Чтение онлайн

– Ну, неважно, марихуану, высший сорт, короче. Так вот, вчера он приезжает, и сам ко мне подходит. Спрашивает, мол, есть ли кто реально толковый, диплом сделать по межбанковским расчетам. Ему для кореша какого-то. Я ему сказал, что толковый есть, но стоит дорого. А он, типа, если толковый, то твое «дорого» на два умножь сразу.

– Да не вопрос, пусть звонит, – спокойно отреагировал Миша.

– Заряди ему пять штук.

– С ума сошел, что ли?

– Пополам попилим, он реально даст, там по ходу тариф безлимитный по жизни.

Кирилл ерзал на стуле, видно было, как он внутренне потирает руки, считая сделку уже выполненной. Возможность быстро и круто нагреться превратила его из солидного выпускника Финансовой академии в перевозбужденного первокурсника.

– Ну, сам ему и заряди тогда, а мое дело работа, – Михаил, напротив, был спокоен и даже немного флегматичен, он знал, что работу надо еще писать, да и не договорились они еще с потенциальным клиентом, так, мечты это все пока.

– Ок. Короче, скажу – пять стоит, чтобы все круто выглядело, раз эти чуваки такие крутые сами.

Диплом требовался не для кореша, а для брата того мажора. Братья были детьми действительно очень богатого и влиятельного человека, но сами уже практически сгорели на наркоте. Если Иван, младший брат, еще хоть как-то создавал видимость нормальной жизни, пытался держаться на плаву, то старший, Федор, уже так плотно сидел на игле, что до полного аута оставалось уже недолго. Чего только отец не делал для спасения сына, ничего не помогало. Он даже отвез его на полгода на Байкал то ли к каким-то шаманам, то ли к буддистам. Но ни травы, ни мантры парню не помогли – по возвращении он занялся тем же, что и прежде –медленным, методичным самоуничтожением. Кокаин по ночным клубам, таблетки, стимуляторы и прочие клубные наркотики плавно перешли в героин. Но институт все равно надо было как-то заканчивать, иначе единственный источник доходов – подачки отца – мог полностью прекратиться.

– Братуха, у нас в институте есть писатель хороший, всем пишет. Пол-института к немуходит, – сказал Иван брату.

– Ништяк, сколько хочет?

– Пятеру.

– В край попутал он, что ли?

– Да я сам охерел, но сказали – гений, прям.

– И чего он, с каждого по пятере собирает, что ли?

– Да вряд ли, откуда у задротов капуста такая, но все равно, думаю, стрижет нормально.

– Интересно. Ну ладно, пусть рисует, будем решать потом, сколько это стоит. Дай ему триста баксов пока, скажи – аванс. Дальше будем думать. Все, иди, дай одному побыть.

– Ладно, Федь, аккуратней, брат.

– Иди.

И Федор, не дожидаясь, когда брат выйдет за дверь, потянулся к полке с виниловыми пластинками и достал из-за нее резиновый жгут. Руки его сильно дрожали.

***

Миша получил аванс и принялся за работу. Дело было самым дорогим за всю его практику, и отнесся он к нему со всей ответственностью. Он накопил уже почти 30 000$ на покупку машины, и эти две с половиной тысячи уже маячили в его воображении последним взносом в его мечту – в покупку железного коня. Миша почему-то всегда думал о BMW, и его мысли готовы были вот-вот материализоваться. Он даже начал напевать себе под нос песенку, делая схематические наброски диплома: «Черный бумер, черный бумер под окном катается…».

Через неделю Миша позвонил Кириллу.

– Привет! Ну, мне бы встретиться с заказчиком, объяснить ему хоть, как и что, чтобы емузащищать попроще было.

– Понял, скажу, что почти готово и надо встретиться. Ну, и скажу, чтоб капусту остальную готовили.

– Давай так.

***

Кирилл набрал номер Ивана. Из трубки посыпался какой-то невнятный нигерский рэп.

«Ну и музыку чувак себе поставил», – только успел подумать Кирилл, как рэп оборвался, и хрипловатый голос сначала пробормотал что-то непонятное, а потом произнес: «Алле».

– Вань, привет! Диплом готов, надо друга твоего звать, с ним автор хочет поговорить, объяснить там что-то, и расчет, само собой.

– Лады, наберу завтра.

Иван положил трубку. В этот момент он сидел в квартире Федора и смотрел на брата. Все лицо Федора было разбито, левый глаз был красного цвета от разорвавшихся сосудов, огромные гематомы на левой и правой стороне лица, перебинтованная рука со сломанными пальцами висела, подвязанная к шее резиновым жгутом.

Двумя днями раньше в квартиру Федора пришли незваные гости. Точнее не сказать, что незваные. Перед этим он сам позвонил барыге и начал орать, брызгая слюной в трубку:

– Я сказал, срочно приезжай!

– Федь, мы с тобой все обсудили уже.

– Да ты что, черт, позволяешь себе? Меня кумарит, ты вдупляешь, падла? Ку-ма-рит!!!

– Я тебе помогал, и не раз уже. Ты каждый раз одно и тоже говоришь, ты двадцать должен уже. И опять то же самое.

– Да отдам я все! Ну знаешь же, что отдам!

– Откуда мне знать?

– Ну, все, ****ец тебе, сука! Ты что о себе возомнил! Если через час не привезешь, все, вали из города!

– Это я тоже слышал. Не пугай меня, Федь, я со старшими поговорю.

И барыга поговорил со старшими. Разговор вышел недолгим.

– Реваз, тут сложность нарисовалась.

– Что у тебя?

– Сын Клима звонит, угрожает, кумарит его, короче.

– Сын Клима? И давно он у тебя берет?

– Да уже год почти, короче, двадцать торчит уже, за последний месяц ни копья не отдал, и там сложно все.

– Ну, будем решать, значит, в чувство приводить. Давай адрес.

К Федору они приехали впятером. Тот открыл, даже не посмотрев в глазок.

– Здравствуй, Федор. – сказал Реваз, протягивая руку.

Федя подал трясущуюся руку, косясь на входящих в квартиру по одному ребят Реваза.

– Ты кто?

– Я Реваз, я тот, кому ты должен двадцать тысяч, поэтому мы здесь.

– Да отдам я, вы что, не знаете, кто отец мой?

– Знаем. Хочешь, позвони прямо сейчас отцу, я ему скажу все, как есть. Я уверен, что он отдаст. Будешь звонить?

– Нет, – мрачно сказал Федор после паузы.

– Как тогда решать будем?

– Дайте в долг последний раз, прошу.

– Нет, Федя, больше в долг не будет.

– Да я сдохну сейчас! Дайте! Прошу!!!

– Звони отцу, парень.

– Суки, вы! Барыги!

И Федор получил плотный удар в лицо.

– Падлы! – кое-как поднимаясь, шипел он, но сразу же получил в лицо еще сильней.

Лежа на полу, сквозь пелену крови в глазах он увидел под столом пустую бутылку из-под вина и потянулся к ней, почему-то решив, что такое грозное оружие, как бутылка, может его защитить от бандитов, но удар ноги сломал ему пальцы на руке.

Федор просто выл и валялся по полу, ломка перешла в самую больную стадию, когда сводит судорогой все мышцы одновременно. Он хотел умереть в этот момент, чтобы все это закончилось, но вместо этого получал и получал удары ногами – в живот и по ребрам. Били смачно, но не калечили и, тем более, не пытались забить насмерть.