а, сука! — с отсушенной ногой он кубарем летит в дорожную пыль.

Я не останавливаюсь — коротко бью носком сапога ему под дых, заставляя скрючиться и жадно хватать ртом воздух.

— Раз уж папка тебя в детстве не порол, мне приходится восполнять упущение, — хмыкаю я, предусмотрительно отскочив на пару шагов. Парень он крепкий, быстрый и резкий. Мне просто повезло поймать идеальный момент.

Оставляю его корчиться и бегу дальше. Мяква в крови берет свое: интоксикация накрывает волной слабости, и вскоре мой бег превращается в шарканье. Включается [Кинетический маятник]. Ноги передвигаются на одном навыке. К финишу я, разумеется, сильно опаздываю.

Грон смотрит на меня так, будто удивлен, что я вообще добрался живым.

— Если что — я не последний, мастер, — хриплю, вваливаясь в строй.

— Физподготовка, — коротко командует наставник.

На разминке я откровенно халтурю, но Грон смотрит на это сквозь пальцы, не набрасывая штрафных подходов. Он меня уже мысленно похоронил. Что ж, мне это только на руку. Система уже не подкидывает навыки за простое превозмогание, и нужно сохранить силы до практики, чтобы выполнить задание под интоксикацией.

За завтраком я уплетаю кашу в три горла. Ребята же только грустно переглядываются, уныло ковыряясь в своих тарелках. Даже вечно голодный Дима почти ничего не ест, а это уже вообще нонсенс.

— Так, хватит, — не выдерживаю я, обведя взглядом друзей. — Да, у меня осталось всего два мана-канала. Да, по прогнозам сегодня они должны схлопнуться. Но помирать я пока не собираюсь. И очень надеюсь, что вы меня в этом поддержите, а не будете хоронить заранее.

— Слушайте, а ведь правда! — Тимур бьет кулаком по столу. — Разве Лёня уже не делал невозможное? Еще как делал! Буквально вчера удрал от Красного Виверна! И это при своей-то комплекции!

— Тимургррин, — одергивает Линария.

— Без обид, Лёнь, — виновато поднимает руки Тимур.

Я лишь отмахиваюсь: мол, ладно, чего уж там, констатация фактов.

— Тимур прав, — тихо произносит Кира, поднимая глаза. — Лёня, прости за упадок боевого духа. Мы с тобой.

Здоровяк Гворк радостно хреначит меня широкой ладонью по спине:

— Давай, покажи нам всем очередной класс!

— Обязательно. Если ты меня до этого не превратишь в блин, — хмыкаю я.

Ребята наконец-то искренне смеются. Напряжение за столом спадает.