Чтение онлайн

Что скрывать, раньше за мной не замечалось способности к восприятию сверхъестественных аномалий, я же все-таки не магичка. Но рядом со Стилом я теперь четко ощущала что-то, не дававшее покоя. Нет, это был не страх, хотя определенная доля такового все же имелась. Скорее уместно сравнение со связью, тем более, что она имела место быть, ведь парень все еще контролировал меня. А учитывая, что Катарину усыпили, то на нее воздействие тоже еще распространялось. Что же нам делать? Если полчаса назад я была твердо намерена выпутаться из этого капкана, то сейчас надежды на это становились все более и более призрачными. Но внешнее спокойствие Розы помогало не впадать в панику. Что-то в этой девушке заставляло меня брать себя в руки, хотя были моменты, когда хотелось последовать примеру Катарины. Однако взгляд Розы выдавал тревогу, просто девушка не позволяла панике захлестнуть ее. Но в серых глазах так и мелькала печаль, тщательно замаскированная уверенностью. Да и успокаивала она тоже, надо сказать, очень хорошо: Катарина перестала плакать и теперь активно эксплуатировала салфетку.

— Выберемся — напишу жалобу королю, — мрачно пообещала девушка.

При упоминании его Величества я и Роза слегка вздрогнули. Знала бы Катарина, что король Филипп здесь и что он лично разбирается с пропажами людей. Правда, не думаю, что это ее так сильно бы утешило. Кстати, оставалось надеяться на Лекса. Что бы он там ни говорил, в его магические способности я верила очень и очень сильно.

— Роза, — неожиданно поинтересовалась я, — а на что ты рассчитывала, пытаясь оглушить вошедшего?

— Не знаю, — беззаботно пожала она плечами. — Если честно, первое, что пришло в голову, когда я услышала, что дверь отпирается.

— Любишь импровизировать? — не сдержалась я от легкой улыбки.

— О да, не всегда удачно, правда.

Мы втроем прыснули со смеху, немного сгоняя напряжение. Что ж, хотя бы компания приятная подобралась. А если нас одному человеку продадут, то мы его втроем доведем до белого каления — будет назад возвращать. Еще и сверху приплатит, чтобы обратно забрали. Правда за всеми этими душевными терзаниями и последующими утешениями мы как-то совершенно забыли придумать хоть какой-нибудь план. Вот она, женская натура. А когда спохватились, было уже поздно — дверь начала отпираться.

***

Работорговля — это такое слово, которое заранее не подразумевает увеселительное мероприятие. Поправка, для тех, кого, собственно, будут продавать. Наша не самая радостная процессия уныло двигалась куда-то по коридорам, а мрачные переглядки с девушками только добавляли напряженности. Стил, увы, решил прийти за нами в компании еще двух человек, так что попыток пленения даже и предпринимать смысла не было. Но это дало почву для размышлений: а что если Стил не может одновременно контролировать двоих? Он, кстати, словно почувствовав, что я думаю о нем, обернулся и послал мне улыбку, которая больше напоминала оскал. Впрочем, так оно и было: я четко видела два ряда остро заточенных зубов, а глаза парня и вовсе окончательно стали багряными. Невольно я опустила взгляд на его руки и увидела, что ногти удлинились и слегка заострились.

Я пару раз видела нашего Оливера, когда он находился на грани между двумя ипостасями. Помню, в последний раз он знатно поцапался с Лексом из-за тяги последнего к магическим экспериментам. Тогда подопытным стал бедняга Оли, а я сидела в комнате на правах наблюдателя и должна была отмечать любые странности. Уж не знаю, что именно там пошло не так, но в результате Оливер полностью лишился обоняния. Метаморф без обоняния — не метаморф. Именно это в очень грубой форме Стоун объяснял магу. Александр же не менее нелестно утверждал, что ничего бы не произошло, если бы Оли не дергался. В общем, слово за слово, а лечить «блохастого кошака» и «недоделанного колдунишку» пришлось мне. Но царапины, которые Стоун оставил на Лексе, очень быстро затянулись под моими пальцами. Кстати, обоняние само собой вернулось спустя час, а эти двое на радостях направились таверну, оставив меня тогда посреди погрома.

Учитывая, что залечить царапину Катарины не вышло, вряд ли Стил тоже метаморф. Хотя, может полукровка? Я еще раз окинула взглядом парня и чуть не вскрикнула, наконец осознав, кто он. Джейсон мог бы мной по-настоящему гордиться, будь он рядом, потому что знания по его специальности в моей голове действительно имелись. Стил действительно был полукровкой, что безумно радовало в нашей ситуации, потому что в противном случае нас с девушками ожидала бы незавидная участь. Кто-то из родителей парня был лэрносом — плотоядной (ну, а какой еще?) нечистью. В своем настоящем облике выглядят эти твари точь-в-точь как картинки из книжек, которыми пугают детей: в наличии имеются клыкастая морда с ярко-красными глазами, лапы с жуткими когтями, кожистые крылья, тело все покрыто чешуей, а в завершение — шипастый хвост. В общем, внешность не самая располагающая к дружеским посиделкам у костра. Поэтому-то у лэрносов и предусмотрена вторая ипостась — человеческая. Кстати, размножались они между собой тоже в обликах людей, этому не было никакого научного объяснения.

Логично, что лэрносы достаточно разумны и обладают еще и человеческой речью, также им не чужды и другие людские эмоции и чувства. И Стил — живое тому доказательство, вряд ли его родитель перепутал и спарился не с тем. Казалось бы, живут себе и живут, никому не мешают, если бы не одно маленькое, «но» — а именно предпочтения в еде. Да-да, нет для лэрноса большего удовольствия, чем подзакусить свеженькой человечинкой. А мозг — так и вовсе для них лакомство, причем обычный мозг не подходит. Свою жертву лэрнос царапает, а потом уже начинает процесс внушения и доводит несчастного до сумасшествия. Мозг умалишенного — вот лучший деликатес для лэрноса, причем, процесс лишения рассудка необратим. А нам просто несказанно повезло. Но порадоваться этому факту я не успела, поскольку нас привели в еще одно помещение.

Впрочем, нет. Это была сцена с опущенным занавесом. Даже не подходя, я видела, что ткань — тяжелый бархат, обшитый золотыми нитями. Дубовый пол оказался застелен коврами, которые заглушали наши шаги. Еще рядом стояла трибуна, видимо, оттуда будут вестись торги. Ах да, чуть не забыла, в рядок были расположены телеги, на которых стояли одиночные клетки с достаточно частыми прутьями. В них нам и предстояло разместиться. Не сдержавшись, я бросила на Стила возмущенный взгляд, всем своим видом говоря, что эта идея мне совсем не нравится.

— Извини, болтушка, — хмыкнул он, отпирая клетку и подталкивая меня. — Желание покупателей — закон. Тем более, надо же будет вас в новый дом как-то перевезти.

— Да ты прямо образец заботы и добродетели, — прошипела я, все-таки забираясь внутрь. Все равно иначе заставил бы. Но не успела я развернуться, чтобы хотя бы плюнуть ему в рожу, как клетку тут же занавесили плотной тканью. Что, простите? Мы тут птицы, что ли? В голову закралась подлая идея — взять и заснуть, а в завершение еще и захрапеть. Ну, а что, вдруг у кого-то неприятие храпящих рабынь.

Сделав пару шагов, я убедилась, что меня не контролируют. Так что с чистой совестью вытащила из волос шпильки и принялась ковыряться в замке, рассчитывая открыть его. И я была уверена, что мои соратницы по несчастью сейчас занимались тем же самым. Благо, что наверху клетка была широкой, так что ткани я не касалась, и со стороны моих попыток не должны увидеть. Чтобы не привлекать внимание звоном, я подтянула браслеты ближе к локтям. А вот замки я вскрывала откровенно плохо, потому что обучение начинающего взломщика не входило в обязанности моей гувернантки. Самообучение же ни к чему не привело, правда, тренировалась-то я только на папином секретере, но и с ним все оказалось глухо. Так что сейчас, ковыряясь в злосчастном замке и мысленно поминая всех, кого только можно, я сделала зарубку на память — идеально освоить это дело. Как показала практика, взлом — очень важное и необходимое умение. Надо бы подкинуть королю Филиппу идейку, мол, обучать всех основам.

Долгожданного треньканья или щелчка, оповестившего бы о том, что свобода почти близко, так и не прозвучало. Криков, сообщавших, что побег девушек удался, тоже не слышалось. Это заставляло еще больше нервничать, потому что торги должны были начаться с минуты на минуту. В публичный дом нас, скорее всего, не продадут, скорее купит какой-нибудь богатей для коллекции. Но смысл-то от этого не менялся, и перспектива греть кому-то постель, если честно, пугала. Нет, как говорится, что естественно — то не безобразно, но одно дело, когда пестики-тычинки случаются с любимым или хотя бы приятным человеком, а другое — когда в прямом смысле с первым встречным, который вряд ли будет ждать смены своего статуса на вышеуказанный.