Чтение онлайн

Элизабет чуть не рассмеялась, получив такой уместный совет; однако на самом деле ее раздражал тот эпитет, которым мать всегда вознаграждала мистера Дарси.

Как только они вошли, Бингли посмотрел на нее так выразительно и так эмоционально пожал ей руку, что не оставил никаких сомнений – он уже получил добрую весть. Вскоре Бингли громко сказал:

– Миссис Беннет, а есть ли у вас еще аллеи, среди которых Лиззи сегодня снова смогла бы заблудиться?

– Я предлагаю мистеру Дарси, Лиззи и Китти, – ответила миссис Беннет, – пройтись сегодня утром к Оукхемскому холму. Это будет приятная длительная прогулка, к тому же мистер Дарси еще ни разу не видел тамошнего пейзажа.

– Может, для кого-то она и будет приятной, – сказал мистер Бингли, – но не для Китти, потому что ей будет трудно. Правда, Китти?

Китти ответила, что лучше останется дома. Дарси изъявил большое желание полюбоваться видом из холма, и Элизабет молча согласилась. Когда она пошла наверх, чтобы одеться, миссис Беннет пошла за ней и сказала:

– Мне очень жаль, Лиззи, что тебе придется самой проводить время с этим ужасным человеком. Но надеюсь, ты не будешь сетовать, зная: все это делается ради Джейн; потому что у них с мистером Бингли так мало времени для общения! Поэтому будь терпеливой и не слишком расстраивайся.

Во время прогулки они решили, что о согласии мистера Беннета предстоит спросить в этот же вечер. Право обратиться к матери Элизабет оставила за собой, потому что чувствовала себя неуверенной относительно ее реакции. Иногда она сомневалась, хватит ли ему богатства и величия, чтобы преодолеть то отвращение, которое миссис Беннет к нему испытывала. Но независимо от того, будет ли она безумно противиться этому браку, или будет безумно ему радоваться, ясно было одно: и в том, и в другом случаях поведение миссис Беннет будет таким, что выставит ее умственные способности в не лучшем свете. Будет она радоваться или наоборот – неистово свирепствовать, – Элизабет одинаково неприятно было представлять, как все это воспримет мистер Дарси.

Вечером, вскоре после того, как мистер Беннет ретировался в свою библиотеку, она увидела, как мистер Дарси встал и последовал за ним; волнение ее достигло апогея. Элизабет не боялась, что ее отец будет против брака, а боялась, что он расстроится, и в этом будет виновата она, его любимая дочь, потому что, сделав такой выбор, она ранит его сожалением и опасениями перед неизбежной разлукой; это было мучительное чувство, и она сидела с несчастным видом, пока не вернулся мистер Дарси. Элизабет подняла на него глаза и, увидев, как тот улыбнулся, немного успокоилась. Через несколько минут он подошел к столу, где она сидела вместе с Китти, и, делая вид, что любуется ее шитьем, прошептал:

– Идите к отцу, он ждет вас в библиотеке. Она не стала медлить.

Отец ее ходил по комнате с видом серьезным и озабоченным.

– Лиззи, – обратился он к ней, – что ты думаешь? Ты, наверное, с ума сошла, если принимаешь этого человека. Ты его всегда терпеть не могла!

Как пожалела она теперь, что ее прежние мысли не были более рассудительными, а выражения – более сдержанными! Это уберегло бы ее от крайне тяжелых и неудобных объяснений и признаний; но пока они были необходимы, поэтому она заверила отца, немного смутившись, что любит мистера Дарси.

– Иными словами, ты твердо решила выйти за него замуж. Понятно – он богат, и ты сможешь иметь больше красивых платьев и больше красивых карет, чем Джейн. Но сделают ли они тебя счастливой?

– Есть ли у тебя какие-то другие возражения, кроме уверенности в моем равнодушии к нему?

– Больше никаких. Все мы знаем, что он – человек гордый и неприятный. Но все это – ничто, если он тебе действительно нравится.

– Он действительно мне очень нравится, – ответила Элизабет со слезами на глазах. – Я люблю его. На самом деле он вовсе не надменный. Он – человек очень приятный. Вы его просто не знаете, поэтому не причиняйте мне боль – не говорите о нем такими словами.

– Лиззи, – сказал отец, – я дал ему свое согласие. Он действительно такой человек, которому я бы не отказал, что бы он не соизволил попросить. Теперь решай сама, раз ты так решительно настроена выйти за него замуж. Но позволь мне дать тебе совет: подумай хорошенько. Ты же знаешь свой характер, Лиззи. Ты же знаешь, что не будет тебе ни покоя, ни счастья, если ты не имеешь истинного уважения к своему мужу, если не будешь уважать его как старшего товарища. Твой живой характер в условиях неравного брака только сделает тебя уязвимой. Вряд ли ты сможешь избежать неуважения и проблем. Дитя мое, избавь меня от несчастья быть свидетелем твоей неспособности уважать своего спутника жизни. Ты даже не догадываешься, что тебя ждет.

Элизабет, обидевшись еще больше, отвечала ему искренне и горячо и, в конце концов, преодолела неверие своего отца и примирила его с мыслью о ее браке – неоднократными заверениями, что мистер Дарси является ее истинным выбором, рассказом о той постепенной перемене, которой подверглось ее отношение к нему, о своей абсолютной уверенности в том, что любовь его не была какой-то однодневной прихотью, а чувством, которое выдержало испытание многомесячной тревожной неуверенностью, а также быстрым перечислением всех его добрых черт.

– Что ж, милая, – сказал отец, когда Элизабет замолчала. – Мне сказать больше нечего. Если это действительно так, тогда он достоин тебя. Из-за человека менее достойного я не захотел бы с тобой расставаться.

И тогда, чтобы дополнить приятное впечатление, Элизабет рассказала ему о том добре, которое мистер Дарси по собственной воле сделал для Лидии. От удивления мистер Беннет оторопел.

– Это просто какой-то вечер чудес! Так, значит, Дарси сделал все: устроил брак, дал денег, выплатил долги Викхема да еще и получил для него воинское звание! Тем лучше. Это сэкономит мне целую гору денег и убережет меня от бесчисленных хлопот. Если бы это были проделки твоего дяди, то я должен был бы ему заплатить и, наконец, заплатил бы; и эти безумно влюбленные молодые люди делают все на свой лад. Если я завтра предложу вернуть ему деньги, то он возмутится и высокопарно будет распространяться о своей любви к тебе и всему делу придет конец.

Затем мистер Беннет вспомнил о том, как смутилась она несколько дней назад, когда он читал ей письмо от мистера Коллинза; и, немного посмеявшись над ней, наконец отпустил ее с такими словами:

– Если придут какие-то молодые люди за Мэри или Китти, то пусть идут ко мне, потому что мне сейчас все равно нечего делать.

У Элизабет как камень с души упал; и, поразмыслив полчаса в покое своей комнаты, она уже более-менее уравновешенная, смогла присоединиться к остальным. Недавние события еще не успели отойти в прошлое, поэтому она не могла в полной мере чувствовать радость, и вечер потихоньку подошел к концу. Бояться чего-то существенного не надо было, и вскоре должен был вернуться комфорт непринужденности и теплоты человеческих отношений. Когда поздно вечером ее мать направилась в свою гардеробную, Элизабет пошла следом и сделала ей важное сообщение. Его следствие было крайне неожиданным, потому что когда миссис Беннет услышала его первый раз, то застыла, не в состоянии произнести ни звука. Прослушав эту новость еще много раз, она все равно не смогла понять смысл услышанного, хотя в целом достаточно неплохо разбиралась в том, что полезно для ее семьи, особенно когда эта польза приобретала очертания кавалера для какой-то из ее дочерей. Наконец она начала приходить в себя, начала возиться в своем кресле, вставать, снова садиться, удивляться и креститься.

– Боже милостивый! Вы только подумайте! Вот так! Мистер Дарси! Кто бы мог подумать?! Неужели это правда? Ой, моя ты Лизанька! Какой богатой и какой уважаемой ты станешь! Сколько карманных денег, сколько драгоценностей, сколько карет ты получишь! Куда там Джейн до тебя! Я так довольна… и так счастлива! Он такой очаровательный!., такой красивый!., такой высокий! Дорогая Лизанька! Дом в Лондоне! Все, что душе угодно! Три замужние дочери! Десять тысяч в год! Боже правый! Я этого просто не вынесу! Я сойду с ума.