Чтение онлайн

Мы встретились за завтраком, состоявшим из отбивных и почек.

— Сегодня я хочу показать тебе город, а затем у меня будет деловой визит. Я считаю, что тебе нужно встретиться с некоторыми людьми, которые торгуют опалами. Конечно, нам придется со многими из них проводить время, но ты кое-что сможешь почерпнуть из общения с ними. Затем ты, вероятно, походишь по магазинам. Но сначала я кое-что покажу тебе.

Я сказала, что это прекрасная идея, и после завтрака мы покинули отель. Он сам правил легким кабриолетом. Прежде всего он решил показать мне порт. Конечно, я видела его с корабля, но это был совсем другой вид. Теперь мы видели все эти удивительные бухты с высоты. Море переливалось всеми оттенками сапфира.

— Оно прекрасно, — сказал Джосс, — но должен сказать, что под его невинной голубизной терпеливо поджидают свою жертву акулы. Если ты рискнешь войти в воду, ты можешь угостить акулу хорошим обедом.

— Какая ужасная мысль.

— Вещи не всегда такие, какими кажутся, — усмехнулся он.

— Да, это так, ведь море кажется таким спокойным и мирным.

— Нужно быть осторожной. Но если тебя испугали акулы, то как ты собираешься жить в Фэнситауне?

— Ну, этого я не могу сказать, пока не побываю на месте.

— Ты увидишь, что там все отличается от жизни в Англии.

Он остановил кабриолет и внимательно посмотрел на меня.

— Некоторые люди, приехав сюда, испытывают такую ностальгию, что не в состоянии выдержать, и возвращаются обратно.

— Трудно жить вдали от родины.

— Мои предки прибыли сюда семьдесят лет тому назад.

— Они тосковали по дому?

— До этого никому не было дела. Им пришлось здесь остаться. Отец моей матери прибыл сюда на корабле с каторжниками. Он не был преступником, но его политические взгляды считались предосудительными. Он выступил против некоторых высокопоставленных людей, и ему был вынесен обвинительный приговор — четырнадцать лет заключения. Мать мужа моей матери была горничной одной леди. Ее обвинили в краже дорогой брошки. По словам родных, она была невиновна, но ведь все преступники говорят то же самое. Большинство людей мечтает вернуться в Англию.

— А вы?

— Иногда. Это мой второй дом, и я разрываюсь между ними. Когда я здесь, меня тянет в Англию, а когда я в Англии, то тоскую по Австралии. Это означает, что я упрямый человек.

Я не стала опровергать эти слова, что позабавило его. Он часто ставил меня в неловкое положение тем, что читал мои мысли, и ему это нравилось.

— Как Бена, — продолжал он, — меня притягивал Оукланд, а теперь, когда моя жена из рода Клэверингов, может быть я выберу что-нибудь одно. Хотя, с другой стороны, здесь опалы, а опалы — моя жизнь. Видишь, какая передо мной дилемма.

— Вас искушает богатство.

— Да, но я не покорюсь этому чувству. Я не из тех людей, которые стремятся завладеть всем лучшим на свете.

— Значит, вы будете посещать Оукланд?

— Да. Конечно, жаль, что он находится на другой стороне света, но что означают несколько тысяч миль?

— Для вас — ничего, — весело ответила я.

— Я уверен, — сказал он, — что тебе хотелось бы время от времени навещать свой старый дом.

— Безусловно.

— По этому вопросу мы пришли к согласию. Думаю, что мы прогрессируем.

— Вряд ли это похоже на прогресс, вполне естественно, что мне хочется навещать свой дом.

Он снова смеялся надо мной.

Мы возвращались через город, и он мне показывал улицы, которые появились там, где раньше проходила колея, по которой следовал поток повозок и всадников.

— Сидней рос не по плану, — сказал он.

— Так и должно быть, — ответила я. — Гораздо интереснее, если постройки появляются там, где они нужнее, чем по кем-то начерченному плану.

— Я вижу, ты романтична.

— Это не так уж плохо.

— Мне трудно что-либо сказать по этому поводу.

— А я думала, что все в ваших силах.

— Это твое мнение обо мне? Я счастлив, что произвел на тебя такое хорошее впечатление.

— Бен говорил, что людей воспринимают такими, какими они хотят казаться.

— И это так, как ты воспринимаешь меня?

— Я еще не знаю, что думают о вас другие люди.

Во всяком случае Джосс оказался интересным собеседником. Он очень красочно рассказывал о капитане Куке, который прибыл сюда в 1770 году и захватил Новый Южный Уэльс для Британской короны, а название этой земле было дано потому, что напоминало о побережье в Британии.

Семнадцать лет спустя, когда решили использовать эту прекрасную землю как поселение для каторжников, в 1787 году пришло первое судно с живым грузом.

— Они жили не лучше рабов, их стегали за малейшую провинность, — рассказывал Джосс. — Это были жестокие времена, и хотя среди заключенных встречались и закоренелые преступники, все же многие были просто политическими заключенными и людьми с интеллектом.

— Как ваш дедушка.

— Определенно. Эти люди старались создать новые условия для жизни. Кусок земли в пять квадратных миль можно было купить за десять фунтов, поэтому, чтобы начать, нужен был совсем небольшой капитал. Каторжный труд ценился, и нужно было только упорно трудиться. И как же они трудились! Ты видела скотоводов в «Метрополе». Большая их часть — это оборванные, упрямые и проницательные люди, знающие, что такое трудности. Ты уже слыхала о чуме, наводнениях и засухах. Но есть и другое зло — лесные пожары. Видишь, с чем здесь можно столкнуться. Так что забудь о легкой, удобной жизни.

— Снова предостережение?

— Если ты в нем нуждаешься, прими его.

— Мне кажется, что вы плохого мнения обо мне. Но я о себе очень хорошего мнения, и если Бен был прав…

Он засмеялся, и на этот раз я почувствовала, что он смеется не надо мной, а вместе со мной.

Когда мы подъехали к отелю, он сказал:

— Каждый приезжающий в эти места — игрок. Конечно, все старатели щедро одарены этой способностью. Каждый день они начинают работать, говоря себе: «Это произойдет сегодня». На закате солнца они знают, что ничего не произошло, но всегда есть надежда. Золотоискатели точно такие же… а также и те, кто ищет опалы. Они все надеются найти еще один Зеленый луч.

— Вы ведь видели настоящее сияние?

— Да, я говорил уже, но только однажды.

— Вы победите там, где другие потерпят поражение.

Я наслаждалась этими днями в Сиднее. По вечерам мы встречались с деловыми партнерами Джосса. С одним из них была жена, и мы вместе осматривали магазины. На шумной Джордж Стрит я купила ткань для практичной одежды, которая понадобится мне в моей новой жизни; мы побывали и в других лавках, удивляясь разнообразию товаров. Я купила, по совету моей новой знакомой, две большие соломенные шляпы, чтобы спрятаться от яростного австралийского солнца, которое было гораздо ярче, чем мы привыкли в Англии. Я была довольна покупками, шляпы шли мне и служили двум целям — пользе и украшению. Затем я купила ленты и шпильки.

Но наступило время отъезда. Джосс потратил много времени, чтобы выбрать лошадей. Большая часть багажа должна была прибыть в Фэнситаун в повозке, и мы догоним его. Мы нагрузили одну из лошадей вещами и провизией. Наше путешествие из Англии длилось немногим больше шести недель, и мы оказались в Австралии в конце ноября, который был эквивалентен нашему маю. Дикие цветы были так ярки, что я постоянно поражалась их красоте, что очень радовало Джосса, но самыми впечатляющими были высокие эвкалипты — отчужденные, безразличные, возвышающиеся над папоротником, буковыми деревьями, ясенем. Казалось, они дотягиваются до неба.